Тогда мне было двадцать пять. Зелёный. Но смерть родителей разбудила во мне монстра, тихо спящего все это время. Мстил, не зная пощады. Утолял жажду крови убийцы и не заметил, как сам стал таким. Путь к хрычу был устлан трупами верных ему людей.
Но я не смог убить его семью. Маленькая девочка и молодая жена. Пощадил. Не из-за предсмертной мольбы этой драной собаки, нет. Просто все внутри меня было против умерщвления невинных душ. Отпустил, не коснувшись и пальцем.
Будет ли столь милосерден тот, кто займёт мое место? Не уверен. Я вынес урок из жизни Грегора, научился на чужой ошибке.
И потом, захочет ли она быть со мной, когда узнает как запятнана моя душа? Иметь что-то общее с убийцей?
Мог бы и заставить, это в моей власти и характере. Но тогда она не будет сиять, рассеивая ту тьму, что поглотила меня, взяла в плен. Свет, что исходит от неё согревает живым теплом и я на миг забываю, что на самом деле, давно мёртв. И это чувство вгоняет в зависимость не хуже кокаина.
На первом этаже раздался звук цокающей посуды. Нахмурился. Сказал же, чтобы никто из персонала не беспокоил. Уволю всех к чертям собачьим. Спускаюсь по лестнице, попутно натягивая белую футболку. В голове слова самопроизвольно складываются в витиеватую гневную тираду, которую я с удовольствием вывалю на головы остолопов, что не внимают моим указаниям. Мельком оглядываюсь и не нахожу следов вчерашнего ужина. Надеюсь, это не происки моей больной фантазии и девушка действительно была? Принюхиваюсь. Чувствую аромат кофе и какой-то еды. Голова болит после, выпитой в одну рожу, бутылки виски и недосыпа. От кофе бы точно не отказался. Наверное, эта новая повариха пришла. Напрягся, вспоминая имя, но оно так и не всплыло. Да и хрен с ним, все равно уволю.
Влетаю в кухню, потирая виски, и замираю. Аделина весело пританцовывает у плиты с блинницей в руке, на деревянной столешнице молоко, лоток с яйцами, мука и тарелка с внушительной стопкой дымящихся блинчиков. Я остался незамеченным, слишком увлечена процессом. Золотые волосы собраны в высокий хвост, просторная голубая рубашка в тонкую белую полоску, рукава закатаны, чёрные лосины плотно обтягивают длинные стройные ноги и полушария ягодиц.
Залюбовался.
Прислонился к стене, созерцая картину. Как все-таки органично она смотрится на моей кухне. Девушка отплясывала, виляя бёдрами, и лихо пополняла стопку с готовыми блинами. Наконец она выключила печку, взяла молоко, вероятно, чтобы поставить в холодильник и, развернувшись ко мне лицом, подпрыгнула на месте. Одну руку приложила к груди — напугал, другой вытаскивала наушники. Щеки румяные, то ли от жара печки, то ли от смущения.
— И давно ты так стоишь? Доброе утро, — улыбается, глаза светятся.
— Достаточно, чтобы оценить твои танцевальные способности, — подмигиваю ей, — доброе.
— Надеюсь, ты не против, я немного похозяйничала тут, — неуверенно трет указательный палец другой рукой.
Потянул воздухом носом.
— Если меня накормишь, то так и быть, не стану гневаться.
— Намёк понят. Присаживайся, — она быстро убрала продукты в холодильник, поставила на барную стойку блины, варенье, мёд, сметану, — чай или кофе?
— Кофе, пожалуйста, — уселся на стул, неотрывно наблюдая за ней.
Она кивнула, поставила кружку с кофе и сливки. Себе налила чай.
— Как спалось на новом месте?
— Превосходно. Думаю, это из-за выпитого вина и ликера, — опустила взгляд, робея. — А тебе?
— Пойдёт, — кладу блинчик в рот, — вкусно.
— Хотела бы попросить тебя кое о чем.
— Мм? — не отрываюсь от блинов, реально очень вкусные! Даже голова начала проходить.
— Мой телефон здесь не ловит. Можно я с твоего позвоню? У меня сестра маленькая, беспокоюсь.
Выудил из кармана смартфон, разблокировал и положил на стол. Она просияла улыбкой и набрала номер. Когда послышались гудки, выскользнула из комнаты и тихо заговорила.
Вздохнул.
За тридцать пять лет ни одна женщина не готовила для меня завтрак.
Аделина
Услышать весёлый голос Златы было приятно. Она заверила, что у них все прекрасно и, вообще-то, я отвлекаю от важных дел. Парой слов перекинулась с Ариадной. Подруга сгорала от нетерпения разузнать подробности, но мой намёк о том, что сейчас не самое подходящее время для долгих задушевных разговоров приняла по-военному четко. Я лишь завуалированно намекнула, что тот незнакомец из казино и «умопомрачительный» клиент, как она его называет, один и тот же человек. После моего партизанского сообщения, на меня обрушился шквал эмоций и причитаний. Все завершилось советом: «не упусти свой шанс!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Распрощавшись с подругой, вернулась на кухню с задумчивой улыбкой на устах. Он не спеша пил кофе.
Тариэл.
Имя редкое, необычное, но у меня такое чувство, что я уже сталкивалась с ним. Весь вечер и утро пытаюсь ухватить ниточку, которая привела бы к искомым воспоминаниям, но тщетно. Так что внутри расплылось чувство неудовлетворенности родственное тому, какое возникает когда очень пытаешься, но не можешь вспомнить слово.
— Спасибо, — положила телефон на стойку и заняла место рядом с ним. — Почему ты не ешь? — обратила внимание, что блинчики остались в том же составе.
— Тебя ждал, — внимательно посмотрел, как я делаю глоток из своей кружки и морщусь — чай остыл. И взгляд мне тоже кажется очень знакомым.
— Скажи, мы раньше не встречались? — пристально слежу за любыми изменениями в мимике, чтобы не упустить сигнал о ложном ответе.
Он задумчиво делает глоток, не отводя взгляда.
— Почему ты спрашиваешь? — прямо не отвечает.
— Твой взгляд кажется мне знакомым, — признаюсь честно.
— Может видела меня в своих снах? — подмигивает и фирменно ухмыляется.
— Я бы запомнила.
Он вопросительно поднял брови.
— Мне редко снятся сны, — пояснила и поняла, что пить холодный чай — выше моих сил. Поднялась, вылила содержимое кружки в раковину и поставила чайник на плиту.
— Везёт, — хмыкнул и, склонив голову набок, принялся пристально рассматривать меня.
Ариадна права: от него исходит такая густая, мощная энергетика, что невольно ёжишься, покрываясь с ног до головы мурашками.
— Чем займёмся сегодня? — попыталась смахнуть флёр его притягательности с себя. Получается слабо, но я без боя не сдамся!
— Для начала, ты выберешь Фонд, в который я прямо сейчас перечислю деньги за вчерашний вечер, — глоток, наверняка, ледяного кофе, — а потом, мы продолжим знакомство.
Вскинула брови. Максимально странный клиент и заказ.
— Что ж, выбрать Фонд не сложно. Начнём с помощи детям.
Он молчаливо кивнул и вышел из кухни. Убрала со стола, вымыла посуду. Села на место с чашечкой горячего чая. Блаженство. Через несколько минут Тариэл вернулся с ноутбуком. А ещё через пять развернул ко мне экран с подтверждением перевода через онлайн кабинет.
Смутилась.
— Я верю.
Он одарил меня трудночитаемым взглядом и захлопнул компьютер.
— Предлагаю прогуляться.
Кинула взгляд за окно. Глаза заболели от яркости света, отражаемого искрящимися барханами.
— С удовольствием, только фея-крестная готовила меня к балу, а не прогулкам в мороз. Боюсь, стоит мне только высунуть нос в припрятанных нарядах, и украсит твой двор ледяная статуя.
— Так не пойдёт. Ты мне должна ещё шесть дней, — набрал номер. На той стороне ответили сразу.
— Виолетта, привези-ка нам тёплую женскую одежду…
***
Через несколько часов мы брели по заснеженной тропе вдоль хвойного леса. Воздух морозный, кристально чистый. Вдыхаешь — и лёгкие во всю мощь расправляют «крылья». Щечки и кончики пальцев пощипывает холодом, изредка, в медленном танце, на белое полотно опускаются снежинки. От дыхания причудливо клубится густой пар. Солнце ярко светит, но уже не греет. Здесь победила зима.
Тихо.
Не слышно ни людей, ни машин, только уханье совы вдалеке, да хруст снега под ногами. Несколько раз норовила упасть, так что меня крепко держали под руку.
