секунд, потом взяла трубку, и по мере того, как она слушала оппонента, лицо её менялось.
— Спасибо, — кратко сказала она. — Скоро будем.
— Где мы скоро будем? — спросил Визгликов, остановившись на входе.
— На кладбище, — просто сказала Глаша и покосилась за окно, где погода перестала радовать солнцем и включила режим «дождь».
— Ну ты за всех-то не решай, у меня и на этом свете дел много, — покачал головой Визгликов.
— Там сторож говорит, что возле склепа следы какие-то и дверь вроде как взломана, — пожала плечами Глафира.
— Отлично! — выдохнула Лисицына и снова посмотрела на часы. — Так, через десять минут приедет наше новое начальство, я забыла сказать. Нужно познакомиться, и потом поедете на кладбище и так далее. А сейчас криминалистов туда отправьте, пока кто-нибудь из них доберётся, как раз успеете. Ну и участковый пусть следы охраняет.
— О, как интересно, — пробормотал молчаливый до этих пор Латунин. — А кто нас теперь дрессировать будет?
— Узнаешь в своё время, — буркнула Лисицына. — Я у себя, — сказала Анна Михайловна и пошла к двери. — Не расходитесь, вызову.
— Ну что ж, сюрприз будет, — вздохнул Роман.
Лисицына быстро вышла в коридор отчасти потому, что не хотела, чтобы коллеги заметили её расстройство. Недавний визит к генералу закончился лишь тем, что Анна Михайловна нашла им новое начальство, но не в своём лице. И сейчас даже она не знала, кого им назначат. Снежный ком проблем, тугой узел преступлений и главная её проблема не давали спокойно сосредоточиться на работе. Анна Михайловна зашла к себе, села в уютное логово рабочего кресла и, тяжело выдохнув, вспомнила, что теперь они ещё и с Визгликовым в каких-то непонятных отношениях.
Стук в дверь вывел её из тяжёлых размышлений, Анна Михайловна нахмурилась и негромко сказала:
— Войдите.
— Здравствуйте, — на пороге стоял Ковбойкин.
— Олег Семёнович? — Анна Михайловна искренне удивилась. — Проходите, пожалуйста, вам всегда рада, — Лисицына протянула ему руку. — Какими судьбами?
— Попутным ветром, Анна Михайловна, — проговорил Ковбойкин, устраиваясь напротив Лисицыной. — Так сказать, с приветом от нашего общего знакомого генерала.
Лисицына несколько секунд смотрела на мужчину, потом нахмурилась и проговорила:
— Я бы, конечно, могла предположить, что вы наш новый начальник, если бы вы не работали в другом ведомстве.
— Тогда предположите, что теперь вы работаете в другом ведомстве. Вам назначено управление вашим отделом, то есть следователями, также у вас будет коллега, он управляет оперативным отделом, куда перейдут и ваши Латунин с Погореловым. А вот уже всем этим хозяйством буду управлять я, — улыбнулся Ковбойкин, — немного такая сложная пирамида, но, я думаю, по дороге разберёмся. Ну и место дислокации придётся сменить, но это уже после завершения операции по обезвреживанию нашей основной цели.
— То есть вы хотите сказать?!
— Именно, отдел за вами. Но оперативники по окончании операции перейдут. Хотя, конечно, это всё бюрократия: сидеть все будем в одном здании и на одном этаже. Кстати, Кирилл будет в айти-отделе, по профилю. Каждый должен выполнять ту работу, которую ему удаётся делать лучше всего.
— Всё это немного неожиданно.
— Вот поэтому я предлагаю вам сказать своим сотрудникам, что вы пока временно исполняете обязанности, а я, как и раньше, просто сотрудничаю свами. Не нужно сейчас людей нагружать лишней информацией, — Ковбойкин встал со стула. — Да, и кабинет начальственный не занимайте, там сейчас ремонт начнут, это здание под какие-то другие ведомственные нужды переходит.
— Я правильно понимаю, что из нас с вами создали отдельную структуру? — не двигаясь с места, спросила Лисицына.
— Нет, я бы сказал, прокачали демоверсию на вашей базе, — улыбнулся Ковбойкин.
— Олег Семёнович, тогда, не откладывая в долгий ящик, займёмся делами? У нас срочный выезд на место преступления. Там есть новые данные, криминалисты выехали, а мы ждали, — Лисицына выдохнула, — ну, получается, вас.
— Конечно, — Ковбойкин остановился на пороге. — Анна Михайловна, не переживайте, сработаемся.
Лисицына покивала и теперь ощутила в душе, несмотря на происходящее вокруг, какую-то уютную радость. Сейчас всё встало на свои места, точнее, все встали.
* * *
Когда Глафира и Латунин с Погореловым прибыли на кладбище, здесь уже вовсю гулял ветер, накрапывал дождь, и сторож с участковым под громкий мат последнего спешно укрывали куском грязной плёнки следы перед входом.
— Что они делают? — задал риторический вопрос подоспевший Казаков.
— Этого никто не знает, — отозвался Латунин. — Но я думаю, уничтожают улики.
— Ну это я уже понял, — грустно сказал Казаков. — Товарищи! — чуть громче добавил он. — Вы могли бы так усердно не затаптывать то, что осталось, — Казаков стал спешно спускаться с небольшого пригорка.
Глафира огляделась по сторонам, тяжело вздохнула и решила, что просто обязана навестить могилу Ильи, раз уж сегодня пришлось сюда приехать. Всё равно в склеп сейчас попасть было невозможно, потому что теперь Казаков коршуном бросался на всех, кто пытался пройти через остатки следов.
Глаша, поглубже натянув капюшон от ветровки, прошла редкий кустарник, издали заметила место, где теперь всегда можно было найти её боль, ставшую неотъемлемой частью жизни. Зацепившись за холодный, мокрый металл одной из оград, Глаша спустилась на тропинку и медленно побрела, пытаясь отогнать хотя бы часть чувств, обломки которых сейчас начали больно царапать изнутри. Раньше она и так не особо любила кладбища и всю сопутствующую атрибутику, а теперь в ней и вовсе просыпались только самые мрачные чувства.
Девушка недолго постояла возле земляного холма, начавшего оседать, но всё державшегося над краями гранитных бортиков, поправила свежие цветы в вазе, принесённые родственниками, и уже хотела идти обратно, но остановилась. Из-за прикреплённой к кресту таблички торчал бумажный краешек. Глаша вздохнула, но всё-таки решилась убрать.
— Не место мусору здесь, — пробормотала она хотя бы для того, чтобы что-то сказать.
Пальцы коснулись острого края латунной таблички, зацепились за торчащий кусочек и потащили наверх. Через несколько секунд Глаша стояла совершенно сбитая с толку, пялилась на сложенную в несколько раз карту и не совсем понимала, как она могла очутиться здесь. Девушка спешно развернула полощущееся на ветру топографическое изображение Ленинградской области, и ноги сами сорвались с места, когда она увидела надпись «Поиграем?» и ручкой написанные координаты.
— Что это? — Латунин с Погореловым повертели карту в руках, пока Глаша спешно набирала координаты в навигаторе.
— Не знаю. За табличкой на кресте было. На могиле Ильи, — резко сказала Глафира. — Но я точно понимаю, что это оказалось там не случайно. Алло, Анна Михайловна, — Польская уже быстро говорила в трубку, — на кладбище необходимо либо ваше присутствие, либо Визгликова. А я с ребятами поеду по координатам. Нужно срочно проверить, что там.
— Глаша, — тихо сказал Сергей, — ты уже здесь. Так что лучше
