Не успели Денис с Максимом осмыслить это дикое предложение, как Леся уже ответила за всех.
– Мы очень польщены, – дипломатично сказала она. – Это большая... это огромная для нас честь! Помочь самому Хитроцельсу Великому! Да еще в таком деле! Но нам очень важно, чтобы наш друг Тиша как можно скорее добрался до Копейкина острова. Нам все равно, как это произойдет – по морю или по воздуху, только бы поскорее. А нам самим надо срочно возвращаться в Закрытку. Понимаете?
– Нет. Не понимаю, – сухо сказал Хитроцельс. – Как вы можете думать о каком-то хомо элефантикусе, а тем более о скучной Закрытке, где душно любому волшебному искусству? Как вас может заботить вся эта суета после того, как вы получили шанс увидеть Солнце Хитроцельса? Вы только вдумайтесь! Это вам не горшочек-самовар! Не шапка-утайка и не ковер-самолет! Это нечто абсолютно невероятное! В Закрытке такого и через тысячу лет не будет! А у нас – пожалуйста!
Волшебник вскочил и в возбуждении подошел к окну, за которым уже было черным-черно.
– Невиданный прогресс! – продолжал разглагольствовать он. – В Архипелаге есть такие места, где с трудом вызревают даже груши. Слишком холодно, слишком мало света. Но если солнце будет светить круглые сутки, на севере Туран-острова можно будет даже в феврале питаться персиками! У нас кое-где по сей день жгут свечи, чтобы освещать дома. Не хватает на всех волшебных светильников! А так – не придется ничего жечь! А темные дела, которые обычно творятся под покровом ночи? Ведь, несмотря на все старания Следопытного посада, и сейчас еще бродят кое-где неотловленные вурдалаки и волколаки. Но как только исчезнет ночь, все они мгновенно останутся без...
Хитроцельс осекся, но спустя несколько секунд продолжил с новым рвением:
– Вот вам пожалуйста: какие-то недоумки болтаются по морю, размахивая факелами. Ну что в этом хорошего? Страдает пожарная безопасность! Так ведь можно и корабль поджечь! А если бы над ними сияло Солнце Хитроцельса...
И тут ребята наконец осознали...
Наконец-то они сообразили...
Наконец-то!
Недалеко от острова Хитроцельс увидел корабль! О котором уж не чаяли, на который уж не надеялись!
Так ведь корабль-то им и нужен!
Все трое, как по команде, вскочили из-за стола и подбежали к Хитроцельсу. Максим так спешил, что даже наступил волшебнику на хвост. Но тот, увлеченный своим монологом, и ухом (точнее сказать – рогом) не повел.
Но вот незадача: за толстенным синим стеклом, да еще в темнотище, не было видно ни зги. Максим с Лесей вообще ничего не рассмотрели. Даже зоркому Денису пришлось напрячь зрение, чтобы обнаружить едва приметный огонек, который мерцал у самого горизонта.
– Где корабль? Где недоумки? – шепотом спросил Максим у Леси. – Темно хоть глаз выколи.
– Это нам с тобой темно. А Хитроцельсу как раз нормально, – объяснила Леся. – Драконье зрение отличается от нашего двумя особенностями. Во-первых, оно ночное, а во-вторых – телескопическое.
– То есть драконы видят находящиеся далеко предметы увеличенными? – догадался Максим.
– Да. Если хотят.
Итак, в окрестностях острова До Свиданья все-таки появился корабль. Оставалось понять как посадить на него Тишу.
ИСТОРИЯ ВОСЬМАЯ, В КОТОРОЙ ЛЕТАЕТ ГРОБ, КРИЧАТ ГРИФОНЫ, А ДРАКОН ПЛЮЕТСЯ ХЛАДИНИЕМ
Наутро распогодилось. Свежий ветер разогнал тучи, море успокоилось и выглянуло ласковое солнце.
Неизвестный корабль, а точнее ладья, по-прежнему бесцельно болтался вдалеке от берега со спущенным парусом.
Увы, что происходит на борту ладьи, рассмотреть было практически невозможно. Ясно было только, что корабль не спешит причаливать к острову До Свиданья. Впрочем, и удаляться от него вроде бы не собирается.
Денис, Леся и Максим стояли на вершине башни Хитроцельса и обсуждали что делать дальше.
Тишу, казалось бы, тема их разговора должна была заботить больше всех. Ведь именно он заварил всю эту кашу! Однако через несколько минут этого "военного совета" шошарр приуныл, поскучнел и, широко позевывая, сообщил, что просто обязан проверить оранжерею Хитроцельса на предмет того, не растут ли в ней какие-нибудь особенно деликатесные фухтели.
Следует сказать, что Тиша на удивление быстро освоился в сложной системе шахт и коридоров башни, словно бы прожил там всю свою жизнь!
Он радостно носился повсюду на скрипучей вагонетке, совал свой хобот во все закоулки и тайники, без страха трогал и пробовал все, до чего мог дотянуться. Словом, производил впечатление шошарра, который готов остаться в этом до отказа напичканном волшебством месте навсегда.
– Жаль, что Хитроцельс обиделся из-за Солнца. Он ведь на самом деле неплохой дядька, – вздохнул Денис. – Но как ему объяснить, что у нас совершенно нет времени?
– Да ведь объясняли уже вчера! Чуть не охрипли! – проворчал Максим, усаживаясь на каменный парапет, окружавший вершину башни. – Что нам было еще ему сказать? Что мы ненавидим искусственные солнца? Что мы ненавидим волшебство?
И в самом деле: вчерашний ужин и так закончился ожесточенным спором.
Ребята упрашивали Хитроцельса снабдить их лодкой или еще какой-нибудь посудиной, чтобы добраться на ней до неведомого корабля, посадить на него Тишу и вернуться обратно.
Леся в конце концов даже заявила, что они согласны принять участие в изготовлении Хромосферы и запуске Солнца Хитроцельса – после того как они сдадут Тишу мореходам Архипелага. Но взбалмошному волшебнику как вожжа под хвост попала: нет у него никакой лодки! Нет даже никакой посудины! А размениваться на мелочи и заниматься паршивым плотницким ремеслом он не собирается! И вообще, по законам гостеприимства он готов терпеть их в своей башне сколько влезет, только пусть перестанут канючить! Не хотят помогать – так пусть хоть не мешают!
– Да, прямо беда... – вздохнула Леся. – Вот бы придумать как этому кораблю просигналить!
– Действительно, – согласился Денис, – если бы они сами подошли к До Свиданья, все наши проблемы были бы решены!
Максим задумчиво грыз дужку своих очков.
– Слушай, а зеркальца у тебя нет? – спросил он у Леси.
– Зеркальце? Было где-то...
– Ну так давай. Хоть солнечных зайчиков попускаем. Может, они там, на корабле, обратят на нас внимание.
Денис признал, что мысль очень даже ничего. Ему стало немного завидно, что такое элегантное решение проблемы предложил Максим, а не он сам.
– Ага, нужны им твои зайчики, – буркнул Денис. – Они что – башни не видят? Я думаю, если их такая громадина не заинтересовала, то зайчики их не заинтересуют и подавно!
– Может, они как раз башни и боятся, а потому не подходят к берегу, – возразил Максим. – А если им посигналить, они увидят в подзорную трубу, что здесь нет ничего страшного. Что на вершине – обычные ребята, то есть мы. Им станет интересно кто мы такие – вот они и подплывут, чтобы рассмотреть все получше.
– Так. Ясно, – сказала Леся, которая тем временем перерыла все карманы. – Я вчера зеркальце переложила в рюкзачок. Сейчас за ним схожу...
БУМ...
БУ-УММ...
БУ-У-УМММ...
Гулкие удары разнеслись над островом До Свиданья. Будто кто-то уронил с Останкинской телевышки три железных контейнера, набитых чугунными ядрами.
Брови Дениса взлетели на лоб.
– Это что еще такое? – спросил он, озираясь. Денис пытался понять, откуда доносятся звуки – изнутри башни Хитроцельса, со стороны моря или...
БУМ...
БУ-УММ...
БУ-У-УМММ...
Еще три удара!
Заподозрив неладное, Денис посмотрел в сторону Двери.
Он и его друзья находились сейчас очень высоко. Куда выше макушки платана, на который Денис залазил вчера, чтобы поглядеть, что находится за стеной.
Перед ними как на ладони лежало все то, что видел Денис вчера по ту сторону стены, в Зазеркалье. А именно: вторая половина острова До Свиданья, платаны, чугунные цепи над морем и само море. Только не было в море крохотного кораблика, не торчала из воды рядом с островом исполинская башня Хитроцельса и вообще: зеркало отражало лишь то, что ему вздумается.
А сейчас вздумалось ему отразить (или, точнее, показать?) нечто странное и зловещее.
Под самой стеной – там, в Зазеркалье – топтались огромные крылатые существа с львиными телами, орлиными головами и крыльями. Всего их было четыре и каждое из них имело свою масть. Одно существо было серое в яблоках, другое – вороное, третье – белое, а четвертое – медно-рыжее.
На спинах крылатых существ сидели диковинные всадники. На головах у них были надеты глухие шлемы с прорезями для глаз. В этих шлемах, в блестящих, будто бы лакированных плащах и матовых стальных латах всадники напоминали европейских рыцарей времен войны Алой и Белой Розы. Правда, Денис не заметил при них ни одного копья, но это еще не значило, что они вовсе безоружны.
