– Угу, босс, – прогундосила парочка щуплых сталкеров, толкавшая к дощатому спуску в котлован загадочный растопыренный агрегат, прикрытый дырявым брезентовым чехлом.
– Я тут при чем? Мое дело поймать.
– Твое дело аккуратно закончить работу, – наставительно поднял палец Вилли. – И проследить за сохранностью червя. А они тебе в этом помогут.
Мимо, гремя увесистой сбруей, прошагал вооруженный до зубов отряд наемников. Сохраняя одинаковую дистанцию между бойцами, он стал неторопливо замыкать котлован в кольцо.
– Люблю порядок, – одобрил Вилли, пока его люди занимали свои места. – К тому же мне все равно нужно пилить за валютой. Так что терпение, девочка, терпение.
– На кой черт тебе червяк понадобился? – поинтересовалась Дрессировщица и не удержалась от шпильки. – Внуков катать?
Это был удар ниже пояса в прямом смысле. В определенных кругах бытовали слухи, что разработчик умудрился поджарить в Шахтах не только свои мозги.
– Ай-яй-яй! – проигнорировав колкость, Черный Вилли погрозил Дрессировщице пальцем. – А вот любопытство не входило в контракт. Не стоит нарушать условия.
– Ладно, идет, – неохотно согласилась девушка. – Я подожду до утра. Но не пытайся меня надуть.
– Слово Черного Вилли!
– Угу.
– Тогда ударим по рукам! – об этом характерном обычае стального гиганта знали все от Урановых Шахт до Западных Пустошей. Хорошо, Жикар доработал одну из перчаток, и за время разговора девушка украдкой успела ее натянуть. Потому что если вы слышали данное предложение, но отвечали отказом, это было равносильно смерти.
Торжественно оголив правую руку, Черный Вилли протянул Дрессировщице исхудалую кисть с тонкими длинными пальцами, тускло мерцающую зеленым. Закусив губу, девушка смело ответила на цепкое рукопожатие перчаткой со специальным блокирующим раствором. Реакция собеседника скрылась под маской. Тем лучше. Одному урану известно, скольких неосторожных горе-дельцов и конкурентов отправило на тот свет печально известное «пожатие Вилли».
– И олухов спровадь, – снова спрятав руку в перчатку, он еще раз повернул маску-шлем в сторону слоняющихся по лагерю конферансье и карликов. – Нечего тут ошиваться. До завтра, крошка!
Развернувшись на месте, стальной исполин в сопровождении не отстающей свиты зашагал прочь от котлована. Воздух наполнился хлопками и треском запускаемых двигателей.
– Пожалуй, нам тоже пора, – заметив отъезд заказчика и раскланявшись, конферансье Арчибальд со спутниками полез в цирковую самоходку. – Надеюсь, договоренность в силе? Мы ждем.
Последним внутрь просочился никем не замеченный тролль. Дрессировщица махнула на прощание рукой и облегченно вздохнула. Рабочий день закончился. Тем временем отряженные Черным Вилли сталкеры-дезинфекторы, переодевшись в белую химзащиту, уже вовсю надраивали длинными швабрами извивающийся червиный хвост.
* * *
На землю опустилась ранняя осенняя ночь, и фюзеляж самолета окружили пляшущие пятна искрящихся сигнальных костров. У края котлована охотники разбили небольшой палаточный лагерь, в центре которого над огнем покручивалась чья-то безголовая шестиногая туша, сочащаяся шипящим на потрескивающих дровах жиром. Загонщики отмечали удачный лов. Тренькала гитара, звякали жестяные кружки. На дне ямы постанывал и ворочался червь, но делал это уже вяло и тише, явно устав. Зеленоватое свечение почти рассеялось – томимые запахом еды дезинфекторы старались поскорее завершить обработку.
В отдельной палатке Дрессировщица и Жикар, поужинав копченым мясом, резались в карты, потягивая брагу, которую разливали из пластиковой канистры в проволочной оплетке. Скрестив ноги на ящике с инструментами, девушка откинулась на поскрипывающем стульчике, расслабленно ощущая, как понемногу отступает усталость. Горячая еда разморила, а хмель успокоил нервы. Она ослабила молнию комбинезона, обнажая замысловатую татуировку, которая, соблазнительно огибая ключицу, тянулась вдоль шеи, исчезая за небрежным каре темных волос. Жикар тайком любовался начальницей. А ей, несмотря на поздний час и сытость, никак не давал покоя разговор с Черным Вилли – телу было жарко, но голова оставалась холодной.
– Сначала он требует облученного червя, – следя за игрой вполглаза, рассуждала девушка. – Для чего – одному волколаку известно. Потом заставляет торчать здесь, ожидая дезинфекции.
– Зато поели, – цыкнул зубом довольный Жикар. – И отдохнем.
– А почему он деньги сразу не привез?
– Кто знает, что у него в уме.
– Не нравится мне это.
– Думаю, все должно образоваться, – помощник хлестко покрыл карту соперницы и отхлебнул из кружки. – Бита!
– Очень надеюсь. Заказчик больно хитрый пошел, – его неумение правильно строить отдельные фразы до сих пор вызывало улыбку. Больше года они колесили по землям родного Циркезонья, став напарниками после памятных гастролей знаменитого французского цирка, и Жикар довольно быстро схватывал незнакомый язык. Но, разумеется, не все давалось нахрапом.
В этот момент Дрессировщица ощутила, как под ней мелко завибрировал стул. По складному столу навстречу друг другу неторопливо поползли полупустые кружки и глухо чокнулись где-то посередине. Охотники переглянулись, прислушиваясь. Пьянка у костра давно переместилась в чью-то палатку. Вздохнувший ветер мягко качнул брезент, закрывающий вход, из котлована донеся очередной сдавленный стон. На этот раз он был особенно жалобным. Моргнуло пламя в фонаре на крючке рядом со шляпой.
– Червяк бузит, – пожал плечами Жикар. – Ходите.
Некоторое время играли молча, но Дрессировщицу упорно не хотели отпускать события прошедшего дня.
– А конферансье этот из цирка, видел? Арчибальд. С чего вдруг я им понадобилась? – она посмотрела на висящий у входа плащ, из кармана которого торчали билеты. – На представление пойдем?
– Гм, – неопределенно отозвался Жикар, ловко тасуя колоду. – Сначала зарплата, потом гулять. Отыграетесь?
– Рано вставать, – устало откликнулась девушка и, застегнув комбинезон, настороженно прислушалась.
– Что? – перестав шуршать картами, откликнулся помощник.
– Червь замолчал.
Они некоторое время сидели в тишине.
– Может, уснул?
– Ну-ка пошли, посмотрим, – Дрессировщица поднялась, снимая с крючка шляпу.
Оставленные без присмотра костры по периметру давно потухли. Лишь кое-где тусклыми глазами хищников мерцали одинокие точечки угольков. В небе, среди редких прорех в облаках, проглядывало чистое звездное небо. Показалась луна. Выставленная Черным Вилли охрана исчезла. На дне ямы темнел остов самолета, из которого торчал неподвижный червиный хвост в жирных хлопьях обеззараживающей пены. Свечение исчезло.
– Чистый, – спрятав дозиметр, сообщил Жикар.
– Тихо! – подняв руку с фонарем, шикнула Дрессировщица, ощутив как под подошвами, снова содрогнулась земля.
Где-то в стороне трещал еще не завалившийся в зимнюю спячку насекомыш. Над пощелкивающим кострищем в центре лагеря застыл нанизанный на палку обглоданный шестиногий скелет, словно экспонат из кунсткамеры. Рядом валялось несколько костей, кружки, пара пластиковых бутылок. На подсвеченном изнутри брезенте широкой палатки загонщиков метались изломанные тени, доносились нестройная песня, гогот и хлесткая брань. Братались, ясное дело. С толком провести время после работы, как всегда, помогала «горючка», стирающая любые грани между незнакомцами.
Дрессировщицу это не волновало. Спустившись по дощатому настилу в котлован, они с Жикаром приблизились к закрепленному тросами лайнеру. Обошли его и снова вернулись к кабине, в недрах которой должна была быть голова. Ловушка безмолвствовала.
– Может, и вправду уснул, – неуверенно сказала девушка.
Рядом с расчехленным дезинфекционным агрегатом грязными тряпками валялась брошенная «химза». Взяв одну из сложенных тут же швабр, Дрессировщица несколько раз ударила ей по корпусу самолета.
Ничего.
Увидев прислоненную к округлому боку лесенку, Жикар вскарабкался к окну у кресла пилота. До половины просунулся внутрь, оглядывая салон, и в следующий миг целиком исчез в самолете.
– Стой! А фонарь? – окликнула вслед Дрессировщица.
Внутри завозились, и послышался изумленный всхлип.
– Ну? Что там?
– Да он мертвый!
– То есть… как, – растерялась топтавшаяся внизу девушка. – Как мертвый? Мы же его вениками накормили.
– Не дышит. А у него легкие есть?
– Понятия не имею, – сдавленно пробормотала Дрессировщица. – Вилли меня убьет…
– Сейчас посмотрю побли… ОХ!
Прозвучал глухой звук падения.
– Жикар.
Ответа не последовало.
– Жикар! – чуть громче позвала Дрессировщица. – Жика-ар! Эй?
Тишина.
– Не валяй дурака, я замерзла…
– Ау! Слышите меня? – охотница вздрогнула. Искаженный, едва различимый голос напарника доносился откуда-то из-под… земли.
