— По пульсу. Идентификатор, неважно, на кольце или вшитый, передаёт и эти данные. Допустим, я тогда остановила тебя… И, вместе со всем остальным, увидела, какой пульс у тебя был за пять минут до того, и каким он стал при нашем общении.
— Но зачем?! — Получилось, что даже реакцию своего организма на что-то человек не мог скрыть.
— А чтобы я, разговаривая с тобой, сразу понимала: не начал ли ты нервничать при появлении офицера полиции. Если да, мне нужно быть настороже. Просто так никто не нервничает…
— То есть, это считается подозрительным?
— Ну … Да.
— А если человек спешит, и нервничает из-за того, что у него отнимают время?
— Его проблемы. Велосипедиста проверят на трезвость. К тому же, они считают, что … горожане не должны никуда спешить.
— Почему?
— Тебе объяснит тот, с кем мы должны встретиться.
— Мне это не нравится.
— Почему, Гам? — спросил начальник. Антуан считал его глупцом. Но давно научился скрывать раздражение по поводу того, что приходится что-то тому объяснять. Причём чуть ли не на пальцах.
— Вы же помните, я привлекал ваше внимание к этому Хенриксону, сэр.
— Да, ну и что?
— А Хенриксон находится в связи с Лаурой Мартинес, я даже был вынужден предостеречь капитана Дэвиса. Начальника участка.
— И это я тоже помню, — признал начальник.
— Ну, вот. А теперь убивают патрульного сержанта из этого же участка. Сержант Си была не только непосредственной начальницей этой Мартинес, но и подругой, — объяснил Антуан, который уже успел это выяснить. — Убивают вместе с девушкой, которая вообще не имела отношения к полиции, и не удалось установить, чтобы она была раньше знакома с сержантом Си.
— Зачем вы вообще полезли в это, Гам? Убийство — дело полиции…
— При условии, что оно не связано с тем, чем занимаемся мы. — Антуан кивнул, хотя по сути — возразил. С раздражением подумав, что с таким начальством нужна не столько логика, сколько дипломатия. — Я не верю в совпадения, сэр. Все эти люди связан с Хенриксоном…
— Возможно, вы и правы, — вынужден был признать шеф. — Возможно, и есть какая-то связь. Хотя я не верю в то, что Хенриксон является убийцей…
— Я этого и не утверждал…
— Так вот, да, возможно, что между Хенриксоном и убийствами есть какая-то опосредованная связь. Но я не вижу связи с тем, чем мы занимаемся, ни у Хенриксона, ни у убийств.
— Вы запрещаете..?
— Нет, не запрещаю. — Начальник не мог исключать того, что чёртов гений окажется всё-таки прав. И рисковать не хотел. Зато хотел переложить решение на самого подчинённого. — Но призываю более рационально использовать ресурсы, — разве не это призваны мы обеспечивать? А ваше рабочее время — самый ценный ресурс. — Он сделал паузу. — Откровенно говоря, мне кажется, что вы за что-то взъелись на этого Хенриксона. Мне бы не хотелось, чтобы личное портило ваши показатели работы, Гам.
— Я понял вас, сэр. Это не так, и с Хенриксоном я незнаком. — С точки зрения фактов, это была правда, сотрудник контрольного отдела никогда не встречался с тем, кого они обсуждали. — Но я чувствую что-то такое…
Начальник не стал делать ему замечание за ссылку на неопределённую интуицию. Любого другого он распёк бы, но к Антуану Гаму это не относилось: тот владел убийственным сочетанием интуиции и логики.
— Что ж, как знаете, но подумайте об этом ещё раз.
Конечно, подумаю, и не раз подумаю об этом Хенриксоне, проворчал про себя Антуан, искусно скрывая раздражение. Не запретили думать и действовать в этом направлении, — уже хорошо. А замечания этого тупицы он переживёт.
Обычно логичный Антуан Гам просто не отдавал себе отчёта, что его раздражение только растёт из-за того, что начальник-то, по сути его раскусил, заметил, что он действует в значительной мере из-за личного отношения к Яну Хенриксону. Хотя и не понял причины.
13
13.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Ради такого случая Лауре пришлось-таки взять напрокат велосипед. У Яна, разумеется, был свой, и теперь они просто ехали рядом. Встреча была назначена в глубине самого большого городского парка.
— Только не гони, — улыбнулась Лаура. — Я к такому не привыкла.
— А мне казалось, что ты — девушка спортивная!
— Ну … да, но … ты бы тоже попросил пощады, если бы оказался в зале для джиу-джитсу!
С этим доводом Яну пришлось согласиться. Да он и не ехал быстро. Насчёт физической формы напарницы по этой поездке он не слишком беспокоился, а вот как она справится с управлением велосипедом? Конечно, патрульный офицер Мартинес ездила на полицейском скутере, но у него всё-таки три колеса… Впрочем, Лаура уверенно держалась рядом, и не обнаруживала тенденции упасть с велосипеда. Уже неплохо.
Впрочем, им и некуда спешить. Да, до нужного места нужно проехать несколько километров, — Лаура утверждала, что знала дорогу. Но запас времени был, — они выехали заранее. А раз так, можно было насладиться небыстрой ездой по ровным дорожкам. Мимо проплывали пальмы или просто высоченные деревья, между ними росли кусты с какими-то яркими цветами. Ян не знал их названий, и считал, что сейчас не время спрашивать, знает ли подруга. Отчасти ему было стыдно из-за этого незнания, хотя он и понимал, что невозможно знать всё. А потому, проезжая мимо очередной лужайки, поросшей травой, обрамлённой деревьями, и границу которой обозначали те самые кусты с яркими цветами, сказал:
— Красиво!
— Да. Если бы не то, зачем мы едем… Когда бы мы это увидели?
— А ещё удивительно, что здесь никого нет. Скажи… Ты же патрулируешь парк в разное время… Это всегда так?
— Мой маршрут вообще-то не здесь. Но там, где я бываю, почти так же. — Лаура чуть поднажала на педали, чтобы ехать рядом: так было удобнее разговаривать. До этого она держалась чуть сзади. — Люди, в основном, стараются отдыхать дома.
— А тебе не кажется это странным? То, что столько усилий и труда тратится на содержание места, где почти никогда никого не бывает. И такая площадь … когда живём мы в тесных квартирках, друг у друга на головах.
— Ты задаёшь правильные вопросы. Думаю, тот, с кем мы встречаемся, будет доволен. И многое объяснит…
— Мы всё равно выделили на встречу целый день. Почему ты предложила ехать на велосипедах? Можно было бы пройтись. Здесь не так далеко, а прогулка тоже была бы приятной.
— Потому что, если бы мы шли пешком, кто-нибудь мог бы идти за нами. Даже прячась где-нибудь… — Лаура оторвала руку от руля и показала на деревья справа. Способ передвижения на эту поездку был именно её идеей. — А так, если кто-нибудь захочет держаться за нами, ему тоже придётся ехать. А значит, держаться дорожки, и мы тогда хотя бы его заметим. — Даже небольшая для велосипедиста скорость всё-таки была больше, чем у пешехода.
Ян на секунду повернул голову, — это можно было сделать на прямом участке дорожки, где не было никого, кроме них.
— Там никого нет.
— На самом деле, я и не думала, что за нами будут следить. Но лучше соблюдать осторожность.
— Как таинственно! — улыбнулся Ян. А вот Лаура осталась серьёзной.
— Мы почти приехали.
— Тогда показывай дорогу.
Они сошли с велосипедов, и повели их рядом, через большую поляну, потом — между деревьями, по едва заметной и явно очень старой тропинке. И скоро вышли на ещё одну поляну.
— Вот здесь и расположимся, — сказала Лаура.
— Хорошее место. — Кто бы ни выбрал его. Здесь, действительно, было красиво. Вон там, в тенёчке?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нет, мы должны быть на середине поляны.
Солнце начинало припекать, и Ян подумал, что такое решение принято неспроста. Похоже, Лауру кто-то проинструктировал. Но послушно стал снимать с багажника велосипеда нехитрые принадлежности для пикника. На траве расстелили подстилку, Лаура прилегла, а Ян сел по-турецки. Он хотел, — раз уж попал сюда, — насладиться тишиной и тем, что до ближайшего чужого человека было, наверно, несколько километров. Надо будет устраивать такие вылазки и не в связи с…
