– Что ж, рациональное зерно есть, – хмыкнул генерал. – Действуйте в этом ключе.
На следующий день в эфир полетел ответ из органа советской контрразведки:
«Центру. Новосиля в нашем районе нет. Он находится за сто пятьдесят км. На разведку ушли напарники. Я остался на месте. До их возвращения буду сообщать только метеосводки. Павел».
Как и было условлено, «Николаев» в начале августа передал, что его друзья не вернулись, что он один и есть проблемы в пропитании, батареях для рации и деньгах. Противник 4 августа 1943 года радировал:
«Павлу. Понимаем ваше положение. Помощь пришлем. Срок и место встречи укажем дополнительно. Почему молчите о передвижении войск и о важных военных событиях в вашем районе? Ждем срочных сведений. Центр».
Ему радиоточка «Опыт» ответила:
«Центру. Наши люди до сих пор не вернулись, ходил их разыскивать, но безрезультатно. Работать одному трудно. Денег нет. Живу плохо. Жду от вас совета и помощи. Павел».
7 августа от немцев пришла радиограмма такого содержания:
«Павлу. Вам срочно готовим курьера. Придет по последнему адресу, а пока давайте военные сводки, надеемся на активизацию работы. Центр».
Свое слово немецкая спецслужба сдержала. Через двое суток на явочной квартире военные контрразведчики арестовали матерого агента-связника – некого Подкопытова, выпускника Борисовской разведшколы, у которого имелся трехмесячный опыт работы в тылу Красной Армии.
В задачу Подкопытова входило – передать радисту 96 000 рублей, фиктивные документы, батареи для рации, продовольствие и остаться в распоряжении «Шадрина» в качестве помощника. Прибытие связника – это всегда акт доверия к агенту. Немцы же прекрасно понимали один профессиональный принцип – рыба, которая в каждом червяке видит крючок, долго не проживет, хотя червяка изучали долго.
С учетом недоверия к личности этого связника радист сообщил в разведцентр, что курьер не прибыл и продолжает испытывать затруднения.
Буквально на следующий день пришел ответ:
«Павлу. Курьер завтра будет у вас. Пароль – привет от доктора. Курьер будет с вами работать с успехом. Центр».
Встал вопрос – на встречу с новым курьером стоит ли посылать радиста? Дело в том, что перед этим был случай, когда во время подобного контакта сбежал радист Орлов. Вадис решил послать на встречу своего офицера – начальника 2-го отделения 2-го отдела УКР фронта капитана Мурзина под видом «Шадрина». Запросили Центр. Подполковник В.Я.Барышников, позвонив по ВЧ, высказал сомнение:
– А если курьер окажется знакомым с радистом, что тогда?
– Не беспокойтесь, Владимир Яковлевич, оперработник не растеряется, найдет выход. В крайнем случае заявит, что он завербован «Шадриным».
– Ладно, действуйте, только как следует прикройте работника, – потребовал начальник 3-го отдела ГУКР СМЕРШ.
– Обязательно сделаем, Владимир Яковлевич, все будет нормально, – успокоил московское начальство генерал.
И вот переоблачившийся в форму радиста чекист прибыл на подставной адрес для курьера в село Березовские Выселки. Предупрежденная хозяйка дома Кудрявцева приняла капитана.
– Может, чайку, сынок, – предложила селянка.
– Нет, спасибо, бабуля, только попил…
Примерно в полдень 24 августа 1943 года капитану доложили, что в направлении дома Кудрявцевой идет неизвестный в форме старшего сержанта.
Чекист вышел из дома и, имитируя занятость, стал поправлять покосившуюся калитку. Проходя мимо, неизвестный спросил:
– Это дом колхозницы Кудрявцевой?
– Да, – последовал ответ. – А вы не от доктора?
– Привет от доктора, – оскалил зубы неизвестный.
Курьер назвался Матвеевым и рассказал, что выброшен в ночь на 23 августа вместе с напарником, который ждет его на окраине села. Мешок с грузом, к сожалению, не нашли.
– А почему напарник не пришел? – спросил военный контрразведчик.
– Это для страховки.
– Выходит, Фурман не верит вам?
– Нет, он этого не говорил.
– Ну а что вы должны делать после выполнения этого задания?
– Я должен остаться помогать вам, а напарнику надо вернуться обратно.
– Мне приятно, что хоть один останется со мной – будет помогать. А теперь пошли за напарником – деньги и документы позарез нужны. Они у него?
– Да, он ходячий сейф.
Вскоре оба агента были арестованы. У них изъяли: 75 тысяч рублей, чистые бланки командировочных предписаний с печатью «АХО штаба 13-й армии», 20 штук чистых бланков продовольственных аттестатов с печатью «АХО штаба 13-й армии», 15 штук чистых бланков продовольственных аттестатов с печатью «Оперативная группа минометных частей Западного фронта Ставки Верховного Главного Командования», 20 штук удостоверений, отпечатанных на машинке с печатью и штампом «123-го отдельного батальона связи».
25 и 27 августа немцам было сообщено соответственно датам:
«Два курьера прибыли. Груз, сброшенный с самолета без парашюта, потеряли. Втроем идем на поиски. Павел».
«Посылки нет. За помощь в деньгах, документах – благодарим. Как быть с питанием к рации. Жду срочно ответ. Павел».
29 августа последовало указание:
«Павлу. Второй курьер должен немедленно вернуться и поехать с новым пакетом. Сообщите, куда и когда выехал. Центр».
Ответ отправили на следующий же день:
«Центру. Баринов (т. е. Сергей. – Авт.) ушел обратно, будет переходить линию фронта в районе стыка 70-й и 13-й армий. Мы меняем место жительства. Приступили к активной работе. Павел».
После этого «Шадрин» отправил несколько радиограмм с дезинформацией, рекомендованной Генеральным штабом, а потом военные контрразведчики через радиста начали легендировать политическую неустойчивость Матвеева. Радиограмма в Центр:
«Центру. Последние события на фронте отрицательно действуют на Матвеева. Он запил. Высказывается бросить работу, болтает по пьянке лишнее. Это грозит нашему провалу. Прошу ваших указаний направить его к вам. Срочно пришлите ответ. Павел».
Ответ Центра – «Шадрину»:
«Павлу. Военные события на фронте мы предвидели. Большевики нас не разгромят. Окончательный исход войны будет в нашу пользу. Не падайте духом. Новая Россия ваш труд оценит. Привет. Капитан».
29 августа 1943 года в радиоцентр ушла депеша:
«Центру. Напарник вашему распоряжению не подчинился. Уговоры не помогли. Пришлось пристрелить. Выезжаю в район Брянска. С нового места сообщу об обстановке. Павел».
19 ноября противник радировал «Шадрину»:
«Павлу. Вы награждены медалью «За храбрость». Поздравляем и желаем дальнейших успехов в совместной борьбе. Сколько времени вам нужно добраться до указанного места сброски. Мы все приготовили. Капитан».
Из-за непогоды дважды самолет не мог сбросить контейнеры. Наконец 27 февраля 1944 года неприятельский самолет появился над указанным местом с сигнальными кострами. Он сбросил на парашюте контейнер с грузом. В нем находились 100 000 рублей, пачка фиктивных документов с печатями и штампами различных воинских частей, батареи к рации, комплект офицерского обмундирования и продукты питания.
Радиоигра «Опыт» продолжалась до конца 1944 года. За этот период противнику было передано 92 радиограммы, получено 51. Были вызваны на нашу территорию и обезврежены 3 немецких агента и получен груз с большой суммой денег, оружия и боеприпасов. В этой игре враг был одурачен и потерпел фиаско.
Как говорится, обмануть дьявола – не грех.
Весной 1943 года Абакумов В.С. шифровкой приказал прибыть на срочное совещание начальникам управлений КР СМЕРШ двух фронтов – Брянского и Центрального, соответственно генералам Железникову Н.И. и Вадису А.А.
Встретившись в гостинице, оба руководителя не понимали, почему лишь их двоих вызвали на Лубянку. Но скоро обстановка с вызовом прояснилась, как только они поднялись на четвертый этаж дома № 2. Хозяин кабинета встретил коллег приветливо, но долго на рассусоливал о причине приглашения.
– Я вас вызвал только с одной целью – с учетом сложившейся обстановки необходимо продумать мероприятия, как отбить у фрицев привычку встречать наших мерзавцев-предателей «с хлебом и солью». Участились, и на ваших фронтах в том числе, случаи, когда белая тряпка в руке изменника стала своеобразным вездеходом к траншеям неприятеля.
– Согласен, у меня уже до десятка таких случаев, – заметил Николай Иванович Железников. Закивал в знак согласия головой и генерал-майор Вадис.
– Ну, коль согласны, тогда и карты вам в руки. Надо разработать серию операций по предотвращению измены Родине, – нахмурился Абакумов. – Понимаю, дело не легкое. Подумайте, а утром доложите…
Так родилась уникальная по-своему операция под названием «Инсценировка «Измена Родине».
19 июня 1943 года из УКР СМЕРШ Брянского фронта генерал Железников Н.И. доложил Абакумову В.С. шифровкой об итогах оперативных мероприятий под кодовым названием «Измена Родине».
