о друга в черепной коробке мысли, Лючжи поднимается со своего места, сгребает со стола пустые кружки и, ощущая острую необходимость как-то отвлечься, идёт на кухню. Заходя в пустое помещение, она опускает посуду в раковину, моет их, расставляя по местам, и думает, что кофе на сегодня точно хватит. Голова гудела от недосыпа и их с Ияном разговора, и Лючжи отчаянно пытается не думать об этом и не анализировать происходящее хотя бы сейчас, когда у неё абсолютно точно не было на это сил. Вытирая руки, она выходит из пустого кафетерия, возвращается в свой кабинет и, не придумывая иного способа, как заглушить охвативший её разум хаос, заваливает себя работой больше обычного, проводя остаток дня за файлами с проектами и не делая перерывов. Так её и застаёт заходящий к ней в кабинет с документами на подпись Юй Цзиньси, осторожно стучась и скользя по своему начальнику обеспокоенным взглядом.
— Всё в порядке?
Лючжи поднимает на него уставший взгляд, отрываясь от экрана компьютера, и слабо кивает, показывая, что слушает.
— Привет.
— Я принёс договоры на подпись, — вытягивает Цзиньси руку со стопкой бумаг в ней.
— Клади, — отзывается Лючжи.
— Выглядишь уставшей, — с опаской рассматривает её бледное лицо Юй Цзиньси.
— Плохо сплю.
— А снотворное?
— Не помогает. Не переживай, всё под контролем, — натягивает она на лицо вымученную улыбку, думая, что Юй Цзиньси вряд ли ей
верит.
— Лучше обратись ко врачу. Это не шутки, — серьёзно смотрит на неё Юй Цзиньси, и Лючжи хочется рассмеяться, потому что помочь ей сейчас могло, пожалуй, лишь чудо.
— Конечно, — кивает она.
Юй Цзиньси ещё раз внимательно смотрит на неё, прежде чем выйти из кабинета, и Сяо Лючжи, наблюдая за закрывающейся за ним дверью, не сдерживает нервного смешка, ловя себя на мысли, что вот так люди с ума и сходят: без нормального сна и с кучей необъяснимых совпадений вокруг. Пару раз в своих снах она видела и Юй Цзиньси, где тот ходил, как восставший из могилы мертвец, бледный, в чёрном рваном ханьфу и с обмотанной цепью шеей. Интересно, что бы ей посоветовал Цзиньси, расскажи она ему об этом. Вряд ли стал бы говорить про снотворное или врача — скорее уж про принудительное лечение в клинике. Лючжи усмехается собственным мыслям и, кидая последний взгляд на экран, закрывает все вкладки. На сегодня её рабочий день был окончен.
Поднимаясь из-за стола, она впервые не наводит на нём порядок, оставляя лежать разложенные на столешнице бумаги и раскрытые папки нетронутыми и просто выходя из кабинета. Ей было всё равно на встречающихся по дороге к лифту коллег и начальников других отделов, на их приветствия и разговоры. Всё, что её сейчас волновало — как бы быстрее добраться до дома. Выходя из здания и видя припаркованную напротив входа знакомую серебристую «феррари» с облокотившимся на капот Ван Ияном, она думает, что ей всё равно и на это тоже, словно её организм уже исчерпал все свои ресурсы и сейчас впал в спящий режим.
— Лючжи, — привлекает её внимание мужчина.
— Давно не виделись, — усмехается Лючжи.
Иян впивается в её лицо въедливым взглядом и молча кивает.
— Позволишь подвезти тебя?
— Я собиралась вызвать такси, — говорит Лючжи, всё ещё чувствуя на себе чужой взгляд.
— Обещаю не надоедать разговорами.
Голос Ияна мягкий, но с отчётливо проступающей в нём твёрдостью.
— Хорошо. Поехали, — кивает она, думая, что у неё нет сил сейчас спорить.
Иян отрывается от капота, открывает переднюю пассажирскую дверь, и Лючжи, слишком уставшая и опустошённая, молча садится в салон, откидываясь на спинку удобного кожаного кресла. Иян и правда не донимает её ни вопросами, ни разговорами, включая ненавязчивую музыку и концентрируясь на дороге. Кажется, Лючжи успевает даже задремать, упуская момент, когда сознание отключается, наконец-то получая долгожданный покой. Почему-то с Ван Ияном её никогда не беспокоили ни страхи, ни кошмары.
— Приехали, — оповещает мужчина, тормозя возле ворот дома.
— Спасибо, — поворачивает к нему голову Лючжи, не торопясь открывать дверь.
Иян ловит её взгляд, выглядя задумчивым, и, протягивая руку к заднему сидению, достаёт большой картонный пакет.
— Возьми. Это подарок, — протягивает он пакет. — Посмотришь дома.
— Что это? Такое большое, — задумчиво берёт она пакет. — Ты что, решил подарить мне биту?
— Да. Чтобы ты отбивалась от своих кошмаров, — улыбается он, и Лючжи не может сдержать усмешки.
— Спасибо, это именно то, что мне сейчас нужно, — смеётся Лючжи, ловя его взгляд. — Знаешь, Иян, — зовёт она перед тем, как открыть дверь. — Хорошо, что ты вернулся.
Ван Иян, явно не ожидавший услышать подобное, выглядит сбитым с толку, а Лючжи ощущает, как растягиваются в непроизвольной улыбке собственные губы. Она выходит из машины, заходит в ворота сыхэюаня и идёт к главному дому, отпирая дверь. Ставя на диван бумажный пакет и доставая из него деревянный длинный чехол, Лючжи на секунду и правда думает, что Ван Иян подарил ей биту, а когда открывает его — чувствует, как всё тело пронзает волна жара. На бархатной подложке лежал гуаньдао. Изящный корпус из чёрного дерева, вырезанные узоры на остром лезвии наконечника и красная кисточка на боку. Лючжи осторожно прикасается пальцами к гладкому дереву и забывает, как дышать: этот гуаньдао был точь-в-точь таким же, как тот, что сжимала в своей руке Сы Вэй во время последней битвы.
Глава 7
Яркое, слепящее глаза солнце, выглянувшее из-за туч, снисходительно позволяло наслаждаться своим теплом, согревая гуляющих по парку людей, наслаждающихся наступившими выходными. Лючжи, устроившись за стеклом небольшого паркового кафе, скользит задумчивым взглядом по улыбчивым лицам прохожих, щурящихся от слепящих глаза солнечных лучей, и не может разделить их хорошее настроение, как бы ни пыталась. Беззаботные, наслаждающиеся своими выходными и не даже не подозревающие о том, в какой хаос может превратиться жизнь человека всего за пару месяцев. Лючжи сжимает картонный стакан с зелёным чаем в своей ладони, ощущая исходящий от него жар, и переводит взгляд на трепещущие на ветру кроны зелёных деревьев.
С момента, как Ван Иян подарил ей гуаньдао, прошло уже три дня, и всё это время Лючжи чувствовала себя загнанным в ловушку зверем. Словно её заставили лоб в лоб столкнуться с тем, от чего она старательно убегала до этого. У неё в руках без сомнения было оружие Сы Вэй, которое та использовала в столь многих битвах, щедро окропляя лезвие кровью своих врагов. Гуаньдао, которым могла управлять лишь Сы Вэй. А теперь ещё иона. Лючжи никогда не держала в руках ничего острого, кроме
