Туполев сидел в одиночной камере на Лубянке, там же начались допросы. Его держали «на конвейере» — часами стоял Андрей Николаевич на одном месте, забывая от бессонницы время суток, тянувшиеся дни. Службист-следователь, уверенный в том, что перед ним настоящий враг народа, кричал:
— Пиши, б…, кому продал чертежи? Сколько тебе заплатили, сволочь? Пиши! Твои дружки Архангельский, Сухой, Петляков, Мясищев давно раскололись и продали тебя! Один ты упорствуешь. Пиши! Тебе это зачтется.
Обида захватила Туполева в те тяжелые дни: «Сколько построено самолетов для страны, для людей, для Красной Армии, а тут — враг народа, — горько думал Туполев. — Неужели они и в самом деле верят в то, что я продал немцам чертежи Ме-110? Это невозможно! «Вы наносили вред стране — строили самолеты, — утверждал следователь-интеллигент, — а они разбивались, горели в воздухе». В авиации аварии и катастрофы, к сожалению, не изжиты. «У вас были ошибки при проектировании. Вы специально запускали в серию негодные самолеты. Ваши “просчеты”, как вы говорите, специально подстроены». Просчеты были, а у кого их нет. У Мессершмитта? У Сикорского? У Юнкерса?»
— Назовите сообщников, которые помогали вам в подготовке проданных за границу чертежей?
— Никому и никаких чертежей я не продавал. Все, что делал, делал вместе с инженерами и конструкторами нашего КБ.
— Тогда стойте еще, — следователь демонстративно ложился на кушетку отдыхать, а Туполев оставался стоять на отекших ногах. От бессонницы слипались глаза, подгибались колени, хотелось упасть на пол и тут же заснуть, но стоило опереться рукой на спинку стула, как тут же раздавалось шипение следователя-интеллигента, старавшегося говорить с Туполевым на «вы», выказывая показное спокойствие и уважение к известному конструктору.
Следователи менялись, а грузноватый Туполев стоял, не сомкнув глаз, едва удерживаясь, чтобы не упасть.
— Стоять, сука, смирно! — орал следователь-босяк, любивший материться и угрожать, не прочитавший, по наблюдению Туполева, ни одной книги, не знавший имен великих мира сего, но любивший хвастать своим положением. — Ты кто? Гнида! Я — человек простой. В институтах не учился. Что хочу, то и сделаю с тобой, а ты — конструктор, инженер, ученый. На хрена мне твоя ученость! Не шевелись, падла!.. Завтра берем твою суку — и в лагерь. Твоего щенка — в спецприемник. Если будешь молчать. Так будешь говорить, г… свинячье?..
Следовать добился желаемого… Ночью он закончил написание результатов следствия.
«Хранить вечно. № 855–38
Дело Туполева А. Н. Начато 7 января 1938 г. 1939 года января 4 дня старший следователь следственной части НКВД лейтенант государственной безопасности Есипенко, рассмотрев следственное дело № 14415 по обвинению Туполева А. Н. по ст. 58 п. 6, 7, 9, 11 УК РСФСР, нашел:
…В данное время от арестованных Некрасова и Вальтера получены показания, изобличающие Туполева, как одного из руководителей террористической деятельностью в контрреволюционной кадетско-фашистской организации, существовавшей в Москве и именовавшей себя русско-фашистской партией. Туполев арестован 21.10.37 г. Награжден 3 орденами Ленина, орденами Красной Звезды и Трудового Красного Знамени. Сын помещика. Начальник конструкторского бюро НАГИ, заместитель директора ЦАГИ, проживает: Каляевская улица, дом 29, кв. 33.
Туполев группировал в ЦАГИ антисоветски настроенных людей, создал антисоветскую организацию и занялся вредительской работой в области авиационной промышленности:
— признавал проведение вредительства по строительству самолета «ДБА», задержки постройки стратосферных самолетов по ДБ-2, РД, ВИТ, ДБ-3, И-21, ПБ, СБ, ДМП;
— признавал, что сорвал полет Громова на установление дальности, сорвал в 1935 году намеченный правительством перелет Леваневского через Северный полюс в Америку и в 1937 году рядом вредительских актов привел к гибели экипаж самолета Леваневского при полете в Америку через Северный полюс. В 1924 году завербован Моргулисом для шпионской деятельности в пользу Франции. Будучи в Париже в 1935 году, лично передал шпионские сведения о самолетах-истребителях и легких бомбардировщиках министру авиации Франции Денену.
На допросе 23.11.38 г. Туполев отказался от показаний в части шпионажа.
В совершенных преступлениях Туполев изобличен соучастниками:
1. Фрадкин А. Е. — на очной ставке с Туполевым 3.12.37 г. показал, что он был связан с ним по шпионской работе в пользу Франции с 1930 года и получил от Туполева в 1930 и 1934 годах шпионские материалы о самолетах.
2. Недашкевич А. В. ранее судим за вредительство, показал 17.10.37 г., что с июля 1934 года входил в антисоветскую организацию в ЦАГИ, возглавляемую Туполевым, по его указанию задерживал разработку новых образцов вооружения.
3. Озеров 25.11.37 г. показал, что входил с 1923 года в антисоветскую группу Туполева. По указанию Туполева группа переросла в антисоветскую вредительскую организацию с задачей ослаблять оборонную мощь Советского Союза.
9. Стечкин Б. С. показал на допросе 9.1.38 г., что он в 1936 году, будучи уволенным с завода № 38 как бывший вредитель, был приглашен Туполевым на работу в 1-й главк наркомата оборонной промышленности, но в главк пойти отказался и просил устроить его в ЦАГИ. По антисоветской деятельности связан с Туполевым с 1918 года.
Дали показания: Мясищев В. М., Минкер К. В., Осипов А. А., Черемухин А. М., Инюшин К. А., Погосский Е. И. Всего 22 человека».
Далее старший следователь Есипенко утверждает, что уже через неделю после ареста, «28.10.37 г. Туполев показал, что он из своих сослуживцев по ЦАГИ создал антисоветскую группу: Петляков, Погосский, Озеров, Недашкевич, Петров, Сухой, Некрасов и др.». Можно себе представить, как работал «конвейер», как жестоко избивали людей умственного труда, если они, не выдержав пыток и истязаний, подписывали такие жестокие обвинения себе и своим товарищам.
30.1.1940 г. Туполев, «осознав свое малодушие», откажется от своих показаний.
«На следствии в Москве в конце 1937 года, — заявлял Туполев, — и в самом начале 1938 года под нажимом начальника следственного отделения Груздева Н. И., подвергнутый конвейеру, под угрозами Груздева арестовать мою жену и применить всемерные репрессии к остальным членам семьи, я, не видя никакого выхода, малодушно подписал протокол о том, что будто бы я организовал в ЦАГИ антисоветскую вредительскую организацию…
Позже, на очных ставках, я вновь проявил малодушие, не видя возможности доказать истину, подтвердил показания.
Настоящим заявляю, что все сказанное в подписанных мною протоколах в действительности ничему не соответствует и является полнейшим вымыслом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
