подумал отступать. Нагнулся, приблизился и аккуратно поцеловал ее в щеку, провел ладонью по волосам, заставляя шумно выдохнуть.
Руки Лии вспотели, сердце забилось у самого горла. В прошлом она спала с Игорем, страстно целовалась с ним в машине несколько недель тому назад, но никогда еще он не касался ее с таким трепетом, как сейчас.
– Не за что…
– Я жду тебя во вторник.
– Ага…
– Прости, что не могу подвести.
– Ничего, я доберусь на метро, – быстро ответила Лия, все еще смущаясь, потому что Игорь не собирался отступать.
– Я уже вызвал тебе такси, оно оплачено и ждет у подъезда.
– А… ну ладно… тогда я… я пойду… – растерянно закивала Леонова.
– Иди… – Громов усмехнулся, наконец, отошел на пару шагов и улыбнулся, наблюдая за тем, как Лия: покрасневшая и растерянная от такой близости, бросилась прочь из его квартиры, словно за ней гналась целая стая бешенных псов.
Глава 22
Мария не без удовольствия завела двигатель и вслушалась в рев мотора своей новехонькой «девочки». Hyundai Solaris, взятый с салона неделю назад грел душу. Есенина не могла нарадоваться своей покупке, она не помнила, когда в последний раз была так счастлива. Наверное, то был день, когда ее взяли в Ingate…
Маша помнила, что в те времена ей казалось – все проблемы решит хорошая работа. Она долго мыкалась, перебивалась низкооплачиваемым фрилансем, отбивалась от приставаний престарелых начальников, терпела мизерные жалования… а когда Громов сообщил о том, что берет ее в свою фирму, Есенина посчитала, что вот он – старт новой лучшей жизни. Дивный новый мир, который ляжет к ее ногам…
Вот только дивного не получилось. Сначала все испортил Ковалев, а затем одиночество незаметно стало спутником всей ее жизни. Марие было почти тридцать, а у нее не было ни мужа, ни ребенка, ни даже длительных отношений. Да что там? Секс в последний раз был больше полугода назад! И не то, что бы желающих не было, просто одноразовые связи тоже успели порядком поднадоесть.
Маше хотелось свиданий, ухаживаний, чувств, настоящей страсти, а не быстрого перепихона на полупьяную голову. Не хотелось видеть незнакомцев в постели, не хотелось выпроваживать их с утра пораньше, только бы избежать никому ненужной неловкости…
Есенина хотела делить со своим избранником жизнь: встречать с ним рассветы, провожать закаты, разговаривать, ссориться, мириться, вместе готовить, ходить в кино, скупать разные мелочи в дом в попытке сделать его уютным. А потом, завести с ним настоящую семью… забеременеть, родить ребенка, почувствовать себя настоящей женщиной…
К сожалению, те, кто попадались ей на пути, от Марии желали только одного и скрыть этого даже не пытались. Именно поэтому последние полгода Есенина занималась работой, уделяла время дружбе с Лией, лихорадочно собирала деньги на машину, будто бы это могло в корне изменить ее жизнь.
Впрочем… последнее все-таки кое-что изменило, только вот совсем не в ту сторону, на которую надеялась Мария.
Лия говорила ей, миллион раз предупреждала о том, что вождение в столице – это не ерунда, чуть не умоляла ее поездить с инструктором, но Маша на это только отмахивалась, считая, что все знает лучше Леоновой. И теперь, врезавшись в чужой Mercedes Brabus, она понимала, что подруга тысячу раз была права! На кой только черт ее понесло на ночь глядя в магазин, находившийся в такой дали от ее квартиры?! Никакая еда в мире этого не стоила!
Маша не поняла, как так вышло. Вроде бы вот, еще секунду тому назад она спокойно ехала по своей полосе, но вот в следующую задумалась и не пропустила дорогущий внедорожник, который после нескольких секунд раздумий, она поняла, никаких правил движения, в отличие от нее, не нарушал.
– Нет, нет, нет… – лихорадочно зашептала Мария, отстегивая ремень безопасности, понимая, что Mercedes получил неслабый удар. Кажется, у него напрочь отлетел кусок заднего бампера, хорошо, что в ее собственной машине не сработала подушка безопасности. Авария была не критичной, но все же…
Есенина напрочь забыла обо всем, когда из чужого Gelandewagen вышло трое очень рослых и крепких с виду парней. Она замерла на несколько секунд с открытым ртом. Это было ни к добру и единственное, до чего Есенина додумалась в стрессовой ситуации – это схватиться за телефон и лихорадочно набрать номер единственного человека, который сейчас смог бы ей помочь.
* * *
– Тише, Маш, тише, все же хорошо… – Есенина ревела вот уже десять минут к ряду, но Дима только обнимал ее и продолжал гладить по голове. – Все позади, все будет в порядке…
– Я… я…
– Ну все, перестань… – Ковалев пытался успокоить нерадивую подругу, но без толку. Мария плакала взахлеб и не собиралась останавливаться. Когда она позвонила ему, едва не посреди ночи, он сразу понял, что что-то стряслось. Он ей проходу не давал последние два месяца, Маша же только отшивала его в ответ, а тут… такой звонок не мог означать что-то хорошее, поэтому Дима выехал по названному адресу сразу, как только Есенина его продиктовала. Не стал медлить ни минуты.
– Сколько ты им отдал? – сквозь плач поинтересовалась Маша, отрываясь от его груди. Рубашка была мокрой чуть ли не насквозь.
– Какая разница? Все нормально, – отрезал он.
– Нет…
– Слушай, Маш, – прервал ее Ковалев, – что отдал, то отдал, не думай об этом, все позади. Они тебя напугали, да? – Мария отрицательно покачала головой, но Дима не поверил. Вид испуганной и бледной Есениной, которая даже двух слов не смогла связать в момент, когда он подъехал к аварии, говорил сам за себя.
Парни и впрямь оказались непростыми, но хорошая сумма денег решила их проблему. Благо, деньги у Димы всегда водились и отдать их ради Марии было не жалко. Он перевел им то, что они потребовали и, можно сказать, они отделались малой кровью. Вот только состояние Есениной ему совершенно не нравилось.
– Иди сюда. – Он снова заключил девушку в объятия и поцеловал ее в темноволосую макушку.
– Сколько я тебе должна вернуть? – Мария не попыталась вывернуться
