Кай встал, подошел к стеллажу и обомлел. Такого количества раритетных книг, свитков и магических фолиантов он не видел даже у обилайта. От возможности выбора разбегались глаза. Прочесть хотелось все. Кай потрясенно обернулся к Къяре, намереваясь спросить, действительно ли ему можно взять со стеллажа любую книгу. Однако расслабленная поза Къяры свидетельствовала о том, что если она и не спит, то находится в состоянии полного покоя, пытаясь снять усталость и стресс. И он не осмелился ее потревожить. Обернувшись вновь к стеллажу, он выбрал одну из книг, сел в кресло и принялся читать.
Вырвал его из плена книги страшный крик. Кай вздрогнул и чуть не уронил книгу. Он с удивление взглянул на Къяру. Она сидела прямо в кресле и была очень сосредоточена. В это время хриплый крик повторился и больше уже не прекращался.
— Что это? — озадаченно спросил Кай.
— Морок для Лукаса…
— Но я не чувствую никакого морока…
— И он тоже… — усмехнулась Къяра, — однако, он догадывается, что я способна на такие фокусы. Поэтому, несмотря на то, что я запрещаю ему приходить ко мне во время наказания учеников, сейчас явится сюда, чтобы удостовериться в реальности происходящего. Так что книжку поставь, иди ко мне и встань передо мной на колени.
Кай быстро встал и положил книгу на стеллаж, который тут же вновь исчез. Потом подошел к Къяре и опустился перед ней на колени.
— Почувствуешь боль, начинай молить и плакать, — тихо произнесла она.
Кай молча кивнул.
В это время крики, вопли и рыдания стихли, и Кай, почувствовав направленное воздействие от Къяры, закричал сам.
Когда дверь отворилась, и вошел Лукас, Кай, держа руки за спиной, стоял на коленях перед Къярой, которая двумя пальцами притягивала к себе цепочку, охватывающую его шею. Кай рыдал и хрипло просил:
— Не надо больше, госпожа, молю Вас! Помилосердствуйте, ну не надо! Я буду послушен, клянусь!!!
Потом закричал и его крик смешался с рыданиями.
Лукас замер в проеме двери. Заметив его, Къяра отпустила цепочку на шее Кая и раздраженно спросила:
— Лукас, что тебе здесь надо? Я же запретила тебе заходить, когда я наказываю учеников.
— Я не знал, кого Вы наказываете… я шел доложить, что Кая нет в его комнате…
Кай тем временем воспользовался представившейся ему свободой и отполз в угол подальше от Къяры.
— Конечно, его там нет, раз он у меня… — ответила Къяра и перевела взгляд на место, где только что был Кай.
— Тебе кто разрешил двигаться?! А ну вернулся! — рявкнула она, вставая с кресла.
— Не надо вставать, госпожа… Я вернусь, сам вернусь… только не надо больше! Я не буду двигаться… я буду послушен… — Кай склонился, уткнув голову в пол.
— Я вижу, как ты послушен… — Къяра опять опустилась в кресло, — А ну живо вернулся и встал, как стоял до этого!
— Да, я вернусь… — Кай, всхлипывая, медленно пополз к ней на коленях, — только не наказывайте больше… я обещаю, что буду послушен… правда буду…
Он подполз к ногам Къяры и вновь склонил голову в пол:
— Госпожа… молю Вас…
— Голову поднял и встал, как стоял! — вновь рявкнула Къяра.
Вздрогнув как от удара, Кай поднял голову, дрожа всем телом, выпрямился и завел руки за спину.
Къяра снова захватила пальцами цепочку на его шее и легонько потянула на себя.
Кай дернулся и хрипло закричал.
Лукас, стоявший у двери, почувствовал сильный магический поток и невольно втянул голову в плечи, подумав, что если только боковой поток такой силы, то какова же тогда мощность прямого… И тут вдруг Къяра резко обернулась к нему.
— Лукас, почему ты еще здесь? Ты тоже считаешь, что мои приказы выполнять не обязательно? Ведь ты уже понял, кого я наказываю, но по-прежнему стоишь здесь и мешаешь мне! Марш отсюда в свою комнату, и не выходить, пока я не приду к тебе! А потом мы поговорим по поводу обязательности выполнения моих приказов… Понял?
— Да, — Лукас судорожно кивнул и выскочил за дверь.
Пока Лукас шел по коридору, вслед ему неслись стенания и мольбы наказываемого Къярой ученика. Он зашел в свою комнату и в ожидании Къяры встал на колени, решив, что если она увидит его заранее коленопреклоненным, то, может быть, не станет наказывать слишком сильно. Ждал он ее долго. Пришла Къяра лишь под утро.
Распахнув дверь, она долгим взглядом смерила коленопреклоненного Лукаса.
— Так и стоял всю ночь?
— Да, наследница Владетеля… я очень виноват и раскаиваюсь… я жду наказания.
— Умно… — усмехнулась Къяра, — Считай, что в этот раз твоя покорность, хоть и запоздалая, тебя спасла… Однако если ты посмеешь еще раз зайти ко мне, даже не тогда когда я наказываю кого-то, а тогда когда я просто не звала тебя… мало тебе не покажется… мучиться будешь долго, так что и смерть за избавление покажется, обещаю… Надеюсь, я объяснила понятно?
— Очень понятно… я клянусь, что больше даже приближаться к Вашим покоям без Вашего приказания не буду…
— Я рада, что ты все так хорошо понял. Можешь встать.
Лукас поднялся, и Къяра вышла из его комнаты.
Къяра сидела в кресле и напряженно о чем-то размышляла. Кай, стоявший у окна, с интересом исподволь наблюдал за ней. Уже третий день он не выходил из ее покоев, и за это время почувствовал такую искреннюю привязанность к своей теперь уже госпоже, что сам поражался своим чувствам. Он восхищался ее способностями, ее умом, обаянием, легкой иронией… Дочь Владетеля предстала перед ним в таком виде, что полностью пленила его сердце. Теперь, оглядываясь назад, он поражался, каким был слепцом, когда за внешней высокомерностью не сумел разглядеть истинную сущность этой красавицы. Но он ни о чем не жалел, даже если ему сейчас предстояло пройти через страдания и унижения, подаренная Къярой возможность искреннего и доброго общения, даже столь кратковременного, стоила того.
— Кай, — Къяра поднялась с кресла и подошла к нему, — сегодня мы пойдем к обилайту, и от твоего поведения будет зависеть все… Постарайся, пожалуйста, сейчас настроиться и представить, как ты меня боишься… боишься так, что тебе все равно, что будут думать про тебя все окружающие, включая самого обилайта. У тебя единственная цель — не разозлить меня. И на все свои поступки ты смотришь лишь с этой точки зрения… Попробуй.
— Да, госпожа… — Кай опустился на колени.
— Отвратно… — скривилась Къяра, — ты не боишься. Ты просто стоишь на коленях…
— Госпожа, простите… — хрипло проговорил Кай, склоняясь к самому полу.
— Нет… такое пройдет с Лукасом, но не с Норланом… не надо склоняться… Я не позволяю… мне так не удобно тебя наказывать… ты ждешь моей реакции и боишься… сейчас боишься даже просить не наказывать… Ну!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
