То, что она намеревалась сделать, должно уладить ее проблемы. Если она сделает все правильно.
И быстрым решительным шагом Кэтлин направилась к салуну.
— Какого черта?
На следующее утро, едва Кэтлин застегнула изумрудно-зеленый жакет для верховой езды, с улицы послышался шум голосов. От волнения сердце у нее гулко забилось. Она бросилась к окну и увидела, что около загона для скота собралась небольшая группа людей: Уэйд, который только что начал седлать свою лошадь, старый Болди, Джейк Янг и еще пятеро.
Это были люди, выглядевшие так же непристойно, как и те, кого Кэтлин имела удовольствие наблюдать, пока ехала в дилижансе. Она взглянула на них, и сердце ее наполнилось гордостью. Все они пребывали в разных стадиях похмелья, были небриты, нечесаны, в грязной одежде — ни один, казалось, неделями, а то и месяцами не мылся. Она отыскала их в салуне в Хоупе — кроме одного, ей пришлось пройти через весь город и еще с полмили до борделя «Опал», чтобы найти одноглазого пьянчугу по имени Оттер Джонс, услышав, что он застрелил свою родную бабку из-за выпивки. Ни у кого не видела Кэтлин таких злых глаз.
Глядя на эту пеструю компанию, она страшно разволновалась, в особенности когда увидела, как лицо Уэйда исказилось гневной гримасой.
Она поспешила сойти вниз и направилась к загону, поеживаясь в предвкушении очередной схватки.
— Может быть, вы потрудитесь объяснить, что все это значит? — прорычал Уэйд, когда она подошла.
— Что тут объяснять? Я вижу, вы уже познакомились с нашими новыми пастухами.
Ей подумалось, что взгляд, который он бросил на нее, мог бы испепелить кого угодно. У Кэтлин немного задрожали колени, но она прислонилась к коновязи, храбро посмотрела на Уэйда и обезоруживающе улыбнулась ему.
— Я решила, что работа на ранчо пойдет лучше, если нанять еще работников. И доход возрастет. Скажите только им, что нужно делать, и я уверена…
— Убирайтесь! — Уэйд даже не дослушал ее. Он подошел к отталкивающему сборищу. — На моем ранчо ровно столько людей, сколько нужно.
Оттер Джонс, у которого один глаз закрывала повязка, воинственно сверкнул другим.
— А эта леди говорила совсем другое! Она сказала, что вы заплатите мне тридцать долларов за починку изгороди и э-э-э… чего-то еще… — Он почесал в затылке и сощурился, пытаясь вспомнить.
— Она сказала, вам нужны загонщики коров — ездить и искать отбившихся от стада. — Низенький человек с грудью бочонком и косматой черной бородой, доходившей почти до пояса, шагнул вперед. — И что мы получим за это по тридцать долларов!
Голос Уэйда звучал ровно, но в нем явственно слышались стальные нотки.
— Она ошиблась. Нам не нужны работники.
— Я не согласна, — не сдавалась Кэтлин. — Я пригласила этих людей и жду, что вы дадите им работу и заплатите, как полагается.
— Ага, слыхал, что сказала леди? — Оттер повернулся к Уэйду, и его единственный глаз угрожающе прищурился. — Она наняла эту вот повозку и лошадь, чтоб нам досюда доехать. И сказала, — внезапно он, икнув, сплюнул, а потом продолжил: — сказала, нам тут каждому дадут лошадь. И тридцатник. Не знаю насчет прочих, но я на тридцатник смогу купить уйму виски и вдоволь поваляться на сене с девками из «Опала», и пока мне не заплатят, никуда не уйду.
К этому времени из загона вышли остальные работники, чтобы посмотреть, из-за чего шум, и когда Оттер закончил свою тираду, все они стояли вокруг, настороженно глядя на происходящее.
— Вам, мэм, лучше бы уйти в дом, — тихо сказал Джейк Янг, обращаясь к Кэтлин.
Рука Дерка скользнула к револьверу, но пока он не стал вынимать его из кобуры.
Кэтлин ощутила, что в воздухе нарастает напряжение. Этого она не ожидала. Она думала, что Уэйд станет спорить с ней, а не с этими людьми, и не предполагала, что они будут настолько разозлены, не получив работы, которую им обещали. Ей и в голову не пришло, что кому-то из них захочется трудиться, — она слышала от буфетчика в салуне, что все они отпетые пьяницы, которые перебиваются время от времени случайными заработками и зачастую даже не являются к хозяевам, с которыми условились.
Вероятно, ее ошибка состояла в том, что она предложила им такие большие деньги. Но ей хотелось быть уверенной, что они приедут, иначе как еще она могла бы досадить Уэйду?
Да, пожалуй, тридцать долларов — огромная сумма, только сейчас сообразила она. Пожалуй, чересчур огромная для того, чтобы эти люди отказались от нее без боя.
— Вы все получите свои тридцать долларов, — поспешно сказала она, поворачиваясь к мужчинам и умиротворяюще, как ей хотелось думать, улыбаясь им. — Я прошу прощения за недоразумение, но…
— Черта с два они их получат. — Глаза у Уэйда были холодными. — Два доллара на человека за беспокойство. — Его ледяной взгляд коснулся каждого по очереди. — И за возвращение в город на повозке.
— Ад и преисподняя! Пошел ты со своими двумя долларами, Баркли! — взорвался Оттер. — Она сказала — тридцатник, и я не уйду, пока не получу их!
— И я!
— Я тоже!
Кое-кто, разозлившись, вышел вперед, а Оттер вдруг подошел к Кэтлин и схватил ее за руку.
— Вы чертова врунья, леди! — крикнул он ей в лицо. Уэйд ударил его кулаком в челюсть с такой силой, что Оттер растянулся в пыли.
— Хватит с тебя и этого, Джонс, — спокойно сказал он. — Извинись перед леди и убирайся к черту с моей земли.
— Извиниться? Чего захотел! — Произнеся ряд ругательств, Оттер попытался встать, но Уэйд снова уложил его одним ударом. Человек с грудью бочонком внезапно замахал кулаками перед Джейком, молодой ковбой нанес ему хороший удар справа, и тот тоже распростерся на земле.
Дерк выхватил револьвер, Мигель и Рустер сделали то же самое.
— Еще у кого-нибудь есть возражения против платы в два доллара? — медленно и тихо проговорил Дерк.
У Кэтлин перехватило дыхание. Несмотря на яркое солнце, сияющее над долиной, она вдруг почувствовала, что продрогла. Ничего подобного она не ожидала, рассчитывая, что Уэйд будет просто разозлен, поскольку придется терять время на то, чтобы отослать этих людей обратно. Ей и в голову не приходило, что ситуация может оказаться настолько непредсказуемой и опасной.
— Ладно, мы уходим… Не стоит заваривать кашу. — Человек с грудью бочонком не сводил глаз с наставленных на него револьверов.
— А мы все равно получим по два доллара? — спросил другой, отбрасывая со лба спутанные каштановые волосы.
— Да. — Голос Уэйда звучал ровно. — Если уйдете и больше не станете шуметь. — Быстро оглядев всех так же спокойно, как если бы пересчитывал кур в курятнике, он достал из кармана мешочек с деньгами и вынул несколько банкнот. В полном молчании каждый принял предложенное, кое-кто бросил мрачный взгляд в сторону Кэтлин. Все поплелись к повозке. Оттер Джонс наконец поднялся на ноги и протянул грязную руку за деньгами, но Уэйд зажал последнюю банкноту в кулаке.
