А потом кто-то из полицейских решил считать информацию с идентификаторов, которые при жизни жертв были вшиты под кожу.
Одна из девушек… Её имя ничего никому не говорило. Зато другая…
— Чёрт побери, она из наших…
— Из кого? — не удержалась от вопроса продолжавшая стоять недалеко Виттория. Детективы посмотрели на неё неодобрительно, но пока свидетельницу нельзя было отпускать. И потом, всё равно скоро все узнают.
— Полицейская. Патрульный сержант Элеонора Си… Надо сообщить в её участок, в городское управление. И, наверно, в контрольный отдел…
Ни в одном из этих мест не обрадовались такой новости.
Лаура узнала об этом в начале следующей смены. От капитана Дэвиса.
Хорошо, что она сидела в этот момент, — иначе у неё подкосились бы ноги.
— Как это случилось? — спросила она. На этот раз капитан собрал всех перед сменой, и она была первой, кто озвучил вопрос, интересовавший всех.
На самом деле, в глубине души патрульный офицер Мартинес понимала, что, вероятнее всего, дело закончится именно так. Однако до последнего не хотела верить. Может быть, как раз, пока она отдыхала с Яном… Мысль не давала ей покоя, хотя, как и положено профессионалу, она понимала: сделать что-либо она бы сама не смогла. И всё же…
Однако подробности, — их, разумеется, капитан знал, — произвели впечатление не только на Лауру. Патрульные не имели — по крайней мере, формально, — отношения к расследованию, но не могли не обменяться мнениями. Капитан и присутствовавший тут де лейтенант Лекар не препятствовали: всегда можно услышать какую-то ценную идею.
Лаура Мартинес пока не подавала идей. Ей нужно было подумать… Зато задала вопрос:
— А … кем была вторая девушка, сэр?
— Её звали Элизабет Венс, она не работала, жила на безусловный доход. — Лекар назвал дом, но не стал называть полный адрес с номером квартиры. Патрульной это было ни к чему. — Вам это имя о чём-то говорит?
— Не припомню, сэр, — покачала головой Лаура. И солгала.
А через несколько минут уехала на патрулирование.
Смена выдалась спокойной, и у неё было время позвонить Яну. Сообщить новость о гибели подруги, патрульного сержанта Элеоноры Си, вместе с другой девушкой. Ян был не чужой человек, и он не будет распространять слухов. А с неё никто не брал слова молчать… Может быть, капитан и лейтенант просто забыли об этом..? Как бы там ни было, а главную новость она расскажет при следующей встрече.
[1] Асфиксия — удушье.
12
12.
Трафарет.
Интересная технология, думал Пика. А самое главное: кто-то изготовил эти трафареты, по которым неизвестный делал рисунки на стенах.
Понятно было, почему избран именно такой способ. Кем бы ни был этот художник, его интересовала быстрота. Чтобы как можно меньше времени быть у стены, на которой делал рисунок… Ему совсем не хотелось, чтобы его застали за этой работой.
Однако сам подпольный художник был, видимо, новичком. Впрочем, пика допускал, что работали несколько человек. Для этого нужна была слаженность…
Как можно было сделать это? Для такой картины нужен был набор трафаретов под краску каждого цвета. И баллончики. Причём трафареты с высокой степень детализации, и на каждом этапе их нужно было совместить… Да, для этого нужны несколько человек.
Но главным было не это. Для Пики было очевидным: изготовить такие трафареты можно только с помощью компьютера. То есть вырезали их, быть может, и вручную. А вот рассчитать форму каждого, в соответствии с требуемым цветом… Да так, чтобы не было сбоев и несоответствий, — а в рисунках их не было. Одно дело, когда ты рисуешь прямо на стене и видишь, что делаешь. Другое — когда вынужден вот так просчитывать заранее… Тут не хватит человеческой памяти. Тут без компьютера — никак.
Тогда кто мог сделать это?
У него был один такой знакомый. И пика позвонил ему.
— О, ты решил сменить способ деятельности? — рассмеялся Росс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Хочу попробовать что-то новенькое. Говорят, так быстрее… А ты, кажется, работаешь с такими программами.
— Я работаю с графическими редакторами, — поправил приятель.
— А для изготовления таких трафаретов что нужно?
— Ну вот смотри. Допустим, ты создаёшь рисунок, который хочешь нанести на стену. Заранее создаёшь на компьютере, так?
— Предположим. — Что касается самого Пики, он так никогда не делал, предпочитая более консервативный метод творчества. Хотя пользоваться компьютером, разумеется, умел. В Городе Луны не было таких, кто не умел бы.
— Так вот, после этого тебе нужна программа, которая рассчитает трафарет для каждого цвета. После того, разумеется, как ты введёшь туда размеры того рисунка, что собираешься наносить на стену. Значит, предварительно ты должен измерить стену, верно?
— Разумеется. — На самом деле, он об этом даже не задумывался: собственные рисунки пики всегда вписывались в существующее пространство. — Такие программы есть?
— Я не встречал. Но знаю девушку, которая этим активно интересовалась, и могла бы написать. Собственно, она со мной консультировалась по поводу некоторых моментов.
— Можешь связать меня с ней?
— Конечно. Хотя я с ней не разговаривал уже несколько недель. Её зовут Элизабет Венс.
— А вот теперь… Мне, действительно, страшно, — сказала Лаура. За время смены у неё было время обдумать всё это.
— Я понимаю, твоя подруга…
— Дело не только в Элеоноре.
— А в чём? — спросил Ян. И удивился, услышав вступление:
— Я никому не говорила. На службе — это понятно. Но я и не сообщала … пока… То, о чём мы говорили… Элизабет Венс, которая погибла вместе с Элеонорой… Или, по крайней мере, их тела были связаны… Там эксперты разберутся… Она была одной из нас.
— А Элеонора не была? — счёл нужным он уточнить. И увидел, как в ответ Лаура покачала головой.
— Нет. В том-то и дело… Если он убивает … наших… А он это делает… Наверно, он знал или подозревал, что … есть кто-то в нашем участке, в патрульной полиции. Решил убить сразу двоих, но ошибся в одном объекте. Он должен был убить меня…
— Ты полагаешь, он … повторит попытку? — Обнимая подругу, Ян чувствовал, как она напряжена. Но считал, что нужно смотреть правде в глаза, и о некоторых вещах говорить прямо.
— Понятия не имею. Мы же не знаем, понял он, что ошибся, или думает, что убил ту, кого ему нужно… Всё зависит от этого, а узнать у нас возможности нет.
— Похоже, что ты права. — Ян подумал, что, хотя она и является обычной патрульной, но, в конце концов, знает основы полицейской работы. И может анализировать ситуацию. — Но мне всё-таки нужно знать, чем вы занимаетесь … или уже почти можно сказать: чем мы занимаемся.
— Завтра узнаешь. Как раз выходной… Мы пойдём … как будто бы на пикник в парк, и там встретимся с человеком…
— Разве ты не пойдёшь прощаться с Элеонорой?
— Это ещё неизвестно, когда будет. Но точно не завтра. Пока они все экспертизы проведут… А Элизабет … я даже не смогу показать, что её знала.
— Тогда пойдём. И я буду с нетерпением ждать возможности … узнать, в чём же тут, всё-таки дело.
Идти было довольно далеко, — мало кто из горожан предпринимал такие прогулки. Но Ян с Лаурой, закинув за спину небольшие рюкзаки, решили сегодня поступить именно так. Девушка могла бы арендовать велосипед, — но это оставило бы следы и привлекло внимание. Велосипед самого Яна тоже могли заметить Сегодня это им было не нужно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А камеры нас не засекут? А отслеживание идентификаторов? Может, оставить кольца…?
— Чтобы мы могли не попасть домой? Не нужно, — ответила Лаура. — Идём тихо, спокойно, чтобы никто не обратил внимание, что мы устали… А по самим камерам, распознающим лица, нас начнут искать, только если заподозрят.
— Как они узнают, что мы устали? — удивился Ян. И услышал ещё более удивительный ответ:
