— Стучаться надо. — Дилан поднял на нее глаза от монитора.
— А что, ты можешь заниматься тут чем-то неприличным? — с невинным видом удивилась Паола.
— Закрой дверь и садись. Я еще не закончил.
Паоле померещились в его тоне начальственные нотки. Неприятные для нее. Она надулась.
— Можешь заканчивать, — милостиво разрешила она. — А я поеду домой. Устала, к твоему сведению.
— От чего же ты устала? — поинтересовался Дилан. — Весь день трудилась, не покладая рук и ног?
— Ну, уж совершенно точно не подпиливала ногти в компании с телевизором. И при этом не успела перекусить. Осталась без ланча, если это кого-то волнует. Так что, если не возражаешь, я оставлю тебя заканчивать твой титанический труд. И поеду домой ужинать. Или обедать. Смотря что мне там оставили.
— Сядь! — скомандовал Дилан.
К своему удивлению, Паола подчинилась.
— Я поэтому и попросил тебя зайти. Мне нужно десять минут, чтобы закончить эту работу. После чего мы можем отправиться куда-нибудь и поужинать вместе.
— Неприлично мне теперь с тобой ужинать.
Определенно, слово «неприлично» становилось у Паолы главным словом этого вечера. С чего бы?
— С чего бы? — Дилан поднял брови.
— Сам посуди. Ты учредитель, я стажер. Кто здесь осведомлен о нашей нежной дружбе? Думаю, что немногие. Или я ошибаюсь? Не хотелось бы, начиная новую деятельность, постоянно слышать шепоток и пересуды у себя за спиной.
— Ты насмотрелась дешевых сериалов, — поморщился Дилан. — Никто не будет думать ничего такого.
— Не все обладают твоим благородством.
— И потом, насчет нашей нежной дружбы. Ты уверена, что она такая уж нежная? В последнее время у нас постоянно препирательства, ссоры…
— Да, а теперь ты еще вынудил меня работать под своим началом, — подхватила Паола. — Так что отношения неминуемо наладятся.
— Так. Сиди тихо и не мешай мне. Все разговоры мы продолжим вне этих стен.
Паола вздохнула, пожала плечами и уставилась в окно.
11
Ресторан, куда Дилан привез ее, оказался японским.
Паола, правда, сообразила это далеко не сразу. Она вертела головой, оценивая непривычную для нее обстановку, ёрзала на стуле и даже не заметила палочек, лежащих на специальном приспособлении.
А когда ей подали меню, открыла его и возмутилась:
— Это же японский ресторан!
— Ну и что с того? — безмятежно отозвался Дилан.
— Как что? Я этого есть не буду.
— Не нравится? — поинтересовался он.
— Не знаю.
— Как ты можешь не знать?
— Я никогда это не пробовала.
— Ушам своим не верю. Как ты умудрилась до сих пор не попробовать японскую еду?
— Ну, во-первых, настоящая японская еда готовится в Японии.
— Не умничай. А во-вторых?
— А во-вторых, я сырую рыбу есть не буду! И вообще!
— Тогда сиди голодная.
— Почему это мне сидеть голодной? Может, мы все-таки поедем в такое место, где можно по-человечески поесть?
— Мы уже приехали. Помочь тебе определиться с выбором?
Паола насупилась.
— Я буду минеральную воду. И сок.
— А из еды?
— Я тут ничего не знаю! И не могу это есть.
Дилан вздохнул.
— Ты совершенно точно не хочешь попробовать роллы?
— Нет. Я уже объяснила, почему не ем такое.
Дилан был терпелив как с ребенком.
— Во-первых, можно взять запеченные роллы. Можно заказать с горячим крабом. Или попробовать мисо. Это такой легкий суп. Можно вообще заказать тебе такие блюда, где не будет сырой рыбы. Ну как, доверишься мне?
— Ладно, — недовольно проворчала Паола. — Так и быть.
— Но есть ты будешь палочками. Надо же учиться чему-то новому.
— Хватит с меня того, что я буду учиться рекламной деятельности.
— От палочек тебе тоже не отвертеться.
— Послушай, — неожиданно рассмеялась Паола, — как тебе это удается?
— Что?
— Да ты же из меня веревки вьешь последнее время!
Дилан, конечно, заметил, что его поведение по отношению к Паоле изменилось. Но анализировать и размышлять ему было недосуг.
— Просто раньше я выполнял все твои капризы.
— А теперь перестал их выполнять? То есть больше не будешь? — прищурилась Паола.
Дилан и сам не мог бы объяснить, насколько тонка разница между тем, как он выполнял их раньше, и тем, как собирается выполнять их в дальнейшем.
Попросту говоря, он начал строить, воспитывать Паолу. Какие-то вещи, которые раньше сходили ей с рук и на которые Дилан спокойно смотрел как друг, перестали его устраивать.
Но эта тема была взрывоопасной и скользкой.
К счастью, в этот момент принесли горячие полотенца, свернутые в плотные валики.
— А это еще что такое?
Дилан развернул полотенце и протер им руки, кивком пригласив Паолу последовать его примеру.
— Как-то все не по-европейски, — проворчала она, но руки вытерла. — Я бы лучше сходила их помыть.
Дилан фыркнул.
Еда, которую он выбрал для Паолы, вполне ее удовлетворила. Блюда действительно оказались вкусными. Сначала Паола пробовала их с опаской, но потом расслабилась. У нее даже получилось есть палочками с первого раза, а не с десятого, как угрожал Дилан.
Они болтали о всяких пустяках, не касаясь событий последних дней, и атмосфера за столом становилась все более непринужденной. Дилан не стал пить вино, так как был за рулем, а Паола отказалась от вина из солидарности с Диланом.
— Зря, — заметил он, — вина здесь очень хорошие. Легкие и изысканные.
— Лучше я попробую лишний десерт.
— Узнаю тебя. Никогда не откажешь себе в сладком.
— Именно так. Ну что еще расскажешь, пока рот у тебя не занят следующим блюдом?
— Даже не знаю, — пожал плечами Дилан. — Лучше ты расскажи, как продвигаются твои брачные затеи. — Он тут же пожалел, что затронул эту тему.
Паола едва заметно нахмурилась. И ответила:
— Не так плохо, как тебе хотелось бы.
— Почему я должен хотеть того, чтобы тебе было плохо? — удивился он.
— Это ты мне скажи. Ты был как бешеный последнее время, не считая твоего офиса. Напустился на мое очаровательное платье, испортил нам все впечатление от общения с Брауном.
— Не думал, что впечатление от общения с ним можно хоть чем-то испортить.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Можно подумать, эти парни сделали тебе что-то дурное.
Дилан мысленно застонал. Ну как можно быть такой слепой?!
И мысленно ответил себе: наверное, так же, как можно быть таким безрассудным, чтобы надеяться на чувства девушки, видящей в тебе только друга. Лишь друга. Самого хорошего друга.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
