застрял в камышах. По нему важно, словно инспектор, шествовала утка. Снизу донеслось глухое рычание.
Девушки тоже его услышали и мгновенно застыли. Упав на колено, Кирилл взглянув вниз через пролом. В сарае крутилась собачья стая. Она заметно поредела. Кирилл заметил Полкана и еще шестерых. Все они собрались аккурат под тем местом, где на крыше лежал спасенный груз. С него уже натекла приличная лужа. Капли падали вниз, где их жадно ловили собаки.
- Спокойно, это собаки, - прошептал Кирилл.
- Вот ни разу не успокоил, - тихо проворчала Катя.
Две собаки в перерывах между охотой на капли зализывали раны. Остальные, казалось, не пострадали.
- Как думаете, мы сможем приручить их? - спросил Кирилл.
Катя равнодушно пожала плечами.
- А оно нам надо? - спросила Кристина. - Приручить их не сложно, а вот прокормить - уже сложнее. Ты что, хочешь собачку?
- Я хочу, чтобы кто-то другой тащил все эти вещи, - сказал Кирилл. - А мы с Катей нашли в башне собачью упряжь.
- Хм... - Кристина задумалась, пока ее пальцы аккуратно распутывали следующий узел. - В принципе, идея стоящая. Человек для собаки - даватель еды и воды. С водой у них тут жесткий кризис, с едой у нас всех кризис, но если решим вопрос - можно и попробовать. Что-то у нас действительно многовато барахла накопилось.
- Не барахла, а имущества, - поправила ее Катя. - Все излишки я смогу выгодно толкнуть, если только мы дотащим их до приличного рынка.
- Не спеша можем и дотащить, - сказал Кирилл. - Но идея, где всё это тащат собаки, мне нравится больше.
- Мне тоже, - не стала спорить Катя. - Осталось договориться с собаками.
На то, чтобы договориться, ушло два дня. Продовольственный кризис решился сразу после того, как Кирилл взломал дверь в правую башню. Та оказалась под самый потолок забита вяленой рыбой. С водой оказалось сложнее.
В первый день Кирилл просто зачерпнул ее ведром из реки, высунувшись в пролом в стене сарая, и вылил в широкую бадью перед башней, заслужив горячую благодарность всего собачьего народа. Даже Полкан гавкнул что-то одобрительное и позволил Кристине себя погладить. Следующим утром вновь появились твари.
Первыми их заметили собаки и с тоскливым воем прибежали к башне, где обосновалась почтовая команда. В их печальных глазах отчетливо читалось: "ну, цари природы, сделайте же что-нибудь!" Полкан в состав делегации не вошел, но стоял неподалеку, и всем своим видом выражал полную поддержку коллективу.
К счастью, Кирилл еще вчера приметил колодец во дворе одного из коттеджей за оградой. В торце улицы, на которой стояла ратуша, была калитка. Сходив за водой и удачно разминувшись с назойливым мертвым почтальоном, Кирилл подтвердил репутацию царей природы и почтовая команда приступила к реализации своего плана. Точнее, попыталась приступить.
Когда Кристина внесла из башни сбрую, собаки поначалу оживились. Идея валить отсюда хоть к чёртовой бабушке буквально витала в воздухе и столь явные приготовления к путешествию были встречены радостным повизгиванием. Кристина первым делом направилась к Полкану. Тот коротко, без злобы, гавкнул - мол, нет! - и отошел в сторону. Остальные, глядя на него, тоже стали отбегать, хотя в их лае было куда больше заискивающих ноток.
- Коллектив пока не дозрел, - констатировала Катя. - Дадим им еще время или сразу перейдем к репрессиям?
- Ну, время терпит, - отозвался Кирилл. - Хотя соседство с тварями и напрягает.
- Вот и я о том же, - сказала Катя.
Впрочем, твари показали себя приличными соседями и без приглашения в поселок не вламывались. А вот Полкан и на следующий день, сожрав брошенную ему рыбу, участвовать в походе отказался.
- С этим саботажником надо что-то делать, - проворчал Кирилл.
Полкан громко пролаял. Вся стая обернулась к нему. Полкан повернулся и пошел прочь. Пара собак дернулась было за ним, но пёс на них так рявкнул, что обе вихрем отлетели на прежнее место. Полкан уходил один, предоставив остальным самостоятельно сделать выбор. Те какое-то время колебались, лаяли ему вслед, но едва старый пёс скрылся в ратуше, собаки потянулись к Кристине.
Команда навьючила на них все свои вещи плюс запасы рыбы. Во-первых, рука не поднялась оставить столько еды, а во-вторых, как разумно заметила Катя, с тяжелым грузом собачки не разбегутся. Они, впрочем, и не пытались. Лучше людей зная правила этой игры, собаки сами построились в колонну по две и зашагали след в след за Кристиной.
Когда команда проходила мимо ратуши, Полкан вышел на крыльцо и молча стоял, глядя им вслед. Собаки оглядывались и тихонько поскуливали.
- Ну что, не передумал? - спросил Кирилл.
Пёс не ответил. Команда вышла через калитку. Кирилл подпёр ее камнем, чтобы не закрылась.
- Думаешь, он пойдет за нами? - с явным сомнением в голосе спросила Кристина.
- Вряд ли. Но пусть у него будет возможность убраться оттуда, если твари вернутся.
Кристина кивнула. На окраине поселка их нагнал мертвый почтальон. Выглядел он еще страшнее, чем при их последней встрече.
- Ну вот привязался, - проворчал Кирилл.
Собаки дружно зарычали. Кирилл вытащил нож и наработанным уже движением упокоил коллегу. Потом снял с трупа сумку. Та истрепалась и здорово воняла. Внутри Кирилл нашел письма полугодичной давности, адресованные в Верхнюю Туру, и затертую карту, аккуратно нарисованную на двойном листе в клеточку. Там были отмечены тропинки, родники и заброшенные после Апокалипсиса строения. Важные ориентиры были подписаны мелкими, похожими на бусинки, буковками.
- Вот за это спасибо, - сказал Кирилл мертвецу.
Тот не ответил. Команда похоронила его под одинокой березой и положила на могилу почтовую сумку эмблемой вверх.
Как оказалось, за полгода карта ничуть не устарела. Следуя ей, почтовая команда без приключений и даже с относительным комфортом добралась до Нижней Туры. Твари опередили их всего на один день. В сам поселок не сунулись, но лодку с рыбаками распотрошили. Обитатели Нижней Туры всерьез подумывали, чтобы откочевать подальше от реки, благо километрах в десяти была подходящая деревенька, и новость о гибели Верхней Туры только укрепила их в этом решении.
Катя, воспользовавшись, как она выразилась, удачной конъюнктурой, и запредельно дорого распродала собак вместе с упряжью. Взамен она выторговала тележку на шести широких колесах, которая отлично прослужила команде весь долгий обратный путь до Питера.
В Верхнюю Туру отправилась группа из четырех добровольцев, чтобы, как выразился
