Корабль почти лег на правый борт, а затем начал выравниваться, и, когда пальцы Лили уже почти разжались, ее нога нащупала наконец опору. Но не успела девушка поблагодарить бога за чудесное спасение, что-то — или кто-то? — ударило ее в спину, и она полетела в черную бездну узкого проема. Руки беспомощно хватали воздух, отчаянный крик потонул в стоне ветра и скрипе переборок.
Мгновение — и мчавшиеся с бешеной скоростью ей навстречу доски пассажирской палубы оказались совсем рядом. Мир вспыхнул мириадами огней и погас.
5
Через два дня Лили с трудом разомкнула веки, рядом с ее постелью сидел Мэт. Он выглядел каким-то постаревшим: лицо осунулось, под глазами залегли тени, как после бессонницы.
— Слава создателю! — облегченно вздохнул он. — Ну и заставила же ты меня поволноваться. Как ты себя чувствуешь?
Девушка хотела ответить, но только застонала. Мэт склонился над ней.
— Скажи, где у тебя болит? Корабельный доктор заверил меня, что все кости целы. Знаешь, дорогая, тебе чертовски повезло.
Рука Лили дрогнула, приподнялась и коснулась виска, словно проверяя, на месте ли голова.
— Здесь, — слабым голосом вымолвила она и жалобно добавила:
— Просто раскалывается… Что со мной случилось?
— Вообще-то я надеялся услышать это от тебя, — пожал плечами Мэт.
— Я… Я ничего не помню. Я просто хотела вернуться в каюту, как ты мне сказал.
— Должно быть, ты споткнулась или поскользнулась на верхней ступени трапа, потеряла равновесие и скатилась вниз, — предположил Мэт. — Корабль так бросало, что и на ровном-то месте устоять было непросто. Упав, ты потеряла сознание и пролежала у основания трапа несколько часов, пока не прекратился шторм и кто-то из команды не пошел проверить, как чувствуют себя пассажиры. !
— Как долго я.., спала? — поинтересовалась Лили.
Она еще не совсем пришла в себя и из рассказа Мэта уловила лишь то, что буря улеглась.
— Два дня.
— О боже! — ужаснулась она. — Не может быть!
Кто же ухаживал за мной все это время?
— Я, — просто ответил Мэт.
Девушка густо покраснела и отвернулась. Он? Но ведь ее надо было переодевать, мыть, менять постельное белье…
Конечно, он прикасался к ней, но как? Трогал ли там, где ему не было позволено? Не воспользовался ли ее беспомощностью, чтобы получить наконец то, чего так долго хотел? Она приподняла край одеяла и заглянула под него.
На ней, завязанная на все тесемки и застегнутая на все пуговицы, красовалась ее белая ночная рубашка. Лили робко, как бы извиняясь, перевела взгляд на Мэта.
— Ничего, — усмехнулся тот, — я не обижаюсь. Ты цела и невредима, можешь не сомневаться.
Его голос звучал хрипловато, а в глазах по-прежнему стоял хорошо знакомый ей голод, только теперь он чувствовался еще острее, что окончательно убедило Лили в искренности его слов, и она облегченно вздохнула.
Когда Лили обнаружили у трапа без сознания, Мэт чуть с ума не сошел от горя. Доктор осмотрел ее и сказал, что его жене необходимо просто отлежаться. Мэт решил ухаживать за ней сам. Среди пассажиров вызвались добровольцы, изъявившие желание помогать ему, но он, благодаря каждого, в конце концов от всех отказался. Два дня, пока Лили была без сознания, Мэт почти не спал. Он неотлучно находился при ней, безропотно исполняя все обязанности сиделки.
Он мыл ее так нежно и осторожно, как не моют и новорожденных.
Он переодевал ее.
Он менял простыни, наволочки и пропитанные раствором уксуса салфетки, которыми поминутно протирал бедняжке лоб и виски.
Он любовался ее телом. Мучился, страдал, желал ее так, что темнело в глазах, но ни разу не позволил себе прикоснуться к ней так, как хотел бы больше всего на свете.
Любил ли он ее уже? Нет. Но страстно желал полюбить.
— Я скоро поправлюсь? — прервав его мысленный экскурс, спросила Лили.
— Доктор сказал, что у тебя несколько ушибов и легкое сотрясение мозга, — ответил Мэт. — Пара дней в постели — и все пройдет.
Доктор не ошибся. Через два дня Лили уже практически поправилась и снова чувствовала себя в силах встретить лицом к лицу все сюрпризы, уготованные ей жизнью. Забота Мэта трогала ее до глубины души, и она была приветлива с ним, как никогда прежде. Впрочем, благодарность не мешала видеть в его глазах жадный, почти волчий блеск.
Что бы это хищное выражение ни означало. Лили оно совсем не нравилось. Мэт снова настоял, чтобы они спали вместе, правда, остался верен своему слову и даже не пытался соблазнять ее. Но девушка все равно нервничала: она не верила ему.
В тот день, когда Лили наконец отважилась прогуляться по палубе, Мэт вызвался сопровождать ее. Примерно через полчаса он решил, что для первого раза достаточно, и предложил вернуться в каюту.
— Но мне совсем не хочется уходить, — запротестовала она. — Здесь так красиво! Посмотри, сегодня ясный день, и солнце пойдет мне на пользу.
— Я смогу справиться гораздо лучше, — ответил Мэт.
Его глаза пылали, губы были плотно сжаты… Он выглядел так, словно внезапно принял какое-то трудное решение и теперь намерен неукоснительно ему следовать.
— — Нет, Мэт, только не это! — отрезала Лили. Она отлично понимала, что у него на уме, но он, не слушая, уже почти подтащил ее к трапу, помог ей спуститься, и минуту спустя они оказались в каюте.
Мэт запер дверь, подошел к девушке вплотную и хриплым от вожделения голосом произнес.
— Все, Лили, я не могу больше ждать, это и так слишком затянулось.
— Ты о чем? — попыталась выкрутиться она.
— Перестань, Лили, ты прекрасно знаешь, о чем.
— Мне казалось, мы все уже обсудили. Стоит ли к этому возвращаться?
— Еще как стоит! Эти два дня, что я ухаживал за тобой, я просто сходил с ума, трогая твое тело и не имея возможности владеть им. Ты обрекла меня на муки! Я никогда не верил, что можно так жестоко страдать из-за женщины, но ты доказала обратное. Ради господа бога, Лили, вспомни наконец, что ты моя жена, и веди себя соответственно!
— У нас не вполне нормальный брак, — заметила она, несколько опешив перед его напором.
— Зато я, если ты еще не уяснила себе, вполне нормальный мужчина! — вскричал Мэт, не в силах больше выносить эту пытку. — А ты, надеюсь, нормальная женщина! — Внезапно его лицо исказила плотоядная усмешка, и он рывком привлек девушку к себе. — Кроме того, до тех пор, пока муж и жена не вступили в супружеские отношения в полном смысле этого слова, брак может быть признан недействительным. Таков закон.
— Что ж, меня вполне устроит, если наш брак будет аннулирован! — с вызовом заявила Лили, отчаянно пытаясь вырваться. По какой-то непонятной причине эта усмешка пугала ее куда больше его гнева.
