С этими словами он подошел к письменному столу и, написав приказ, передал его растроганному Юсуфу.
С драгоценной бумагой в кармане поспешил принц освободить своего несчастного друга.
До сераля было далеко, и только около полуночи Юсуф приехал туда.
Повеление султана отворило перед ним все двери, и спустя несколько минут он уже входил в тюрьму, где был заключен Гассан.
Гассан не спал. Мысли о мщении не давали ему ни минуты покоя. Только при виде входящего принца его мрачное лицо немного прояснилось.
Он вскочил, бросился навстречу Юсуфу и заключил его в свои объятия.
– Я принес тебе свободу, Гассан-бей! – вскричал принц, сияя радостью. – Я пришел, чтобы вывести тебя отсюда.
Но эти слова не обрадовали Гассана. Его лицо снова омрачилось.
– Кому обязан я этой свободой, принц? – спросил он. – Министрам? Изменникам?
– Тише, Гассан! Сам султан написал повеление освободить тебя!
– Это другое дело! Тем людям я не хотел бы ничем быть обязанным, но от султана я могу принять свободу. Благодарю тебя за помощь, принц. Освобождение поможет мне исполнить долг мести!
– Что с тобой, Гассан? Твой вид и твои слова пугают меня. К чему такие мрачные мысли?
– И ты еще спрашиваешь, Юсуф! Разве не моя обязанность наказать презренных изменников, отомстить за несчастного султана его низким врагам!
– Это погубит тебя!
– Что значит моя жизнь, Юсуф? Я с радостью пожертвую ею для мщения!
Принца ужаснули мрачные слова Гассана, он поспешил выйти с ним из сераля, где их могли слышать доверенные заговорщиков.
– Ты слишком возбужден, друг мой! – сказал Юсуф, когда они вышли на дорогу. – Пожалей себя! Не торопись на дело, которое может погубить тебя! Обещай мне…
– Не требуй от меня никакого обещания, Юсуф, – прервал Гассан, – я не дам его!
– Значит, я увидел тебя свободным только для того, чтобы лишиться вновь? Иди лучше за мной в мой цветочный дворец и будь моим лучшим другом, как и прежде.
– В твой прекрасный дворец? Нет! Оставь меня на свободе, Юсуф.
– Но куда же ты хочешь?
– На улице Мустафы есть большая гостиница.
– Ты хочешь жить там? Но отчего же не хочешь ты жить со мной в моем дворце? – спросил печально Юсуф.
– Не сердись на меня за это, принц. Так будет гораздо лучше!
В это время они достигли улицы Мустафы. Принц не мог расстаться с Гассаном, ему казалось, что он его теряет навеки. Он долго ходил, разговаривая с ним, взад и вперед перед гостиницей, пока, наконец, не наступило утро и первые лучи восходящего солнца не осветили бесчисленные минареты Стамбула.
– Прощай теперь, принц. Благодарю тебя за твою любовь, за свободу, которую я получил благодаря тебе, – сказал Гассан, прощаясь с Юсуфом.
– Я вижу, что ты хочешь расстаться со мной навсегда! – вскричал принц.
– Нет, решительный час еще не наступил, – отвечал твердым голосом Гассан. – Мы еще увидимся!
Они распрощались. Гассан вошел в гостиницу, а принц медленно и задумчиво пошел по пустынным еще улицам.
Это было утро того дня, когда Реция счастливо успела выйти из башни Сераскириата.
Юсуф шел по узкой улице, проходившей мимо ворот Сераскириата. В ту минуту, когда он был уже недалеко от башни, он увидел, что ворота отворились и из них вышел какой-то человек, по-видимому торговец-перс.
Принц не обратил бы на это никакого внимания, если бы в жестах и походке перса не было чего-то особенного.
Только несколько шагов разделяли их, как вдруг перс при виде принца вздрогнул и остановился. Черты его показались Юсуфу знакомыми, несмотря на повязку, закрывавшую большую часть лица.
– Как? Это ты, Реция! – вскричал принц, узнавая девушку. – К чему это переодевание?
– Тише! Заклинаю вас, ваше высочество, – прошептала Реция умоляющим голосом, боязливо оглядываясь по сторонам, как бы опасаясь, что слова принца будут кем-нибудь услышаны. – Аллах привел тебя сюда! – продолжала она. – Я в горе и опасности!
– Что же случилось с тобой? Говори!
– Сади-паша, мой муж, находится в башне Сераскириата.
– Твой муж? Да! Да! Теперь я помню! Он свергнут в немилости.
– И я пробралась в башню, чтобы освободить его.
– Какой безрассудный поступок!
– Не укоряй меня, принц! Я сделала это для моего мужа, чтобы спасти его! В ту ужасную ночь, когда мы были разлучены, я просила, чтобы мне позволили разделить заключение Сади, но все мои просьбы были напрасны!
Когда Реция рассказала о своей попытке освободить Сади, принц был тронут до глубины души этой высокой, самоотверженной любовью.
– Ты не должна падать духом! Я помогу тебе, – сказал он мягким, ласковым голосом. – Если я не могу назвать тебя моей, то я хочу, по крайней мере, видеть тебя счастливою. Я помогу тебе освободить Сади из этой башни.
– Ты хочешь это сделать, принц? – вскричала Реция. – Как? Ты хочешь помочь мне?
– Клянусь тебе, что сделаю все возможное, чтобы дни твоего горя скорее прошли!
– Тогда все будет хорошо! Если ты мне поможешь, Сади скоро будет на свободе.
– Не надейся очень на меня! Моя власть теперь ничтожна! Но, во всяком случае, я сделаю все, что от меня зависит. Теперь посоветуемся, как нам надо действовать.
– Благодарю тебя, принц! Предчувствие не обмануло меня – я всегда доверяла тебе, как другу! Твое благородное сердце победило!
VII
Новые опасности
Когда Гуссейн-паша вышел из комнаты Сади, убедившись, что адская машина хорошо делает свое дело, дверь была снова заперта.
Сади поднялся с постели. С помощью Сирры он счастливо избежал опасности, но все-таки еще находился во власти врагов, поклявшихся погубить его.
Когда шаги в коридоре замолкли, Сирра выбралась из своего убежища.
– Они уверены теперь в твоей смерти, благородный паша, – шепнула она с торжествующим видом. – Эта весть скоро дойдет и до часовых, так что, я думаю, тебе легко будет обмануть их и бежать.
– Но каким образом?
– Вера в призраки поможет тебе! Я отопру сейчас дверь, ты завернешься в простыню, как в саван, и пройдешь по коридору. Часовые не осмелятся остановить тебя. Они решат, что это привидение.
– Нет, Сирра, такие средства мне противны! – прервал Сади. – Я никогда не решусь на это!
– Но против врагов, которые замышляют убить тебя, хороши всякие средства.
– Я презираю обман!
– Значит, ты лучше останешься здесь? Подумай о Реции!
– Да, ты права, она ведь еще в башне, мы должны бежать, но не так, как ты предлагаешь, может быть, нам удастся спастись и не прибегая к обману.
С этими словами Сади подошел к столу, на котором находилась корзина с пищей и шербет, принесенные для него солдатом, и, взяв стакан шербета, стал пить, так как его начинала уже мучить жажда.
