от разорения бывшую одеколоновую фабрику “Мусье”.
– Да, наверное. А знаешь, что самое важное в озвученном событии?
– Что фабрика “Мусь” скоро начнет орошать пустырь промзоны, где я, навечно, так сказать, прописан, приятными для нюха ароматами? И что сия райская амброзия возьмет в итоге верх над зловонными дымами лакокрасочного завода? Я буду несказанно рад услышать подтверждение своей наивной версии.
– О дымах промзоны, извини, не думала. Для меня важней другое. Попробуй догадаться, чье лицо будет красоваться на рекламе женской линии парфюма?
– Твой резкий запах и счастливый огонек в глазах отчаянно кричат, что на огромных вывесках горожане увидят ослепительно красивую улыбку Лизаветы Филипповны.
– Тебя не проведешь. Да! Да! – девушка подскочила от счастья, нежно обнимая планшет. – Вадик и Славик предложили мне стать лицом рекламной кампании. Поздравь меня, Тишуля!
– Сердечно поздравляю, – я машинально повторил заезженные слова из советской открытки.
– Едем дальше, – Лиза разбудила планшет прикосновением к экрану. – Смешной старичок – профессор Яков Фомич Бричкин из института исследования аномальных явлений. Дряхлая размалеванная каракатица в мини-юбке – начальница налоговой Раиса Максимовна Плошкина. Смотри – усатый придурок в шляпе косит под Михаила Боярского. Иван Смолин. Он называет себя охотником на вампиров и требует с местных богачей взятки за защиту от них. Местные зовут его Иван Хельсинг. Тиша, он правда, на вас охотится?
– Чистая правда.
– Ты его боишься?
– Боюсь.
– Тебе должно быть стыдно бояться такого идиота, как Смолин. Ведь ты намного сильнее и круче его. Ты же вампир.
– А Иван Иваныч – охотник на вампиров. Я вынужден его бояться по долгу службы.
– Все. Надоело, – Лиза хлопнула обложкой планшета. – Впредь тебе некого будет бояться. Гарантирую.
Глава 13. Ценное приобретение
Не озвучив план моей защиты от охотника Ивана Смолина, девушка проводила меня в спальню Лаврентия, оформленную в приятной цветовой гамме. На красных обоях золотились причудливые вензеля, над кроватью с широким резным изголовьем пылил тяжелый темно-коричневый балдахин. Шелковый постельный комплект был алым и переливающимся, как свежая кровь, хлещущая из бычьей шеи.
– Новую одежду Мио привезет тебе завтра утром, – Лиза погладила тряпичный абажур ночника. – За меня не волнуйся. Я спрячусь в своей комнате. Ложись спать. Выглядишь уставшим. Надеюсь, ты быстро уснешь и тебе приснятся хорошие сны. Мальчики кровавые или девочки, а может, овечки. Ну, ты меня понял. Спокойной ночи, Тиша, – она выбежала в коридор, просунула руку в дверную щель и игриво поскребла пальцами по стене.
– Спокойной ночи, Лизонька, – поймав руку девушки, я прикоснулся к ней губами. – И сладких снов.
Обойдя комнату, я выключил ночник, разделся и забрался под холодное одеяло. Цветочные ароматы щекотали нос. Я чувствовал себя феей внутри розового бутона. Под подушкой скрывалось несколько саше. Выбросив их, я постарался успокоиться.
Мне долго не удавалось уснуть. Обычно после хорошего ужина вампир засыпает легко и быстро, но удачная охота не помогла мне обрести душевный покой. В шикарном дворце было страшнее, чем в лесу. За его стенами бродил мстительный самурай-дракон, готовый в любое мгновение убить меня и мою очаровательную знакомую.
Прислушиваясь к каждому шороху, я лежал на спине. Перед моими закрытыми глазами поминутно проскальзывала страшная тень Сатибо то в одном, то в другом обличье, слышались в шелесте яблоневой листвы его осторожные шаги.
Стрелки часов подкрадывались к утреннему времени. Еще немного, и наступит рассвет. На заре вернется Даппо, и Лизу можно будет передать в надежные руки, но пока я должен был присматривать за ней и беречь себя.
– Иван Иваныч! – внизу раздался громкий женский шепот. – Это я! Ну да, Лиза Багрянова с тридцатого участка “Крутого Берега”. Тут такое дело… У меня дома вампир!
Вскочив с кровати, я припал к двери.
Коварная обманщица! Я спас ей жизнь, а она решила сдать меня охотнику! Яблочко от яблони недалеко укатилось.
– Срочно бегите на улицу! Постарайтесь уехать! Я сейчас буду. Не волнуйтесь, мы его обязательно убьем! – хрипло прокричал Смолин из смартфона Лизы.
– Нет! Вы меня не поняли, Иван Иваныч. Его не надо убивать. И говорите тише. Он сейчас спит. Вы его разбудите.
– Я на работе! Мне не до шуток.
– А кто шутит? Я говорю серьезно. Вечером я пригласила в дом вампира. Хочу, чтобы он пожил у меня некоторое время, но совсем не знаю, как ухаживать за этим существом, не могу создать для него комфортные условия. Поэтому нужна ваша консультация, как квалифицированного специалиста по вампирам. Прошу вас рассказать об их повадках и условиях их домашнего содержания.
– Домашнего содержания?! Вампиров!! Да вы рехнулись, мамзель.
– Уверяю вас, Иван Иваныч, я в здравом уме. Как хозяйка мясокомбината, я вполне могу позволить себе такую роскошь.
– По городским законам, приводить домой вампира – преступление. О том, чтобы его содержать, и речи быть не может.
– Сто штук в ваши руки – и нет преступления, – быстро сориентировалась Лиза.
– Сто пятьдесят, – не растерялся Смолин. – Как зовут вашего кусачего друга?
– Тихон.
– Таранский? – Смолин решил уточнить.
– Кажется, он, – Лизу немного смутила осведомленность охотника.
– За Тихона я не возьму меньше трехсот тысяч рублей. Понимаете, он считается местной достопримечательностью. У него благородное воспитание. Он то ли граф, то ли барон… Писатель к тому же. Нет, Тихон стоит дорого. Но это выгодная инвестиция. Поверьте, вы не пожалеете о своем приобретении. Тихон – редкий экземпляр. Так что решайте. Вы его берете?
– Беру. Встретимся в семь утра у дома Сэнсэя Хитоши.
– Пойдет. Я привезу вам соответствующую литературу.
– Спасибо, Иван Иваныч.
– Все бы так раскупали мое вампирье, – пробубнил Смолин.
В тяжелых раздумьях я прислонился к стене. Меня продали, словно безмозглую вещь, какой-нибудь арабский ковер. Во времена крепостного права я и думать не смел о продаже Ульяны Никитичны, Ерофея и даже кузнеца Гаврилы другому помещику. Совесть, понимаете ли, не позволяла. Да, тогда я еще был человеком, и совесть у меня имелась в наличии
