Игорь натянуто улыбнулся. Извиняться перед девушками он особо не умел, но то, что с Леоновой переборщил, хорошо осознавал. Более того, с некоторых пор она стала нравится ему как человек, поэтому Громов искренне считал, что извинения придутся кстати. – Если хочешь, я отвезу тебя домой, а если нет, то вызову такси…
– Ты совсем ничего не помнишь, да? – тихо поинтересовалась Лия, всхлипывая. Пара слезинок все-таки скатились по лицу.
– Черт, – Игорь подошел к Лие, но так и застыл, не зная, что делать. Обнять? Лия могла и пощечину в ответ дать. Извиниться еще раз? Но она уже плакала… к великому счастью Громова, Леонова обняла его первой, просто уткнулась лицом ему в грудь и тихонько продолжила плакать. – Прости меня… – не зная, за что именно извиняется, произнес Игорь, обнимая девушку в ответ. Руки принялись водить по распущенным светлым локонам, губы пару раз ткнулись в светловолосую макушку. В принципе, Громов успел обидеть ее столько раз, что сказать «извини» два раза – это ничего не значило.
После расставания с Лизой он словно слетел с катушек, принялся вымещать всю злобу на неповинной девчонке, а сейчас… что он мог исправить? Только чувствовал себя прожжённой сволочью. Может и права была бывшая жена, когда называла его перед уходом чёрствым и холодным. Игорь и впрямь часто бывал жесток, и отдергивал его разве что Дима, да вот только не всегда даже он был в курсе его дел.
– Ты даже не понимаешь, за что извиняешься, да? – Впервые за долгое время общения, Лия обратилась к нему на «ты». Отодвинулась, взглянула как-то холодно, с презрением, так, что Игорю стало еще сильнее не по себе. Они все еще стояли посреди романтически убранной комнаты, в которой романтикой даже и не пахло.
– Я… думаю, мне есть за что просить прощения…
– Мы с тобой учились вместе, Игорь, – снова меняясь в лице, произнесла Леонова. Так, словно была еще сильнее разочарована своим начальником. Но куда же еще сильнее?
– Не понимаю, о чем ты… – Игорь покачал головой, пытаясь вспомнить, когда мог такое упустить. Всех своих одногруппников он очень хорошо помнил, со многими общался по сей день, тоже самое касалось и одноклассников. Да и в документах Лии, он помнил точно, была дата рождения, которая говорила о том, что она младше него на несколько лет.
– В одном ВУЗе, но на разных курсах и разных факультетах… – Громов покачал головой, давая понять, что все еще не понимает, о чем идет речь. – Ты использовал меня! – повышая голос, заявила Леонова.
– Объясни нормально, наконец, я ни черта не понимаю… – начиная заводиться, потребовал Громов. Он и впрямь не понимал, к чему клонила Лия.
– Много лет тому назад, ты пригласил меня точно на такой же ужин…
– И?
– И я пришла…
Глава 24
– То есть, ты хочешь сказать, что мы встречались?
– Нет, мы не встречались. Ты использовал меня. Ты… ты…
– Что?
– Вы с дружками решили посмеяться надо мной, я тогда… – Лия на пару секунд замолчала, затем вздохнула и продолжила, – я была тогда совсем не похожа на себя… худая, в очках, со скобами на зубах. Посмешище, одним словом… – Громов резко изменился в лице, замолчал, отступил на шаг назад. – Все надо мной издевались… и в один прекрасный день, Дима решил, что будет весело устроить надо мной розыгрыш… – Лия сделала небольшую паузу, опустила голову, так, словно не могла смотреть в глаза Игорю. – Кто-то из твоей компании прислал мне записку с приглашением на ужин от твоего имени… они тогда догадались, что ты мне нравился… ну я и пришла.
Игорь нервно потер лоб рукой, присел на подлокотник недалеко стоявшего дивана. В слова Лии верилось бы с трудом, не подсовывай ему сейчас память очень смутные, но все же похожие картинки того, что описывала Леонова.
– Вы тогда знатно надо мной посмеялись, – продолжила она. – Я расплакалась, убежала… а ты нагнал меня в парке… – Громов вскинул голову, не понимая, к чему клонила Лия. – Отвез к себе домой… извинялся, утешал… а потом…
– Ты хочешь сказать, что я тебя…
– Нет, ты меня не насиловал… у нас все было по обоюдному согласию, вот только после того как мы переспали, на следующее утро ты выбросил меня из квартиры, словно мусор. Даже разговаривать со мной не стал… А позже я узнала от твоих друзей, что ты был «обдолбанным в хлам». По крайней мере, так утверждал Ковалев.
Игорь побледнел. Сдвинуться с места или поднять взгляд на Лию не было никаких сил. Так стыдно ему не было очень и очень давно. Даже тот случай, когда он заявился к родителям на золотую свадьбу совершенно пьяным в компании двух развратных шлюх не шел в сравнение с тем, что рассказывала сейчас Лия.
Громов всегда был избалованным и во времена университета это проявлялось ярче всего. Он редко считался с мнением других, никогда не обращал внимание на «неудачников» и в друзья выбирал себе таких же, как и он: успешных, красивых, богатых. Над остальными он спокойно мог издеваться, правда даже сам Громов сейчас был в шоке, потому что и впрямь не помнил, как далеко однажды зашел в своих омерзительных поступках.
Во времена учебы он успел обидеть очень многих, по большей части, из-за одержимости Лизой. Он тогда прошелся по очень многим головам, с некоторыми друзьями, которые так и не приняли Разумовскую, не задумываясь, расстался. Но то, о чем сейчас говорила Лия… неужели он и впрямь делал что-то подобное?
Неужели он, Игорь, так поступил с ней в прошлом, а после этого, много лет спустя, продолжил издеваться над ней и дальше в своем репертуаре? Эта гниль так никуда и не делась? Кем он был и какой пример мог подать своему сыну? А если бы у него был не сын, а дочь, и кто-то посмел поступить так с ней? Что бы он делал с таким «умником»?
– Я… – Игорь замолчал, вздохнул, набираясь смелости. – Теперь я понимаю, почему ты так вела себя со мной. Я также прекрасно понимаю, что для тебя
