тумбочку.
– Прости… – Лия кое-как села на постели, поморщилась от боли во всем теле. Есенина тут же вложила ей в руку какие-то таблетки и протянула стакан воды, приказав пить.
– А теперь это. – На замену лекарствам пришла горячая чашка чая с лимоном. Леонова подняла умоляющий взгляд на соседку, но та только безжалостно покачала головой.
– Знаю, ты не пьешь чай, но сейчас надо, – отрезала Есенина.
– Жженная трава… не хочу…
– Надо. Мне Громов велел тебя на ноги поставить, сказал, что проследит за этим, – она усмехнулась.
– Чего? – Леонова даже о чае забыла, едва не поперхнулась.
– Ты не помнишь? Это же он тебя привез… – Мария подняла на подругу лукавый взгляд. – На руках нес…
– На чем? – Лия едва вскрикнула, тут же вызывая в горле острый приступ боли.
– Не знаю, что там между вами творится, но кажется мне, что это не просто шантаж… а ты давай, пей-пей, я ведь не отстану…
Есенина поделилась подробностями прошлого вечера, заставляя Лию шокировано замереть. Действительно, сейчас она припоминала, что кажется, в какой-то момент, оказалась на руках своего начальника. Стало одновременно стыдно и страшно.
– Черт возьми… – Она через силу сделала очередной глоток, – забери это уже… – Лия поморщилась, не пытаясь скрыть отвращения. Она на дух не переносила ни чай, ни лимон. – Как так получилось? – прошептала она.
– Ну… надо было слушаться меня… – Маша пожала плечами. – И не свалилась бы в обморок сначала в офисе, а потом уже по пути домой. Тебе и впрямь было очень плохо… Громов сказал, что ты наотрез отказалась ехать в больницу…
– Ага…
– Он оставил огромный пакет лекарств, велел все в тебя запихнуть, даже если ты будешь возражать… мне в понедельник ему отчитываться… а тебе он дал неделю отгула.
– Как это?
– А вот так. Сказал, что кадрам сам сообщит…
– Дела…
– А то. Говорю тебе, Лия, что-то между вами не то…
Глава 19
Лия была рада вернуться на работу. В отличие от тех, кто считал это просто способом заработать себе на жизнь, Леонова свою деятельность любила и прервать ее на неделю оказалось не меньшим стрессом, чем сама болезнь. К слову, Громов даже соизволил себе дважды позвонить, узнавал у нее о самочувствии, спрашивал, нужно ли что, но Лия таких разговоров сторонилась и посему обрывала их короткими ответами. Мария пару раз обмолвилась, что не понимает подругу и Леонова могла бы быть и помягче с начальником, но Лия только отмахивалась. Не было желания посвящать Есенину в истории прошлого, но она была убеждена, что если Игорь и изменился, то явно не в лучшую сторону, и на все его любезности она не собиралась вестись.
Понедельник стал приятным днем. На удивление, утром в метро оказалось меньше народу, чем обычно, погода радовала солнцем и теплым ветерком, Лия успела даже заскочить в кофейню, что находилась неподалеку от Ingate и запастись любимыми круассанами с латте.
Сегодня она была одна, так как Маша ушла в недельный отпуск, заявив, что тоже хочет валяться без дела минимум пять дней из семи. Конечно, без нее Лие было непривычно на работе, но коллектив был приятным, и она практически со всеми ладила. Леонова избегала только Круглову, и та, по какой-то причине, избегала ее в ответ. Может быть, Юлия чувствовала нелюбовь Леоновой, а может было что-то еще. Лию это интересовало мало, ей хотелось приступить к работе, насладиться процессом новых отрисовок, может быть даже, получить более или интересный проект…
И исполнение желаний не заставило себя ждать. К одиннадцати дня Круглова успела уйти, а затем вернуться в их офис вся в слезах, а на рабочий и-мейл Лии пришло новое задание. В духе тех, что она получала в самом начале. Леонова не знала, чем это было вызвано, было ли это совпадением, но решила сосредоточиться на работе. Хотелось хоть раз сдать ее с первого раза. Хотелось хоть раз получить похвалу от Громова. Снова, как в старые-добрые времена, когда она только-только успела устроиться в Ingate.
К обеду настроение поднялось до отметки «очень хорошо». Лия пообедала с сотрудниками в столовой, решив не ограничиваться обычным салатом. Как-никак, после болезни нужно было начинать нормально питаться, да и сброшенные килограммы хотелось вернуть, уж больно худой Леонова казалась даже самой себе. Приятной новостью стала любимая запиканка, доставшаяся ей в виде последней порции и сообщение от Марии, где она утверждала, что, наконец-то, выбрала автомобиль и в ближайшее время они поедут его покупать. Это означало, что совсем скоро можно будет позабыть о проклятом общественном транспорте.
Когда Леонова расправилась со всей заказанной едой, до конца обеда оставалось полчаса, поэтому она решила скоротать их на улице. Ingate обладал прекрасным внутренним двориком с несколькими беседками. Мария утверждала, что летом они выглядят чудесно, но пока что они вполне подходили для того, чтобы там покурить. К слову, после всей пережитой нервотрепки, Лия снова повадилась иногда выкуривать сигарету-другую, но старалась с этим завязать, как и в студенческие годы, когда по глупости решила «просто попробовать». Стрельнув одну у сотрудника технического отдела Марка, что давно положил на нее глаз и все пытался пригласить на свидание, Леонова отправилась во двор, правда почти сразу позабыла о вредной привычке.
В беседке, в которой она намеревалась провести ближайшие пять минут, обнаружился ребенок. Лет шести-семи на вид. Что примечательно – один.
– Малыш… – Леонова огляделась, но на улице так никого и не заметила. Ребенок находился там в полном одиночестве. – Ты чей такой хорошенький? – Она подошла к нему и присела рядом, пряча сигарету в карман. Мальчик как-то тяжело вздохнул, а затем поднял на нее глаза. Грустные глаза темно-серого цвета. – Почему ты тут один? Где твоя мама? Папа?
– Он не хочет со мной быть. – Ребенок пожал плечами. Казалось, что еще чуть-чуть, и он расплачется. Опыта возни с малышней у Лии было немного, поэтому все, что она догадалась сделать – это «вытащить у него монетку из-за уха».
– Смотри, что это у тебя тут? – Она присела перед ним на корточки и протянула блестящую
