обстановке.
– Лучше выспись нормально, а не играй полночи в детектива. Завтра будет новый день.
– А вот он очень спешил. – Я киваю в сторону двери, за которой скрылся Азраэль, и просто не могу не думать о Малакае. Рассказал ли ангел своему другу о нашей договоренности?
– Он всегда спешит, – отвечает Гор. – Советую не воспринимать его слишком всерьез.
Я достаю телефон из кармана брюк и делаю целую кучу фотографий. Гор терпеливо ждет, пока я закончу, после чего ведет меня к элегантному «Porsche», припаркованному в соседнем переулке.
– Расскажи мне что-нибудь о себе, – прошу я, когда авто трогается с места. – Почему ты с ангелом в Лондоне?
Гор на довольно высокой скорости заворачивает за угол.
– А где мне еще быть? Я люблю этот город, а Аз мой близкий друг, хотя раньше он был повеселее.
– В Каире не так уж плохо, – замечаю, прежде чем рискнуть расспросить его о приятеле. – Прежде всего, там теплее.
– Тебе холодно? – Он включает обогрев салона. – Я не особо тащусь от всей этой жары и песка. Мать раньше хотела, чтобы я остался в Египте, где она могла бы за мной приглядывать. Но я слишком любопытный. На земле столько интересных народов – что тогда, что сейчас – и так много женщин, которые считают, что подружиться с богом – это круто.
– Подружиться?
Гор проезжает светофор на желтый, и позади нас громко сигналят.
– Ты прекрасно поняла, что я имею в виду. Я ничего не обещаю, и все получают удовольствие.
– Что тебе известно о краже скипетра? – меняю тему, чтобы он не начал болтать о своих любимых позах.
Этот бог реально не заморачивается по поводу границ личной жизни. А ведь Азраэль меня предупреждал. Гору неведомо, что такое сдержанность, но это делает его человечным, что ли. Скажи мне вчера, что сегодня я буду вести подобные разговоры с бессмертным, а точнее, с тремя бессмертными, я бы его высмеяла.
– Не больше, чем Азраэлю, – отвечает Гор на мой вопрос.
– И ты никогда не обсуждал это с отцом? Все-таки Сет твой дядя.
– Так и есть, но это ничего не значит, а отца я целую вечность не видел. Как-то меня не тянет в царство мертвых. А то его еще посетит дурная мысль и там назначить меня своим преемником. – Гор тормозит, а я отмечаю, как поразительно быстро мы добрались до отеля. – Проводить тебя наверх? Можем заказать что-нибудь вкусное на ужин и посмотреть сериал. В номере Азраэля чертовски большая кровать.
Мой мобильник издает сигнал, показывая сообщение с неизвестного номера. Я открываю его.
«Если он станет настаивать, чтобы ты пустила его в свою постель, даю разрешение сломать нос и ему».
Это какое-то извращенное предложение перемирия или ангел думает, будто я сама не разберусь?
«Слишком поздно, мы уже в постели. И не волнуйся, он в целости и сохранности», – печатаю я ответ и ставлю телефон на беззвучный режим.
– Это Азраэль, да? – со смешинками в глазах смотрит на меня Гор.
– А он, похоже, настоящий друг. Говорит, чтобы я сломала тебе нос, если будешь на меня наседать.
– Со мной бывало и похуже. – С молниеносной скоростью он наклоняется вперед и целует меня в щеку. – Спокойной ночи, принцесса, и сладких снов.
Я качаю головой из-за дурацкого прозвища, которым меня до этого уже называла Энола.
– И тебе того же.
Выйдя из машины, я пересекаю вестибюль и поднимаюсь на лифте в свой номер. Там снимаю одежду и принимаю на этот раз горячий душ. Закутавшись в невероятно мягкий банный халат, заказываю себе тальятелле с лососем в соусе из белого вина и яблочный крамбл на десерт. Затем беру мобильный и удобно устраиваюсь с ним в кровати. Азраэль больше ничего не писал. Сначала я сохраняю его номер под именем «Придурок» и набираю Гарольду сообщение, что я жива и здорова, уже в номере отеля. Потом выбираю фото, на которых лучше всего видно текст послания, и загружаю их в облачный сервис, к которому у нас с братом совместный доступ. Два глаза хорошо, а четыре – лучше.
Когда раздается стук в дверь, я поднимаюсь, открываю, и официант завозит в комнату тележку. На подносах под двумя серебряными колпаками прячется мой ужин, а рядом стоит еще один контейнер, в котором подается лед и сохраняется холод.
– Мистер Армитедж позвонил и сказал, что вам нужен лед, – сообщает мне молодой человек.
Вот уж не ожидала от ангела такой заботы. Вручив юноше чаевые, я толкаю тележку в спальню, к своей кровати. После этого включаю телевизор и вхожу в свой аккаунт на Netflix. Мы с братом смотрим документалку о нераскрытых преступлениях и бо́льшую часть времени ломаем голову над тем, что случилось на самом деле и что упустили следователи. Взяв тарелку с макаронами, я облокачиваюсь на подушки и впервые за день расслабляюсь, хотя уже почти полночь. Блюда оказались вкусными, и после десерта я чувствую себя такой сытой и счастливой, что мне вообще больше не хочется двигаться.
В этот момент телефон пищит входящим сообщением от «Придурка».
«Приложи лед к шее».
Ни приветствия, ни смайлика. Да этот тип издевается?! Он еще хуже, чем Гарольд и Малакай, вместе взятые. Я не отвечаю, но задаюсь вопросом, не оборудована ли комната камерами. От этой мысли становится жутковато. Тем не менее я заворачиваю лед в полотенце и прикладываю к горлу. От холода тело пронзает коротким уколом боли. Снова уютно закутавшись в одеяло, я выключаю маленькую лампу возле себя. Единственным источником света теперь остается телевизор.
Гор прав. Сегодня ночью я высплюсь, а завтра займусь загадкой. Не сомневаюсь, что существует какое-то простое решение. Так обычно и бывает с загадками, которые поначалу кажутся особенно сложными.
Азраэль
Она не ответила на мое сообщение. Не то чтобы я ожидал чего-то. Для этого Нефертари слишком упрямая, и, видит бог, я мало что сегодня сделал, чтобы она могла мне доверять. Лично я на ее месте не стал бы. Надеюсь, в отеле она в безопасности. Можно активировать камеры, но если девчонка узнает, что я лезу в ее личное пространство, то сотворит что-нибудь похуже сломанного носа. Мне почти хочется, чтобы Гор уговорил ее провести с ним ночь. Но он только что вернулся домой и тут же ушел к себе в комнату. Надо бы спросить Энолу, куда она дела труп, но я до сих пор дико на нее зол. Она едва не убила девчонку. Такой взбешенной я пери давно не
