— Все малыши обалденные, — мрачно заметила Стейси.
— Да, знаю, но этот — выше среднего.
— Все дети выше среднего.
Я промолчала, чтобы состроить рожицу ребенку, который пускал пузыри.
— Люк занимает пальму первенства среди детей выше среднего.
— Подожди. Том дома, обедает. Я хочу, чтобы он это услышал. Тооооооом!
Я подождала, пока Стейси объясняла ситуацию своему мужу. Из всех друзей Дейна, Том являлся моим любимчиком. Когда Том был рядом, для скуки и меланхолии места не оставалось… вино лилось рекой, люди смеялись, беседа шла легко. Когда Том рядом, ты чувствуешь себя остроумным и неглупым. Стейси была надежным укрытием, из-за которого жизнерадостный Том мог веселиться сам и развлекать окружающих.
— Ты можешь переключить Тома на другую линию? — спросила я у Стейси.
— Пока что у нас только один телефон. Томми уронила другой в ночной горшок. Так что… ты уже разговаривала с Дэйном?
Мой желудок перевернулся.
— Нет, я хотела сначала позвонить тебе. Пока тяну время. Я ведь знаю, что Дейн на это ответит. — На мои глаза опустилась резкая пелена. Мой голос стал тоненьким и полным эмоций. — Он не согласится, Стейси. Он мне велит не возвращаться в Остин.
— Отстой. Ты имеешь право вернуться туда с ребенком.
— Я не могу. Ты же знаешь Дэйна.
— Да, знаю, поэтому я считаю, что ему пора взять на себя ответственность. Это обязанность взрослых и он сможет с этим справиться.
По какой-то причине, я была вынуждена принять сторону Дейна.
— Дейн взрослый, — сказала я, утирая глаза рукавом. — У него собственная компания. От него зависит много людей. Но это другое. Дейн всегда ясно давал понять, что не собирается иметь дела с детьми. И просто потому, что я не по своей воле оказалась в этой ситуации, которую я не могла предвидеть, не означает, что Дейн тоже должен пострадать.
— Разумеется, означает. Он — твой партнер. И заботиться о ребенке не значит страдать. Это… — Она запнулась от замечания своего супруга. — Заткнись, Том. Элла, когда в твоей жизни появляется ребенок, тебе нужно многим пожертвовать. Но ты получаешь больше, чем отдаешь. Ты увидишь.
Люк стал медленно моргать, по мере того, как на него находила сонливость. Моя рука лежала на его животике, ощущая ладонью легкое пищеварительное бульканье.
— …было ужасное детство, — продолжала Стейси, — и он как раз достаточно взрослый, чтобы остепениться. Все его знакомые считают, что из него получится замечательный отец. Тебе следует настоять на своем решении, Элла. Как только Дейн поймет, насколько чудесно иметь детей, сколько всего они привносят в твою жизнь, он будет готов к обязательствам.
— Он едва может уследить за своими носками, — ответила я. — Ему просто необходима полная свобода, Стейси.
— Ни у кого нет полной свободы, — заметила она. — Сам смысл отношений в том, чтобы иметь кого-то рядом, когда ты в нем нуждаешься. В противном случае, это просто… погоди минутку. — Она замолчала, и я услышала приглушенный голос на заднем плане. — Хочешь, чтобы Том с ним поговорил? Он говорит, что с удовольствием это сделает.
— Нет, — тут же ответила я. — Не хочу, чтобы на Дейна давили.
— Почему это не должно его касаться? — возмущенно спросила Стейси. — Тебя же заставили, правда? Тебе приходится справляться с трудной ситуацией, — почему он не должен помогать тебе в этом? Клянусь тебе, Элла, если Дейн не поступит с тобой по совести, я собираюсь так наподдать ему…
Она замолчала, услышав комментарий своего супруга.
— Я действительно так считаю, Том! Ради Бога, а если бы Элла забеременела так же, как я? Ты взялся исполнить свои обязательства… разве ты не думаешь, что Дейн тоже обязан так поступить? Мне наплевать его ли это ребенок или нет. Факт в том, что Элле необходима поддержка, — Она перенесла все свое внимание снова на меня. — Что бы ни сказал Дейн, Элла, возвращайся в Остин с ребенком. Тут твои друзья. Мы поможем тебе с ним.
— Не знаю. Я буду сталкиваться с Дейном… Странно будет жить так близко, но не с ним. Вероятно, я просто должна попытаться найти меблированную квартиру тут в Хьюстоне. Это же только на три месяца.
— И ты отправишься обратно к Дейну, когда проблемы не станет? — в ярости переспросила Стейси.
— Ну… да.
— Я полагаю, что если у тебя обнаружат рак, тебе придется самой о себе заботиться, чтобы не причинять ему неудобства? Пусть Дейн будет частью этого. Ты должна уметь рассчитывать на него, Элла! Ты… вот, Том хочет что-то сказать.
Я ждала, пока не услышала его покорный голос.
— Привет, Элла.
— Привет, Том. Прежде, чем ты начнешь… не говори мне того, что Стейси хочет мне поведать. Скажи мне правду. Ты — его лучший друг и ты знаешь его лучше, чем кто-либо. Дейн не уступит, ведь так?
Том вздохнул.
— Для него ловушка, все, что попахивает домом, собакой, женой и двумя с половиной ребятенками. И в отличие от Стейси, и очевидно ото всех наших знакомых, я не думаю, что из Дейна выйдет замечательный отец. Он не такой уж мазохист.
Я грустно улыбнулась, зная, что Том получит нагоняй от Стейси за свою честность.
— Я знаю, что Дейн скорее попытается спасти мир, чем попытается спасти одного ребенка. Но я не могу понять причину.
— Дети очень требовательны, Элла, — ответил Том. — За спасение мира ты получаешь больше признания. И это не так сложно.
Глава 8
— Я оказалась в безвыходной ситуации, — сказала я Дэйну по телефону. — Сейчас я расскажу тебе, что я хочу предпринять, и после того, как ты меня выслушаешь, ты скажешь, какой у меня есть выбор. И есть ли он вообще.
— Боже мой, Элла, — тихо ответил он.
Я нахмурилась.
— Не говори «Боже мой, Элла», я же тебе еще не изложила свой план.
— Я знаю, в чем он заключается.
— Неужели?
— Я знал это уже в ту минуту, когда ты уезжала из Остина. Ты всегда подчищала за своей семьей, — смиренная доброта Дэйна звучала почти как жалость. Я бы предпочла враждебность. Он заставил меня почувствовать себя так, словно жизнь — это цирк, и я всегда была обязана убирать за слоном.
— Никто не заставлял меня делать то, чего мне не хотелось, — возразила я.
— Насколько я знаю, забота о ребенке твоей сестры не была в списке твоих приоритетов.
— Ребенок только неделю назад родился. И я имею права пересмотреть мой список приоритетов, ведь так?
— Да. Но это не значит, что я должен пересматривать свой. — Он вздохнул. — Расскажи мне все. Веришь ты или нет, но я на твоей стороне.
Я рассказала о том, случилось, о разговоре с Тарой, и закончила фразой в свою защиту:
