из его объятий и это только обрадовало Ковалева. Впервые за долгое время он мог ее обнимать. За такое не жалко было никаких денег.
– Ничего. Ты мне не должна ничего, – тихо ответил он.
– Так не пойдет! – Есенина выпуталась из чужих объятий и взглянула на Диму. – Почему ты вообще приехал? Далась я тебе?!
– Маш, прекрати, тебе нужно успокоиться…
– Ты ко всем вот так вот бежишь на первый зов? – Маша и сама не понимала, почему кричит, почему нападает на своего коллегу. Она не могла понять, на кого именно злилась в этой ситуации: на него или на себя. А может быть, на тех парней, что наговорили ей чудовищных вещей. Ее до сих пор брал озноб от этих мыслей. Ей казалось, что она никогда не забудет их лиц и того, что они обещали с ней сделать, если «хахаль не подвезет им денег».
– Нет, не ко всем, – спокойно, в отличие от собеседницы, ответил Ковалев. – Я приехал к тебе, потому что ты – это ты.
Есенина замерла. Провела рукой по щекам, стерла слезы. Выпрямилась на своем сидении и отвернулась от Ковалева. Хоть убей, а она не знала, почему позвонила именно ему. Вообще, ни то, чтобы у нее был богатый выбор, но она могла набрать своих старых приятелей, Лию, да Громова, в конце концов! По словам некоторых коллег, Игорь всегда и всех выручал в сложных ситуациях, никогда и никому не отказывал в тяжелых случаях, но Маша позвонила именно Ковалеву.
– Маш… ты куда ехала-то в такой час? – Дима протянул руку, снова провел по темным локонам с каким-то трепетом, необъяснимой лаской…
– К любовнику! – зло ответила она, принимаясь смотреться в зеркало на панели. Благо, макияжа на ней не было, никаких размазанных карандашей, но глаза были страшно красными и опухли от долгих рыданий.
– Ага, так я и поверил.
– Зачем тебе?
– Отвести тебя туда хочу. Куда-то же ты колесила в десять вечера. – Дима пожал плечом. Он сидел на водительском сидении, Мария – рядом. Автомобиль Ковалева был припаркован чуть поодаль от ее Hyundai.
– Никуда я не ехала…
– Маша…
– Ну в гипермаркет я ехала, ясно? За выпечкой! Да, вот такая вот стремная неудачница, в десять вечера колесила за булочками, потому что… – договорить ей не дали. Дима как-то странно усмехнулся, а затем потянулся к ней с одной единственной целью – поцеловать.
Глава 23
Игорь приветливо улыбнулся и пригласил сотрудницу пройти внутрь. Лия, как и всегда, была обворожительна. Леонова всегда одевалась довольно просто, волосы чаще всего были заплетены в две игривые косы, макияж на ней можно было увидеть редко, но даже без всех этих атрибутов, она была по-настоящему красива. Громов не был уверен, что сотрудница отдавала себе в этом отчет, уж больно неприхотливо она себя вела, совсем не как те избалованные и зазнавшиеся куклы, с которыми ему приходилось иметь дело. Однако именно этот факт и делал Лию еще краше. По крайней мере, в его глазах.
После их встречи с Максом, отношение к Леоновой изменилось. Не сразу, постепенно, Игорь присмотрелся к ней и увидел нечто такое, что совершенно не думал обнаружить при детальном рассмотрении. И если раньше его целью было наказать чертовку, дерзнувшую так грубо вести себя с ним, то сейчас все было немного иначе. Вот уже больше двух недель Лия приходила к ним домой, нянчилась с его сыном и учила Макса рисовать. К слову, последний стал медленно, но все же оттаивать. Теперь Игорь чаще замечал, как сын улыбался, Макс проявлял больше заинтересованности в учебе, но самое главное, стал снова общаться со своим отцом.
Громов не мог сказать точно, влияние Лии это или нет, но они часами рисовали вместе, читали комиксы, о чем-то разговаривали. Леонова оставалась с ними на ужин, благо, стала готовить сама, баловала их с Максом своими прекрасными кулинарными способностями.
Впервые за долгие месяцы пустоты и одиночества, внутри стало распускаться иное чувство. Как его окрестить, Игорь пока не знал, да и спешить не хотел, понял наверняка только одно – Лия и впрямь успела понравиться ему, и на сей раз, не только своей внешностью, но и своими человеческими качествами. Далеко не каждая девушка стала бы так возиться с чужим ребенком. После того, как Игорь себя вел, он полагал, что Лия будет «отрабатывать положенный час» и уходить, а она… Леонова вела себя так, будто Макс ей не был чужим и Громова это чертовски подкупало.
Лия за несколько недель успела притянуть к сыну гору комиксов, готовила ему отдельно, потому как вкусы отца и сына сильно отличались, пару раз даже укладывала его спать. Даже родная мать уделяла Максу меньше времени, чем чужая Лия… это было странно, но это было то немногое приятное, что успело случиться с Игорем за последние месяцы.
– Проходи, пожалуйста… – Громов кивнул в сторону гостиной. Лия коротко улыбнулась, избавилась от обуви, верхней одежды, прошла вслед за хозяином квартиры и застыла в немом шоке.
– Это шутка?
– Нет… – Улыбка медленно сползла с лица Игоря. Когда он решил, что сегодня отправит Макса ночевать к Диме, а Лие вместо обычного занятия устроит романтическое свидание – это казалось ему хорошей идеей. Громов предполагал, что Лия может «взбрыкнуть», но точно не ожидал увидеть, как та бледнеет и отступает назад.
– Ты издеваешься, да? – Леонова подняла на него взгляд, в котором застыли слезы и тут Громов совсем растерялся. Почувствовал себя подлецом и идиотом одновременно. И впрямь, ну чего он привязался к девчонке? Преследовал ее неделями, чуть ли не терроризировал! А тут еще и это нелепое свидание… наверняка совсем допек дурацкими намеками и приставаниями. Нервы у Лии были не стальными, это она продемонстрировала еще на корпоративе.
– Прости… – только и смог, что ответить Игорь. – Я думал, что… я… – Громов хмыкнул, обвел взглядом гостиную, сплошь заставленную свечами, с накрытым посередине столом. Придурок, одним словом. – Слушай, давай так… – Игорь взглянул на Лию. – Я сейчас это быстро уберу, и мы сделаем вид, что ничего не было, идет? Я понял, что уже успел тебя достать. –
