мятежный Сус и привел к повиновению кочевников в южных оазисах Дра.
Затем он отправился воевать в Испанию, где гранадский эмир снова звал на помощь Маринидов. Весной 1340 года флот Абу-ль-Хасана одержал крупную победу на море, а его сухопутные войска осадили христианскую Тарифу. Город едва продержался до прихода армии кастильцев и арагонцев, которые сошлись с мусульманами на Рио Саладо и одержали крупную победу. Маринидам пришлось уйти из Испании, и больше они туда не возвращались.
Потерпев неудачу в Испании, Абу-ль-Хасан выступил против Абдальвадидов и после долгой осады, наконец, захватил Тлемсен. На волне успеха он пошел дальше на восток, вторгся в государство Хафсидов и взял Тунис, но удержался в нем недолго: восстание местных арабов заставило его бежать в море, где он потерпел кораблекрушение и спасся на каком-то островке. В это же время его сын Абу Инан, обманутый ложным слухом о смерти отца, оставил захваченный Тлемсен и вернулся в Марокко, где провозгласил себя султаном.
Ничуть всем этим не обескураженный, Абу-ль-Хасан добрался до берега Алжира и возглавил одно из арабских племен, быстро сколотив из него новую армию. С своим импровизированным войском он отправился завоевывать Тлемсен, а когда поход провалился, стремительным рейдом захватил Сиджильмасу, став на время правителем Тафилалета. Абу Инан, узнав, что его отец жив, решил не отказываться от захваченного трона и объявил его мятежником. Тогда, бросив Сиджильмасу, Абу-ль-Хасан неожиданно появился в Марракеше, где у него нашлись сторонники, и попытался закрепиться в городе, но был разбит сыном в битве при Умм ар-Рабии и бежал в горы Атласа, где его приютили берберские кочевники (1350).
Абу Инан окружил отца со всех сторон и предложил отказаться от престола в обмен на деньги и одежду. Затравленный и измученный, Абу-ль-Хасан согласился, но прожил недолго: вскоре он умер от раны, которую сделал ему лекарь, чтобы пустить кровь. Говорят, Абу Инан очень переживал из-за его смерти и приказал похоронить отца в фамильной усыпальнице, где до сих пор показывают его могилу.
При Абу-ль-Хасане власть Маринидов достигла пика. На короткое время они снова объединили весь Магриб, создав огромное средиземноморское государство, влияние которого сказывалось во всем мусульманском мире. При этом султане построили мечети в Фесе и Тлемсене и множество медресе.
От Абу Инана до Абд аль-Хакка
Абу Инан был высок, строен, неплохо образован, решителен и честолюбив. Устранив отца, он начал заново завоевывать все, что было уже захвачено и потеряно при Абу-ль-Хасане. Тлемсен снова пал после битвы на Ангаде, где султан проявил личную храбрость. Вернув Алжир, Абу Инан вторгся в Ифрикию и захватил города Буджая и Тунис. Но почти сразу во всех концах страны начались восстания, и Абу Инан, как и его отец, был вынужден вернуться в Марокко.
Вскоре после этого он заболел, и это стало началом конца Маринидов. Власть стали делить вазиры, выдвигавшие своих претендентов на престол. Один их них, не дожидаясь смерти султана, задушил Абу Инана.
После его гибели последовала сплошная череда заговоров, переворотов и убийств, когда новые правители сменялись каждые несколько месяцев или недель. В дело вмешались испанцы, поставившие на трон своего кандидата по имени Абу Салим. Его сменил слабоумный сын Абу-ль-Хасана, а затем его внук, Абу Зайан, за которым стоял могущественный вазир Омару ибн Абдаллах.
Абу Зайан попытался избавиться от своего всесильного опекуна, но Омар раскрыл заговор и задушил султана, а на его место поставил еще одного сына Абу-ль-Хасана – Абд аль-Азиза. Для этого пришлось сначала его освободить, поскольку он был заточен в собственном дворце.
Абд аль-Азиз, болезненный юноша, оказался неожиданно сильным правителем. Поняв, что Омар хочет от него избавиться, он приказал изрубить его на куски у себя на глазах. Через год он снова захватил многострадальный Тлемсен, а через два – и все государство Абдальвадидов. Почти сразу после этого он умер, оставив наследником малолетнего сына ас-Саида.
Страну раздирали сразу несколько противоборствующих сил, в числе которых были испанцы, гранадские эмиры и арабские кочевые племена. При султане Абу-ль-Аббасе на несколько лет наступил мир, но султан неожиданно умер, и в Марокко вторглись португальцы и кастильцы.
Кастильский король Энрике III объявил крестовый поход против неверных и захватил Тетуан, устроив в нем массовую резню, а оставшихся в живых продал в рабство (1400). Через пятнадцать лет португальцы высадились в Марокко, взяли Сеуту и оставили в ней мощный гарнизон, превратив город в свой форпост в Магрибе. В течение следующего столетия они взяли еще несколько крупных прибрежных портов и фактически захватили все западное побережье Марокко.
В 1420 году султан Абу Саид Осман III был убит своим хаджибом, и власть перешла к его годовалому сыну, которого звали Абд аль-Хакк – так же, как основателя маринидской династии. Но этот султан-младенец уже не имел никакой реальной власти – в государстве всем заправляли Ваттасиды.
Ваттасиды и марабуты
Ваттасиды были боковой ветвью маринидской династии из племени бану Ваттас, которое возглавлял Абу Закария, вазир и опекун малолетнего Абд аль-Хакка.
Повзрослев под опекой Абу Закарии, маринидский султан Абд аль-Хакк не выразил никакого желания стать независимым правителем и предпочел предаваться удовольствиям и разврату. Только когда Абу Закария умер и опекуном стал его сын, слабый и неспособный Йахья, Абд аль-Хакк вдруг очнулся и приказал убить вазира и его семью. Так он стал настоящим султаном, но власть не пошла ему впрок: страна разваливалась на части, и у него не было сил ее объединить. У Ваттасидов, наоборот, нашелся новый сильный лидер – Мухаммед аш-Шейх, брат Йахьи. Бежав на запад, он собрал вокруг себя сторонников и обосновался в прибрежной крепости Арсиле.
Святой Фернандо. Абу Закарии удалось разбить португальцев, напавших на Танжер, и получить от короля Дуарте обещание передать ему порт Сеуту. Король согласился и в подтверждение сделки отдал в заложники своего брата дона Фернандо, но город так и не вернул. Следующие шесть лет дон Фернандо прожил в плену, подвергаясь постоянным издевательствам и пыткам. Позже его стойкость воспевали Камоэнс, Кальдерон и Лопе де Вега, а католическая Церковь причислила дон Фернандо к лику святых.
На юге тем временем набирало силу движение марабутов – суфийских святых, которые собирали людей в общинах и призывали к войне против неверных и вообще против всех, кто был не слишком благочестив и не охвачен пламенем веры. Атмосфера в стране была накалена: мусульмане верили, что святые суфии могут чудесным образом победить иноверцев.
Особенным авторитетом пользовали так называемы шерифы – потомки
