Глава 23
Мы сидели на камнях под закрытым каменной плитой провалом в потолке. Подземелье освещала лампа Ковенкона, которую сохранил Марэген. Мой светильник, так же, как и мой мешок, остались в пимперианской «усыпальнице». Скорд перебирал свою добычу, стараясь не смотреть в мою сторону. То ли все еще обижался на ссадину на скуле, то ли ему было стыдно за то, что не прислушался к моему предостережению.
Мы оказались взаперти. Единственный выход из подземелья перекрывала тяжелая плита, расположенная на высоте семи метров от пола. Глядя на неровности на стенах, я не исключал возможности добраться до самого верха, но как убрать саму плиту?
Незавидное положение.
Как долго мы протянем в подземелье? Думаю, несколько дней. У нас на двоих было две трети фляги с водой. Кроме того мы могли рассчитывать на влагу, стекавшую во время дождя и скапливавшуюся в выбоинах пола. С едой оказалось сложнее. Марэген оставил свой мешок в убежище, предпочтя взять с собой добычу.
— Кто же знал, что так получится?! — пробормотал он на мои упреки.
Впрочем, в убежище, по словам Арсиги, было полно пимперианской консервированной пищи. Но до нее нужно было еще добраться. То есть, снова преодолеть уже раз пройденный путь. Ловушки, крысы.
Крысы…
Вдвоем нам ни за что не пробиться в убежище.
Так что, когда станет совсем невмоготу, придется жрать этих самых крыс…
Фу-у-у…
Марэген перекладывал свои богатства. Золота оказалось немного — в основном оружие: пара мечей, кинжалов, охотничий нож, изящный стилет… Клинки сами по себе стоили целое состояние, но в подземелье на него не купишь даже куска черствого хлеба.
Н-да-а…
В глубине коридора зашуршали камни.
Крысы…
Мы со скордом одновременно схватились за мечи.
Крысы — это самое то, чтобы развеять скуку и отвлечься от грустных размышлений.
Но вместо крыс на свет вышел…
— АРСИГИ!!!!
Не может быть!
Мы налетели на коротышку, тащившего за собой тяжелый мешок, и едва не задушили его в своих объятиях. Арсиги и без того едва держался на ногах, а случайное прикосновение к глубокой рваной ране на боку на мгновение лишило его чувств.
Когда он пришел в себя, мы задали ему мучивший нас вопрос:
— Как тебе удалось выбраться из «усыпальницы»?!
— Ногами, — устало ответил коротышка.
— А ворота? Тебе удалось открыть ворота? — ревниво полюбопытствовал Марэген.
— Ага, пальцем поковырял, они и открылись.
Арсиги начинал язвить, а значит, постепенно приходил в норму.
— Да, ладно. Не ковырял я ничего. Они сами открылись, когда сдох паук.
— Так он сдох?
— Ну, не сам, пришлось помочь, — с важностью ответил коротышка. — Он набросился на меня сзади, вцепился своими челюстями. Я двинул ему в глаз, и он сошел с ума. Отпустил меня, начал шарахаться от стены к стене. Прошел через лучи, снова наткнулся на эту плоскую штуковину и его разорвало на куски. Меня задело куском, вот, — он показал на рану на боку. — Я отключился, а когда очнулся, увидел, что ворота открыты.
Наверное, арахноид подорвался на первой мине, которая успела зарядиться с момента первого взрыва.
— А что у тебя в мешке? — спросил Марэген и его глаза вспыхнули хищным огоньком.
— Да, так, взял с собой кое-что.
Он сунул руку в мешок и достал…
…распечатанную консервную банку.
Запустил руку в хрустящие «шкварки» и кинул пригоршню в рот.
— Очень уж они мне понравились, — выдавил он, работая челюстями.
Я не смог удержаться от смеха.
Кто о чем, а коротышка о жратве…
Мой смех поддержал Марэген и даже Арсиги растянул рот в улыбке.
Арсиги. Живой.
— И что, в мешке только эти штуковины? — похохатывая, спросил скорд.
— Нет, почему же. Всего понемногу.
Он снова сунул руку в мешок и достал несколько золотых пластинок, потом кинжал.
— Может быть, ты и диски прихватил, которые прожгли дыру в брюхе паука? — с надеждой спросил я.
— Взял парочку. А что?
Не веря своим ушам, я сам залез в его мешок и достал…
…две мины.
— Арсиги! — в порыве чувств я снова обнял застонавшего коротышку.
— А что здесь произошло? — спросил Арсиги, только сейчас заметивший тела Духоборцев. — Кто их? И почему вы здесь сидите?
Пока скорд вводил коротышку в курс дела, я вертел в руках мины и думал.
У нас появилась реальная возможность выбраться из подземелья. Разнести перекрывавшую выход плиту при помощи импульсной мины было вполне реально. Но сначала нужно было доставить ее на место и как-то закрепить.
Я прохаживался под провалом, разглядывая стены под разными ракурсами, и уже через четверть часа знал, как мне действовать.
— Поможешь мне? — попросил я Арсиги и объяснил, что от него требуется.
Коротышка кивнул и подошел к стене, встав к ней спиной. Я спрятал мину за пазуху, поставил ногу на скрепленные в замок руки Арсиги, и он рывком подбросил меня вверх.
Несмотря на явную усталость, сил у моего друга оставалось предостаточно. Я подлетел гораздо выше, чем собирался, но на обратном пути все же успел вцепиться пальцами в края пересекавшей стену трещины, и завис на высоте четырех метров над полом. Нащупав ногой выбоину в кирпичной кладке, я закрепился, перевел дух и начал подъем.
Спешить мне было некуда, поэтому я осторожно продвигался по стене, постепенно перемещаясь то влево, то вправо, но неизменно вверх. Труднее всего оказалось перейти со стены на поверхность разлома в земле. Рыхлый песчаник крошился под пальцами и стопами. Но когда мне удалось втянуться в разлом по пояс, дело пошло значительно быстрее. Наконец, мне удалось добраться до выступа под плитой. Здесь я собирался закрепить мину.
Раскорячившись между стенами, я достал мину и поставил ее на выступ под небольшим углом. Потом, немного подумав, при помощи ножа отковырял камень и втиснул его между плитой и стеной…
Так будет даже лучше. Лишь бы не упал сам по себе.
Помолившись про себя, я снял мину с предохранителя и поставил заряд на бронебойный режим. Как и в прошлый раз дружно вспыхнули кристаллические индикаторы. Теперь я мог спокойно удалиться, чтобы мина встала в боевое положение. Но после этого даже мне не удастся к ней приблизиться, чтобы что-то изменить.
Надеюсь, она не рванет раньше времени.
Я убрал руку и немного отстранился. Индикаторы погасли, засветился центральный кристалл. Невидимый глазу сенсорный луч ударил в нависавшую над миной плиту и тут же снова вспыхнули индикаторы…
Сердце гулко ударило о грудную клетку, когда я заметил, что только один из них оставался тускл.
Повезло…
Не отрывая взгляда от мины, я начал спускаться вниз. Последние метры я пролетел, спрыгнув на пол подземелья.
Мои друзья вопросительно посмотрели на меня, но я промолчал, задрал голову к верху…
То, что надо.
Я поднял с пола лук, достал стрелу и попросил друзей отойти подальше.
Ну, с Богом.
С того места, где я стоял, мина была не видна. Зато я прекрасно видел камень, зажатый между плитой и стеной. Прицелившись…
Давненько я не стрелял из лука…
…я отпустил тетиву, и стрела отправилась к цели.
Выстрел оказался удачным. Стрела угодила в камень, он выпал из крепления и…
…мина выплеснула энергетический шар. Над головой прозвучал приглушенный хлопок. Я не успел своевременно отскочить, и на меня посыпался песок, куски земли, битый камень. К моим ногам упала отработавшая мина, сорванная ударной волной вместе с куском выступа. Один из булыжников разбил голову, и лишь после этого я вывалился из под каменного града.
Когда осыпь прекратилась, мы втроем вошли под разлом, но сначала не увидели абсолютно ничего. И лишь когда после того, как осела поднятая в воздух пыль, я разглядел сверкающие на небе звезды.
Чтобы выбраться из подземелья, нам понадобилось не меньше часа. Сначала я, прихватив с собой веревку, повторил подъем и добрался до земной поверхности. Тяжелую каменную плиту перевернуло на сто восемьдесят градусов, и она лежала тут же, у разлома, не перекрывая выхода. Я обвязал веревкой камень и сбросил ее вниз. Через несколько минут рядом со мной стоял Марэген. После чего мы вдвоем не без труда вытащили грузного Арсиги и утешительный приз в виде двух мешков, набитых пимерианским холодным оружием, золотыми пластинками и «консервами»…
Риммер исчез из Сандоры. Как? Куда? Никто не мог сказать.
