Читаем без скачивания Новая русская империя - Сергей Бабурин

Кстати говоря, не следует сильно отрывать Октябрьскую революцию от Февральской. Многие исследователи обоснованно видят в них единый революционный процесс, как и в случае с Великой французской революцией, у которой насчитывают и жирондистский, и якобинский, и другие периоды. Для фрагментарного исследования полезно разбивать процесс на отдельные, наглядные периоды, хотя для уяснения тенденций революцию следует рассматривать как единое целое. В случае с Октябрьской революцией мы должны понимать, что это был кризис цивилизации. Россия, как цивилизация, существовала на протяжении веков в нескольких формах: Российская империя, как форма цивилизации, Советский Союз, как форма русской цивилизации.

Сегодня же мы с вами стоим на распутье, стоим перед серьезным выбором.

Существует три варианта нашего будущего. Самый простой путь, на который нас усиленно толкают с Запада и с Востока, который, к сожалению, проповедует и руководство Российской Федерации, — это стать национальным государством. Нам предлагают согласиться с тем, что Российская Федерация — это и есть Россия. Таким образом, мы становимся ординарным национальным государством, хотя и при полинациональном составе. Как Франция, Германия, Буркина-Фасо. Так мы приближаемся к выполнению заветов г-на Киссинджера, который в 1992 году после международной научной конференции в Москве «Национальные интересы России», выступая на банкете после конференции как сопредседатель со стороны США, сказал, что перед российскими политиками должны стоять две задачи, а именно: осознать, что национальные интересы России не выходят за границы РСФСР. РСФСР также должна исполнить историческую миссию — передать все мусульманские территории прежнего Советского Союза под контроль, под геополитическое влияние Турции для обеспечения стабильности на постсоветском пространстве. Так прямо и было сказано. Даже представитель нашего тогдашнего рептильного Министерства иностранных дел выразил свое несогласие. Сегодня мы близки к тому, чтобы подобные заповеди наших исторических конкурентов реализовать.

При этом существует и гораздо худший вариант: космополитическое растворение России во всемирном социуме в ходе глобализации. Прошу отличать понятие «глобализация» от глобальных процессов; если вам читают лекцию о глобальных процессах — это одно, а если вам говорят о глобализации, мы должны понимать, что глобализация на определенном этапе может быть сравнена с раковой болезнью общества, унификацией всех сторон жизни в соответствии с североамериканскими стандартами. Так вот, в процессе глобализации через навязывание североамериканских стандартов соответствующего образа жизни, культуры и так называемой нравственности произойдет утрата национальной самоидентификации. Хотя говорить о нравственности применительно к североатлантическим процессам, конечно же, не следует. Скорее мы сталкиваемся здесь с полным отсутствием нравственности.

Нам же говорят, что то, что хорошо в США, будет хорошо и в России. Если что-то делается в США, предлагают делать это и в России. Вчера, выступая в прямом эфире на телевидении, я сказал, что Народный Союз как партия через своих депутатов внес законопроект об усилении контроля, вплоть до привлечения к уголовной ответственности, за производство абортов при отсутствии медицинских показаний. В нашем обществе за прошедшие полтора десятилетия в качестве элементов культуры была навязана пропаганда безопасного секса, пропаганда бездетности. Хочешь хорошо пожить, нас уверяют, сделай пару-тройку абортов, а потом родишь. Но это противоречит человеческой природе, это противоречит фундаментальным традициям и ценностям русской цивилизации, наконец, это убивает в женщине женское начало.

Мужчины часто ведут себя как эгоисты, но должны же они протянуть женщинам руку помощи! Тот же мужчина, который подстрекает свою подругу к убийству будущего ребенка, заслуживает категорического морального осуждения. Если существуют соответствующие медицинские показания, это — другое дело. Однако у нас преуспевающие актрисы кичатся тем, что живут в «гражданском браке», а популярный актер из телесериалов заявляет со страниц журнала, что рождение ребенка — это еще не основание для женитьбы. Какие у нас в таком случае могут быть устои общества? Тем самым мы ввергаемся в ситуацию заката империи.

Когда разрушали Советский Союз, говорили, все империи обречены разрушению. Но оппонентам не давали сказать, что все демократии погибли задолго до империй, ведь Спарта и Афины просуществовали гораздо меньше, нежели Рим и Византия. Самое длительное существование государства как такового, и вы это прекрасно знаете, мы наблюдаем на примере Восточной Римской (Византийской) империи, которая существовала более тысячи лет. Ее разрушили так же, как Рим, как потом разрушили Советский Союз, расшатывая нравственность, сбивая духовность, путая людей в понятиях, унижая героизм и превознося подлость.

Сегодня мы находимся на переломе. Я против того, чтобы подсматривать в замочную скважину, но я буду неизменно протестовать против того, чтобы на улицах проводились как демонстрации геев, так и демонстрации двуполой «свободной любви». Должно оставаться нечто, что всегда остается в сфере частной жизни, иначе человек станет скотом, каким-то обезьяноподобным существом. Мы должны понимать, что существует нечто сакральное. Нелепо и преступно, когда по телевидению обсуждают тему, существует ли право на убийство матери. В какой ситуации допустимо убить свою мать. Когда я просмотрел эту передачу, мне хотелось разбить экран телевизора. Существуют определенные рамки допустимого, которые только и создают человеческое общество, а у нас в некоторых передачах звучали, например, оскорбления даже в адрес Патриарха. Некоторые вещи в общественной жизни должны быть табуированы. Мы открыто заявляем: мы — консерваторы, мы выступаем за железобетонную защиту человеческого и государственного достоинства.

Условно я разделяю свою жизнь на три части. Первая часть — от рождения и до Афганистана, потому что я служил срочную службу в Афганистане, этим отчасти объясняется моя категоричность и несговорчивость. Когда там я увидел человека, с которого заживо сняли кожу, то именно тогда я дал себе слово, что буду делать все, чтобы такие ужасы не пришли на мою Родину. Вернувшись домой, я иначе смотрел на быт, на карьеру — все это ничто по сравнению с человеческой жизнью. Я поступил в аспирантуру, занялся преподавательской деятельностью, хотя многие из студентов были старше меня по возрасту. Тогда же у меня сложилось правило говорить со всеми, даже с близкими друзьями, на «вы».

Третий этап моей жизни начинается с 4 октября 1993 года, когда мы лежали в здании Верховного Совета под обстрелом из танков, автоматов и пулеметов, когда по нам стреляла родная армия. Это воспринималось как какой-то сюрреализм. В должности председателя Комитета Верховного Совета по судебной реформе и работе правоохранительных органов, оказавшись на нарах в тюремной камере № 20, я задал себе вопрос, жалею ли я о том, что отклонил несколько предложений Ельцина войти в состав правительства. И ответил себе, что не жалею, потому что для меня соучаствовать в разрушении страны было исключено. Входить же в состав правительства при президенте-разрушителе означает быть его соучастником. Именно тогда я принял решение, что если мне доведется выйти из тюремной камеры, осознанно заняться политической деятельностью. Так что я считаю себя политиком только с 4 октября 1993 года.

Депутат я с 1990 года, а политик — с 4 октября 1993 года. До этого я просто был юристом, командированным в законодательные органы государственной власти. Если бы я был опытней и старше, не был бы пропущен период, когда можно было создать политическую партию. Тогда же при моей поддержке началась современная карьера таких политиков, как Жириновский, Зюганов. С Г.А. Зюгановым мы разошлись после президентских выборов 1996 года. Я сказал ему: «Геннадий Андреевич, Вы боялись победить, но если Вы не хотите побеждать, не мешайте другим». Сегодня он выполняет важную стратегическую функцию, а именно: успешно сводит к нулю коммунистическую альтернативу в нашем обществе.

В качестве еще одного урока Октябрьской революции 1917 года мы должны осознать, что внешние угрозы настолько серьезны и настолько фундаментальны, что мы можем им противостоять только через механизм формирования социально солидарного общества. Говорить сегодня о классовой борьбе значит повторять действия большевиков в разгар Первой мировой войны. Только вот мир изменился, сегодня существует атомное оружие, генетическое оружие. Мы должны отдавать себе отчет, что все эти «куриные гриппы», странные формы лихорадок, не говоря уже о СПИДе, — это диверсии, запущенные из лабораторий. Первоначально они были просто направлены на любого человека, но в 1999 году эпидемия начала распространяться из Юго-Восточной Азии, когда люди в кратчайшие сроки умирали в страшных мучениях от воспаления легких. Болезнь поражала представителей желтой расы, и китайцы сразу же забили тревогу. Не думаю, что такой микроб вырастили китайцы. Я уверен, что этот микроб, направленный только против представителей желтой расы, был только внедрен в Юго-Восточной Азии.