Казалось, никто из них не отдавал себе отчета в том, что все это стоит денег, и немалых, пока семейство Менсонов не оказалось на грани полного разорения. И как-то само собой разумелось, что спасать его должна практичная Маделайн.
Доротея мрачно покачала головой:
– Знаю только, что на этот раз здравый смысл тебе явно изменил.
– Но почему, Дотти? Что может быть разумнее брака по расчету? Такие сделки заключаются постоянно.
– Нет, вовсе не такие! Где это видано, чтобы жених не осмеливался предстать перед обществом, словно у него есть какая-то страшная тайна? И вместо того, чтобы отправить меня, твои родители сами должны были поехать с тобой – хотя бы для того, чтобы убедиться, что не выдали тебя замуж за чудовище.
Та же самая мысль не раз приходила в голову и Маделайн, но она действительно была разумной девицей и понимала, что сейчас разгар лондонского сезона и мать должна присутствовать на множестве приемов, а отцу предстоит обследовать новые игорные дома. Ведь теперь семья снова могла ни в чем себе не отказывать.
– Надеюсь, что твои близкие по крайней мере благодарны тебе, – поджав губы, заявила Доротея. – По сути, ты принесла себя в жертву семье.
– Ох, Дотти! По-твоему, выйти замуж значит принести себя в жертву? Мистеру Леджу нужна жена. Мне нужен состоятельный муж. Что может быть проще и удобнее подобного соглашения?
– Бедная, бедная девочка!
Маделайн поморщилась, приложила пальцы к вискам. Доротея умудрялась выводить ее из себя всем – даже сочувствием. Она понимала, что кузина желает ей добра, но слова Дотти снова всколыхнули страхи и сомнения, таившиеся в глубинах души. Уже не раз ее одолевало желание повернуть лошадей назад, к лондонской жизни с ее суетой, балами и салонами, в мир, который всегда был для Маделайн чужим, но теперь, издалека, казался таким заманчивым и безопасным. Лишь одно останавливало ее. Девушка снова коснулась рукой медальона, потом осторожно сняла его, спрятала в ладони, как подлинное сокровище.
Она тайком взглянула на красивое лицо – лицо поэта, мечтателя, влюбленного. Черные, как ночь, волосы, собранные сзади в косичку, чувственный рот, твердый, решительный подбородок. Но более всего Маделайн пленяли глаза Анатоля Леджа. Они казались живыми и горели загадочным внутренним светом, изобличая сильную и страстную натуру, но в то же время были полны затаенной печали. Убедившись, что Доротея на нее не смотрит, девушка быстро поднесла миниатюру к губам и тут же улыбнулась своему ребячеству.
Условия брачного контракта, собственность, соображения удобства – обо всем этом Маделайн говорила Дотти, родным, даже самой себе. Но истина заключалась в том, что ее решение выйти замуж за Анатоля Леджа пришло к ней вовсе не после практических размышлений. Она поступила еще более опрометчиво, чем любая глупенькая девчонка, отдающая свое сердце первому встречному. Ибо Маделайн с первого взгляда отдала свое сердце портрету, так что странному маленькому человечку с белоснежными волосами и ангельски невинными глазами оказалось совсем просто ее уговорить.
Мистер Мармирдж не принадлежал к тому разряду людей, которые могли бы обратить на себя внимание в Лондоне или получить приглашение в лучшие лондонские гостиные. Он был обычным скромным деревенским священником, а Маделайн всегда недолюбливала деревенских жителей, считая их грубыми, невежественными и дурно воспитанными. Однако этот священник оказался очень приятным и на удивление образованным человеком, правда, не этим объяснялось то внезапное расположение, которое почувствовала к нему Маделайн. Их первая встреча произошла совершенно случайно в одной из книжных лавок на окраине Сити, куда часто заглядывала Маделайн. Пожилой человечек уронил треуголку, и девушке ничего не оставалось, как ее поднять.
Она сама не смогла бы объяснить, каким образом это мимолетное знакомство переросло в нечто куда более тесное и дружеское, но очень скоро заметила, что с нетерпением ждет ежедневных визитов маленького деревенского священника. Мистер Мармирдж действительно был на редкость хорошо образован, но она виделась с ним не для того, чтобы говорить о литературе или философии.
Маделайн заинтересовало странное поручение, приведшее мистера Мармирджа в Лондон, и ей хотелось как можно больше узнать о загадочном мистере Ледже, который доверил деревенскому священнику такое важное дело, как поиски невесты.
– И вы говорите, что мистер Ледж живет в этом огромном мрачном замке совершенно один? – с замиранием сердца спрашивала она.
– С горсткой слуг. Замок Ледж стоит в очень уединенном месте. Мистер Ледж ни разу в жизни не удалялся от своего жилища дальше чем на несколько миль.
– Не может быть! Неужели он даже не учился в университете и не совершал кругосветного путешествия?
– Нет. Мистер Ледж больше всего на свете ценит одиночество и независимость.
Этот ответ затронул некую чувствительную струну в душе Маделайн и еще больше возбудил ее любопытство.
– И он настолько застенчив, что даже не может выбраться из своего угла и сам поискать себе жену?
– У мистера Леджа есть основания считать, что я неплохо справлюсь с этим делом.
– А он умный человек? Образованный?
– Он обладает многими способностями, которые можно назвать уникальными. – Тут священник зашелся во внезапном приступе кашля, а Маделайн с нетерпением ждала, пока он снова заговорит. – Кроме того, мистер Ледж прекрасный хозяин. Его люди ни на что не могут пожаловаться. Замок Ледж процветает, и в нем живет сама история.
– История?
– Именно… На втором этаже обширная библиотека, собранная многими поколениями…
– А ваш мистер Ледж… он увлекается чтением?
– О, да. Он… он пользуется книгами.
Маделайн вздохнула.
Она уже почти воочию видела этого удивительного человека, предпочитающего уединение и жизнь ума светским удовольствиям, на которые так падки обычные мужчины. Наверное, бессонные ночи, проведенные за книгами, сделали его бледным и изможденным. К тому времени, как Мармирдж вложил в ее руку миниатюру с портретом, она уже была полностью заворожена образом, возникшим в ее уме.
– Мой молодой господин страдает от одиночества в своем замке у моря, – обронил Мармирдж.
– От одиночества можно страдать даже в сердце шумного города, – ответила Маделайн с печальной улыбкой.
– Но именно вы могли бы избавить его от одиночества. Я уверен, что провидение предназначило вас в жены мистеру Леджу.
– Меня? – Маделайн рассмеялась и покачала головой. – Но у меня нет ни состояния, ни других качеств, которые большинство мужчин ищут в жене.
– Мистер Ледж не относится к большинству мужчин. Я не могу объяснить, но я твердо уверен… – Старик слегка сжал руку Маделайн. – Я знаю – вы именно та, что нужна мистеру Леджу. Вы единственная женщина, которую он сможет полюбить.
