направились к центру города. Брауни начали преследовать нас, как только мы вышли из дома, точно так же, как и вчера.
Мы могли бы сесть там на автобус и за сорок минут доехать до долины Хуон, как нормальные люди, или же мы могли бы найти способ оторваться от брауни и нырнуть в мягкую, прохладную тень Между и быть там минут через двадцать или около того.
Поездка на автобусе давала нам меньше шансов подвергнуться нападению запредельных, но занимала значительно больше времени, и, как и Дэниел, я стремилась закончить всё как можно быстрее.
— Мы можем сражаться, — сказал Джин Ён, но вид у него был неуверенный. — Они сражаются нечестно, так что это будет грязно.
— Значит, мы попытаемся оторваться от них, вместо того чтобы убивать? Звучит заманчиво, — я предпочитала как можно чаще обходиться без смертельного исхода, хотя и знала, что, когда дело касается Между и За, это чаще всего невозможно. — Хочешь попытаться оторваться от них по дороге в центр города или как только мы окажемся там?
— В центре больше возможностей, — сказал Джин Ён.
Он не ошибся, и как только мы миновали первый бар, я точно поняла, как мы можем это сделать.
— Ой, — тихо сказала я Джин Ёну. — Как думаешь, сколько времени им потребуется, чтобы изменить свою внешность?
Тёмные глаза Джин Ёна на мгновение скользнули по бару, прежде чем он ухмыльнулся.
— Ах. Но думаешь, они тебя впустят? Думаю, что нет.
— Мне восемнадцать! — возмутилась я.
— Значит, у тебя есть удостоверение личности?
— Нет, но со мной вампир, — заметила я. У меня не было никакого удостоверения личности, в котором требовалась бы фотография — вообще не было, если быть до конца честной. — Вампир, который может быть очень убедительным, если мы попадём в беду.
— Ты думаешь, это их остановит?
— В Хобарте нет ни одного владельца бара, который пустил бы детей в своё заведение, — сказала я. — И я думаю, брауни это знают. Я не знаю, сколько времени им потребуется, чтобы изменить свой внешний вид, но, если повезёт, этого времени нам хватит, чтобы проскочить в сторону и в Между. Если мы будем осторожны, они не узнают, куда мы ушли.
Я схватила его за руку и нырнула в дверной проём, прежде чем он успел сказать что-нибудь ещё, и мы оказались в прохладном, пропахшем пивом вестибюле, который вёл вниз, в более тёмный вестибюль, а затем в бар за ним.
— Сюда, — радостно сказала я, увлекая Джин Ёна за собой. Я уже знала, где нам следует попытаться выбраться: по пути я заметила огромную старую напольную вазу, всю расписанную тёмно-зелёными листьями и ветками, которые, казалось, слегка шевелились, когда мы подходили ближе.
— Я не хочу идти через это, — пожаловался Джин Ён, но он последовал за мной, когда я обогнула посетителя и проскользнула прямо сквозь эти пушистые листья.
Я услышала шум в дверном проёме, который был сразу за нами, но к тому времени, как мы перешли на бег и обогнули заросший папоротником угол, все звуки, доносящиеся с человеческой стороны реальности, исчезли.
***
Мы уже были в Между, так что нам показалось проще продолжать идти, чем снова выскакивать и пытаться сесть на автобус.
— Надеюсь, ты знаешь дорогу туда, — сказала я Джин Ёну, не отрывая глаз от ровной дороги перед нами.
В основном я шутила, но не совсем. Я знала дорогу в Хуонвилль по главной дороге, но в Между могло случиться всё, что угодно. Я была почти уверена, что к этому времени мы уже были на Маккуори или Дэви-стрит, двигаясь по тому, что могло бы быть мрачной версией реальной улицы, если бы не тот факт, что длинная дорога, простиравшаяся перед нами, казалось, вот-вот превратится в реку. Если бы мы углубились в Между, то, вероятно, так бы и было.
— Eung, — пробормотал Джин Ён, встревожив меня.
— Ты ведь знаешь дорогу, не? — спросила я более настойчиво.
— В тот раз я пришёл с Хайионом, чтобы спасти тебя.
— Это был Джадбери, — сказала я, всё больше беспокоясь. — Нам пришлось вернуться в Хуонвилль, чтобы забрать человеческий улей. Нам не нужно ехать аж до Джадбери — нам просто нужно доехать до Хуонвилля.
Тем не менее, нам казалось, что мы движемся в правильном направлении, когда мы проходили через достаточно узкую часть Между, чтобы показать, где мы находимся в человеческом мире, и только когда мы вышли к знакомому мосту примерно через двадцать минут ходьбы, мои подозрения подтвердились.
Из каменного моста у нас под ногами выглядывали белые перила, поросшие мхом и не такие горизонтальные, какими им следовало бы быть.
— Погодь-ка, — сказала я, заметив далеко внизу белых лошадей, которые были не совсем лошадьми, — сплошная вода, острые зубы и дикие, голодные голубые глаза. — Думаешь, это Хуоны?
— Они — река, — сказал Джин Ён, настороженно глядя на него. — Не пытайся их накормить.
— Блин, нет! — поспешно сказала я. — Они выглядят так, будто отрубили бы мне руку, если бы я это сделала.
— Они не любят мясо, только кожу, — добавил он ещё более тревожно.
— Оу, что, они заберут только мою кожу? Мило с их стороны.
Джин Ён тихонько рассмеялся, а затем сказал:
— Ах. Мы зашли слишком далеко. Yogi isseo.
Он вышел за пределы мира Между, и, хотя минуту назад мы только переходили реку, теперь мы были уже на другом берегу и где-то рядом с кольцевой развязкой в Хуонвилле.
Мне удалось не сказать Джин Ёну, что я уже предупреждала его о том, чтобы он не заходил слишком далеко, и я с сомнением оглядела здание перед нами.
— Рада, что ты помнишь, как оно выглядит, — сказала я. В прошлый раз, когда я была здесь, я немного устала от того, что мне приходилось убегать от падающих медведей и вытаскивать предметы из Между; я пошла за Зеро, как хороший Питомец, которым я и была, и на этом всё закончилось.
Однако я помнила, что было внутри, хотя и не совсем таким, каким я его помнила. Если снаружи здание было старым и пользовалось дурной репутацией, то внутри всё было из прочного бетона — теперь оно выглядело старым, чего не было, когда я была там в прошлый раз. Возможно, это из-за тени Между, которая начала сгущаться, как только мы вошли в двери, из-за отсутствия какого-либо человеческого присутствия, которое могло бы тщательно сдерживать её в уголках глаз, но это также могла быть самая настоящая зелень, которая выросла по всему вестибюлю и тянулась за нами по пятам. почти
