Полученная информация тяжким гнетом легла на него. Он осознал, что его наставница была совсем не такой, какой ему всегда казалась… Ее заставляли такой быть и заставляли очень жестко. В изнеможении он прислонился к стене и постоял так немного, а потом, собравшись с духом, подошел к двери, постучал и, не дожидаясь ответа, распахнул ее.
Къяра сидела за столом, бессильно уронив голову на сложенные руки, перед дверью валялись осколки большой разбитой вазы. Услышав стук и звук открываемой двери, Къяра подняла голову. Кай успел заметить в ее глазах безысходность и отчаяние, которые моментально сменились абсолютной бесстрастностью и холодным равнодушием. Она медленно поднялась и протянула руку за рукописью:
— Уже все сделал? Так быстро?
Кай внимательно посмотрел на свою молоденькую наставницу. Она поразительно быстро сумела взять себя в руки, и если бы он не был невольным свидетелем разговора, то по ее виду точно бы ни о чем не догадался. Он подошел почти вплотную к ней и, не отводя от нее взгляда, опустился на колени.
— Къяра, я слышал все.
— Что?! — Къяра стремительно вскинула руки к его вискам и сжала их.
— Подожди, стереть все из моей памяти ты всегда успеешь. Дай мне сказать… — Кай с трудом удерживал магический блок, не позволявший Къяре сразу выполнить задуманное.
— Хорошо… говори, — Къяра опустила руки.
— Я готов повиноваться Вам, учитель и выполнять любые требования… Я постараюсь быть очень покорным.
— Кай, твои мысли и чувства элементарно прочтет даже обилайт, не говоря уже о Владетеле… А стоит им только узнать, что ты слышал этот разговор и знаешь об истинных взаимоотношениях между мной и обилайтом, и ты будешь казнен так, что пожалеешь, что вообще на свет родился… Поэтому не сопротивляйся, а то удалю больше чем следует, — грустно сказала Къяра и вновь поднесла руки к его вискам.
— Надень кабалит, и никто ничего не прочтет.
— Совсем с ума сошел? Шутишь? — удивленно спросила Къяра, опуская руки.
— Не шучу. Я лучше надену магический ошейник, как твой невольник, чем буду по-прежнему тебя ненавидеть…
— Ты понимаешь, что это навсегда? Что, сняв его, я вынесу тебе смертный приговор? Потому как возможно без последствий стереть информацию нескольких часов, но не всей твоей последующей жизни…
— Да, я знаю… но, по-моему, у меня все равно нет никакого другого выхода, раз Владетель и обилайт решили принести мою жизнь в жертву твоему воспитательному процессу.
— Возможно… но неужели ты сможешь, стоя перед обилайтом и, глядя ему прямо в глаза, благодарить его за доброе к тебе отношение и его заступничество передо мной, зная всю подноготную этой игры? А тебе наверняка придется это делать…
— Я думаю, что мысль о том, что в противном случае меня ожидает долгая и мучительная казнь поможет мне.
— Почти уговорил… — Къяра тяжело вздохнула, в задумчивости провела рукой по своей высокой, красиво уложенной прическе и продолжила, — только ты не представляешь, что тебе предстоит… Мне придется заставлять тебя наказывать моих учеников, придется унижать и наказывать тебя перед всей обителью, а тебе придется смиренно все сносить, не смея даже помедлить с выполнением любого моего требования…
— Ты считаешь, что мне будет проще, если ты добьешься этого силой?
Кай внимательно посмотрел на Къяру. Сейчас она не напоминала ему ни высокомерную наследницу Владетеля, какой он привык видеть ее раньше, ни строгую и жесткую наставницу, какой он видел ее все последнее время. Перед ним стояла печальная, расстроенная и очень красивая девушка. Кай поймал себя на мысли, что почему-то раньше никогда не замечал, что дочь Владетеля красива.
— Я не знаю, что делать, Кай, — грустно призналась она, — То, что ты предлагаешь, это авантюра, чистейшей воды… если мы с тобой хоть раз ошибемся в этой игре, расплатой будет твоя жизнь. В лучшем случае, я лишь смогу дать тебе умереть без мучений… да и то не факт, что смогу…
— Къяра, я лучше умру, чем ты, вернув мое сознание назад, будешь силой вынуждать меня подчиниться. Помилосердствуй… не надо! Мне будет гораздо приятнее подчиниться тебе так, чтобы ты от меня не потребовала.
— Ты уверен?
— Да.
— Хорошо, — в руках Къяры появился широкий кожаный ошейник с металлическими шипами, обращенными внутрь, который она протянула Каю, — Надевай.
Кай взял у нее из рук ошейник, надел его и рывком затянул так, что от боли потемнело в глазах. В тот же момент Къяра провела рукой по его шее, снимая нестерпимую боль и превращая ошейник в красивую, витую, золотую цепочку.
Кай осторожно взял руку Къяры и поднес к губам.
— Я полностью в Вашей власти, госпожа… — проговорил он стандартный зарок и поцеловал руку.
— Встань.
— Как прикажете, госпожа, — поднимаясь с колен, произнес Кай.
— Ты что теперь всегда меня госпожой называть собираешься? — Къяра поморщилась.
— А Вы возражаете, госпожа? Тогда могу "госпожа учитель". Думаю, и обилайт и Владетель оценят такое обращение.
— Они, может, и оценят, а мне не нравится. Поэтому не надо так ко мне обращаться.
— Хорошо, учитель.
— Вот так уже лучше, — улыбнулась Къяра, — хотя наедине можешь и дальше обращаться на ты и по имени.
Потом помолчала немного и тихо добавила:
— Все, можешь идти. У тебя три дня, чтобы настроиться на наши с тобой новые отношения…
— Вы считаете, учитель, что я могу идти? Вы думаете, Вам кто-нибудь поверит, что, только надев на меня кабалит, Вы уже полностью меня подчинили?
— Поймал… и что ты предлагаешь?
— Вы должны наказать меня, хотя бы для видимости, и желательно, чтобы это видел Лукас, ведь именно он глаза и уши обилайта здесь, как я теперь понимаю.
— Ты на редкость догадлив, — Къяра усмехнулась и покачала головой, — и дернуло ведь тебя тогда столкнуться со мной, когда я шла именно с ним.
— Къяра, это был только вопрос времени, если не тогда, то что-то подобное случилось бы позже… Обилайт был прав, когда говорил, что это было логическое завершение. Я слишком ненавидел тебя тогда… — Кай воспользовался ее разрешением и назвал девушку так, как уже непроизвольно несколько раз называл за сегодняшний день.
— Кстати я никак не могу понять: за что ненавидел? — Къяра опустилась в одно из кресел, стоявших в углу комнаты. Потом рукой указала Каю на соседнее, — Садись и расскажи, мне интересно…
Кай сел, потом долгим взглядом посмотрел на свою учительницу:
— Дело не в тебе, как я понимаю сейчас, дело было во мне. Я не мог себя заставить подчиниться девчонке младше себя. И меня раздражали маги с легкостью принимающие твою власть. Это сейчас я понял, что ты действительно опытнее, сильнее и могущественнее меня, и что возраст здесь роли не играет. А еще я понял, что ты совсем не такая, какой кажешься на первый взгляд…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
