бывших английских кораблей, имели калибр всего четырнадцать дюймов. Эффективность их оказалась ожидаемо невелика, и один из них, ударив под неудачным углом, не смог даже пробить броню. Так, огромная то ли вмятина, то ли царапина, жуткая с виду, но совершенно безвредная. Но, в любом случае, «Ямато» досталось. Пожар в носовой части, правда, удалось потушить, зато в развороченных надстройках пламя бушевало вовсю. Металл в некоторых местах накалился докрасна, повсюду лохмотьями слезала ставшая от жара пепельно-серой краска. За кораблем тянулся густой шлейф вонючего черного дыма, однако ход он не снижал, руля слушался уверенно, и орудия не пострадали.
Двум другим линкорам тоже досталось, хотя и не так сильно. «Мусаси» получил два снаряда, «Синано» три. Не смертельно, пускай и весьма неприятно. Над «Синано» дым поднимался едва ли не гуще, чем над флагманом – что-то у него там сильно горело и, несмотря на все усилия групп борьбы за живучесть, гаснуть пока не собиралось. У «Мусаси» временно вышла из строя одна из башен главного калибра – снаряд английского образца вновь не смог проломить броню. Повезло – ударил под углом в лоб башни, а там шестьсот пятьдесят миллиметров стали. Тем не менее, контужены были все, кто находился внутри, и возобновить стрельбу башня смогла лишь минут через десять. Но и японцы не остались в долгу.
Первым под удар закономерно угодил флагманский корабль адмирала Жансуля «Ришелье». По нему в начале боя, прежде чем японские корабли распределили между собой цели, огонь велся особенно интенсивно, так что вопрос поражения цели упирался лишь во время и затраченные усилия. Восемнадцатидюймовый снаряд ударил позади надстроек в одну из башен среднего калибра. Рвануло так, что солнцу стало жарко. Башню попросту раскололо пополам, стволы шестидюймовых орудий разлетелись, вращаясь, будто городошные биты, не хуже этих бит сметая все на своем пути. Пламя взлетело выше мачт, но, к счастью, детонации погребов боезапаса не произошло и корабль остался в строю.
Чуть позже линкор один за другим получил еще два снаряда. Пробоины, взрывы, пожары… В общем, весело, хотя и не смертельно. Хуже, что густой дым теперь изрядно мешал артиллеристам, но и это можно было перетерпеть. Линкор продолжал уверенно идти во главе колонны и вести огонь по врагу.
«Жан Бару», стоящему вторым, на удивление, досталось даже сильнее. Четыре попадания, после которых надстройки превратились в пылающие руины, а носовая башня лишилась двух орудий из четырех. Погиб командир линкора и практически все, кто находился в боевой рубке, когда совсем рядом ударил японский снаряд. Но руль не был поврежден, и корабль легко держал ход, не отставая от флагмана.
Хуже всего пришлось идущему третьим «Зейдлицу». Бывший английский линкор типа «Кинг Георг V» уступал своим французским коллегам и по огневой мощи, и по защищенности. Три попадания – разбита палуба перед носовой башней, рядом, по правому борту дыра размером в футбольные ворота. Стволы трех орудий погнуты, четвертый и вовсе оторван. Последним снарядом покорежило надстройки и смяло трубу. Мощность турбин начала постепенно падать, и корабль, хоть и держался пока в строю, после еще одного-двух ударов мог из него и вывалиться.
По сравнению с головными кораблями идущие за ними «Фон дер Танн» и «Гебен» отделались легко, хотя обстреливались едва ли не интенсивнее. Четыре линкора типа «Конго» работали по ним из носовых орудий весьма активно, однако и дистанция между противниками была заметно большей, и угол, на котором сходились корабли, выгодным не назовешь. Плюс скорость и те, и другие держали немалую, так что неудивительно, что точность огня японцев оставляла желать лучшего.
«Фон дер Танн» не получил ни одного попадания. Самое близкое накрытие – двадцать метров. Лязг осколков о бронированные борта линкора, содранная ими краска – и, в общем-то, все. Никого даже не ранило. «Гебен» получил одно попадание, и эффект от четырнадцатидюймового «чемодана» оказался куда меньшим, чем от монструозных орудий «Ямато». Что же, ожидаемо. Средних размеров пробоина, быстро потушенный пожар – все это шло по разряду незначительных повреждений. То, что за этими «незначительными» скрываются еще и пять матросских жизней, никого сейчас не волновало. Статистика войны, не более. Да и, откровенно говоря, на фоне разворачивающейся сейчас на море эпической битвы, такое и впрямь никого бы не впечатлило.
Как бы то ни было, несмотря на меньшее количество попаданий, по очкам на начальном этапе сражения вели японцы. Их снаряды наносили немецким кораблям куда более серьезный урон, а броня увереннее держала удар. Тем не менее, основные силы обеих сторон в игру пока всерьез не вступили, если, конечно, не считать таковой малоуспешную перестрелку с дальней дистанции.
Однако колонны сближались, и рано или поздно расклады должны были поменяться.
Четыре японских линкора догнали свой головной отряд закономерно раньше, чем немецкие корабли пересекли их курс. На несколько минут отряды Лютьенса и чуть отставшие линейные крейсера оказались против всей японской колонны на сравнительно небольшой, не более семидесяти кабельтовых, дистанции, которая продолжала непрерывно сокращаться. Это был, пожалуй, самый опасный момент – если «Ямато» и компания обратят на них внимание, то вполне могут успеть превратить немецкие линкоры в металлолом. Не всех, может быть, но кого-то уж точно. Однако три сильнейших корабля японского флота как раз пристрелялись по Жансулю, флагман которого горел все сильнее, и отвлекаться не захотели. В результате бой у Лютьенса произошел только с четверкой старых японских линкоров, и был он весьма короток.
Двадцать семь узлов у японцев, двадцать девять у немцев, в сумме это более ста километров в час. Именно с такой скоростью проносились друг мимо друга эскадры, а потому времени на то, чтобы отстреляться, у обеих сторон был минимум. И использовать его требовалось до последней крупинки, что противники и постарались сделать.
Приказ, отданный Лютьенсом перед боем, на первый взгляд, звучал парадоксально. Но – только на первый взгляд. При прочих равных весь огонь на старые линкоры японцев. Почему? Да все просто. Три линкора типа «Ямато» отлично защищены. Нанести им серьезные повреждения трудно, уничтожить – еще сложнее, сделать это быстро – практически невозможно.
Зато корабли, некоторые из которых в строю более тридцати лет, несмотря на все модернизации весьма уязвимы. Стало быть, есть шанс уничтожить или хотя бы нейтрализовать их с приемлемыми затратами времени. После этого же… А вот потом все становится куда интереснее.
Даже если сильнейшие линкоры Японии переживут этот бой, даже если они победят, даже если уничтожат немецкий флот – что с того? Три порядком избитых линкора не сделают погоды. Им еще возвращаться
