— В чем дело, дорогая? Тебе больно? — спросил он, проявив, как подумала Джанна, полное отсутствие такта.
Она отвела глаза. Интересно, как ведут себя другие женщины в первое утро после «этого»?
— Немного.
Рико взял ее за подбородок, и ей пришлось посмотреть ему в глаза.
— Мне жаль, что пришлось причинить тебе боль.
Джанна видела, что он говорит искренно. Она не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым.
— Пустяки, — сказала она, пытаясь придать голосу уверенность искушенной женщины. — Я слышала, что в первый раз всегда немного больно.
— Ты очень невинна.
— Уже нет, — не удержалась Джанна.
— Верно, сердечко, — с довольным видом подтвердил Рико. — Уже нет. Теперь ты принадлежишь мне. — Он крепче обнял ее, и странное выражение появилось у него на лице. — Ты любишь меня.
Джанна открыла рот, чтобы возразить, но не успела.
— Не отрицай, что ты отдала мне свое сердце. — Рико приложил палец к ее губам, накладывая на них печать молчания. — Я всегда буду дорожить этим.
Вместо того чтобы подтвердить его слова, Джанна выразила свое огорчение:
— Зато ты не любишь меня.
Лицо Рико было непроницаемо.
— Я привязан к тебе, малышка. Я буду верен тебе. — Он нежно провел кончиками пальцев по ее виску и щеке. — Мы будем жить счастливо.
Джанна промолчала. В глубине души она надеялась, что его настойчивое желание сохранить их брак вызвано более глубоким чувством, чем привязанность. Своими словами он нанес ей страшный удар, от которого будет трудно оправиться.
Рико не был ее врагом, но в этот момент он причинил ей большую боль, чем все мелкие проявления жестокости, которые на протяжении многих лет она терпела от мачехи. Похоже, ей предстоят долгие годы одиночества в браке и неудовлетворенная потребность в любви, которой нет у Рико. Но, возможно, самое печальное то, что все эти годы покажутся ей еще тяжелее, если в ее жизни не будет Рико.
Джанна сделала глубокий вдох, стараясь, чтобы тягостные размышления не отразились в ее голосе. Рико покачал головой.
— Я не могу отпустить тебя, видя это выражение в твоих глазах. Ты должна поверить мне, что наш брак будет таким, каким он должен быть.
— Ты любил Кьяру? — спросила Джанна с каким-то мазохистским пылом.
— С Кьярой у меня был секс. В то время мне казалось, что нас связывают более глубокие чувства, но сейчас все мои воспоминания сводятся только к сексу.
Джанне не понравилось, что он помнит, как занимался любовью с Кьярой. У них был настоящий секс. Такой, какого пока нет у них.
― А я?
— С тобой это нечто большее.
— Но не любовь, — вырвалось у Джанны. Она не понимала, зачем мучает себя.
Рико стиснул зубы, думая, что ответить ей. Она услышала совсем не то, что хотела.
— У нас давние отношения.
— С Кьярой тоже.
— Кьяра — это прошлое. Ты — настоящее.
— Жена, которую ты не любишь, но которую не хочешь отпустить.
— А ты хочешь уйти?
Волнение перехватило ей горло, не дав солгать ради того, чтобы сохранить свое достоинство.
Рико притянул Джанну к себе на грудь, и она наклонилась над ним. Их губы разделяло всего несколько сантиметров.
— Я знаю, что ты не хочешь.
— Ты прав, — призналась она.
— Я тоже не хочу, чтобы ты ушла. — Решив покончить с разговорами, он поцеловал Джанну.
Менее чем через пять секунд поцелуй наполнился чувственностью, и вскоре его руки уже уверенно блуждали по ее обнаженному телу и мягким холмикам ягодиц.
Нуждаясь более, чем когда-либо, в физической близости, Джанна, не протестуя, отдалась его ласкам.
Они опоздали на занятия лечебной физкультурой, но Тим лишь рассмеялся, поддразнивая молодоженов. Он сказал, что понимает, как такая женщина, как Джанна, может заставить Рико опаздывать по утрам. Понял бы Тим так же легко, если бы она сказала, что муж до сих пор не позволяет ей дотрагиваться до него? Или, как и у нее, этот факт вызвал бы у него недоумение?
Потому что Рико снова отверг ее ласки.
* * *
Рико всем телом откинулся назад, преодолевая сопротивление тренажера, а затем рывком наклонился вперед. Он хочет ходить, черт подери! Он хочет заниматься любовью со своей женой. По-настоящему. Всем своим телом.
Ему показалось, что прошлой ночью у него наконец-то появилась такая возможность. Когда он начал ласкать Джанну, у него возникла слабая эрекция, но ненадолго, и он возненавидел себя за сексуальную беспомощность.
Утром Джанна хотела поговорить об их чувствах. Он не знает, что чувствует. Она нужна ему так, как никогда не была нужна Кьяра. Неспособность испытать сексуальное облегчение только усиливает его потребность в Джанне. Знает ли это его невинная жена? Она расстроилась, когда он сказал, что не любит ее. Неужели Джанна не понимает? То, что они имеют, более долговечно и прочно, чем какой-то романтический идеал.
Он связан с ней брачными обетами так же, как она с ним. Со временем у них будут дети. Утром у него появилась вера в то, что он сможет сам зачать их, но слабая и к тому же недолгая эрекция положила конец его надеждам.
Он хочет, чтобы Джанна была беременна его ребенком. Ему казалось, что, осуществив свое супружеское право, он поможет ей утвердиться в роли жены, но ее беспокойство не исчезло. Когда она забеременеет, то перестанет думать о том, чтобы уйти от него.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Родители Рико приехали в конце дня. К счастью для них, они узнали одновременно и о несчастном случае, произошедшем с их сыном, и о его первых успехах на пути к реабилитации.
Рената со слезами стиснула сына в объятиях и расцеловала его в обе щеки с присущей итальянцам пылкостью.
— Сынок, ты, как всегда, добился своего!
— Вряд ли это можно назвать эпохальным событием, — отмахнулся Рико и наградил Джанну сердитым взглядом за то, что она рассказала родителям о его героическом, по ее словам, поступке.
Она не позволила ему умолчать об обстоятельствах его ранения. Не зная этого, мать измучила бы Рико слезливым сочувствием, а теперь родители восхищаются тем, как их сын спас женщину, на которую напал душитель.
Джанна заерзала на стуле, но, не дрогнув, встретила свирепый взгляд Рико.
— Это верное свидетельство того, что ты скоро будешь ходить.
— Наша маленькая Джанна никогда не хнычет, — одобрительно сказал отец Рико.
— Я до сих пор не могу поверить, что у моего сына хватило ума жениться на нашей девочке! — откликнулась Рената, садясь на диван рядом с мужем и улыбаясь сыну.
Тито, представительный мужчина, всего на пару дюймов ниже Рико, обнял жену, с которой прожил более тридцати лет.
