Едва Сирра заметила это, как бросилась к Сади и вырвала у него из рук стакан.
– Что ты делаешь! – вскричала она в ужасе.
– Почему же мне не пить, если мне хочется?
– Ты разве не знаешь, что твои враги всячески стараются погубить тебя. Может быть, этот шербет, эти фрукты, все это отравлено!
– Ты слишком подозрительна!
– Не пей ни одной капли более, Сади-паша, умоляю тебя! Ты уже выпил немного, но, к счастью, только несколько глотков, так что, быть может, это не будет для тебя смертельно.
Сирра снова принялась подбирать ключи, и наконец, подпилив слегка один из них, ей удалось отпереть дверь.
– Теперь с помощью Аллаха попытаемся сойти вниз, к Реции.
Сирра осторожно открыла дверь. В коридоре царил полумрак, так как свет проникал в него только из главного коридора, который был освещен.
В эту минуту должно было решиться, удастся или нет смелый план Сирры.
Осторожно ступая, Сирра и Сади дошли до главного коридора, но дальше следовать не было никакой возможности. Коридор был ярко освещен, и по нему ходили взад и вперед двое часовых.
Невозможность пройти незамеченными была слишком очевидна. Враги Сади стерегли его даже и тогда, когда они были уже уверены в его смерти.
Оставалось только вернуться назад.
– Мы должны подождать до утренней смены часовых, – сказала с тяжелым вздохом Сирра, запирая снова дверь комнаты Сади. – Может быть, тогда нам удастся пройти.
– Бедная Реция! – проговорил печально Сади.
– Я хочу, по крайней мере, попытаться пройти к ней, – продолжала Черный гном, – и передать ей весть о тебе. Я все еще надеюсь, что нам удастся счастливо выбраться отсюда. Тут есть другой коридор, рядом с главным, может быть, по нему можно дойти до лестницы. Но все-таки придется перейти и через главный коридор. Я одна смогу прошмыгнуть, а ты навряд ли…
– Ты думаешь, что я слишком неловок?
– Нет, благородный паша, но ты слишком высок и твои шаги далеко слышны.
– Однако мы сделаем еще одну попытку.
– Конечно, я пройду вперед и буду наблюдать. Может быть, во время смены караула нам удастся пробраться к лестнице. Тогда ты оденешься персидским торговцем, Реция сядет в ящик, и вы выйдете на свободу.
С этими словами Сирра отворила снова дверь и исчезла в коридоре.
Неожиданное горе ждало ее, когда она вернулась в комнату, где оставался Сади. Он лежал на полу, как мертвый.
Сирра бросилась к нему – Сади лежал бездыханный, сердце его не билось.
Шербет! Сирра тотчас поняла, в чем дело, она не ошибалась, говоря, что враги Сади не побрезгают никакими средствами, чтобы только избавиться от него. Шербет был отравлен.
Ужас и отчаяние овладели Сиррой. Она не знала, что делать.
Прежде всего она решила предупредить Рецию о происшедшем несчастии и для этого пробралась осторожно к лестнице. Воспользовавшись происходившей в это время сменой часовых, сбежала в нижний этаж башни.
Но все ее поиски были бесплодны, ящик с тележкой был еще в башне, но Реция исчезла.
Это еще более увеличило ужас и смятение Сирры. Обыкновенно она отличалась хладнокровием и решительностью, но в эту минуту она не знала, что делать, на что решиться.
Между тем железная дверь башни была снова заперта, и Сирре на оставалось ничего, как только вернуться в комнату, где был заключен Сади.
В ту минуту, когда она вошла в нее, в коридоре послышались шаги, дверь отворилась, и вошел капрал с тремя солдатами. Сирра не успела спрятаться за подушками постели, капрал заметил, как при входе его что-то черное промелькнуло, в комнате.
– Возьмите мертвого пашу и снесите его вниз, – приказал капрал солдатам. Те поспешно повиновались.
– Не заметили вы, что здесь кто-то был, когда мы вошли? – спросил капрал.
– Да, мне кажется, что кто-то спрятался за подушками, – заметил один из солдат.
– Клянусь бородой пророка, я отыщу этот призрак! – вскричал капрал и, обнажив свою саблю, начал протыкать ею подушки.
В ту же минуту Сирра с быстротой стрелы выскочила из своего убежища и, толкнув капрала так, что тот упал на постель, бросилась вон из комнаты мимо изумленных часовых.
На подушках виднелась кровь. Сабля капрала ранила Сирру.
– Ого! У привидения есть кровь! – вскричал капрал. – Но что это такое было? Это не человек! Держите его!
– Это походило скорей на какого-то чертенка! – заметил один из солдат.
– Вон он там бежит! – прибавил другой, указывая рукой в направлении, по которому убежала Сирра.
Солдаты не могли преследовать бежавшую, так как они несли Сади-пашу, и капрал один бросился вслед за ней, потрясая саблей.
– Держите! Держите! – крикнул он двум солдатам, стоявшим на часах в главном коридоре.
– Что такое случилось, капрал? – спросили те, с изумлением глядя на своего бегущего начальника.
– Держите его! – кричал капрал. – Разве вы не видели черта, который выскочил из комнаты Сади-паши?
– Он не может никуда убежать, – вскричал один из солдат, – дверь внизу заперта!
Вслед за тем все трое бросились в погоню за Сиррой.
Началась дикая охота. Сирра летела как стрела по мрачным коридорам и переходам башни, и за ней с криками неслись преследователи.
Добежав до конца одного из коридоров, Сирра бросилась в полуоткрытую дверь и взбежала по узкой и крутой лестнице в верхний этаж башни. Через минуту солдаты были уже у лестницы.
– Он вбежал наверх! – вскричал капрал.
– Там нам не найти его, – сказал один из солдат.
– Почему?
– Там слишком много комнат и разных закоулков.
– Все равно! Мы должны во что бы то ни стало поймать его. Вперед!
Рана, полученная Сиррой, сильно ее мучила, упорное преследование истощило ее силы, так что наконец она была загнана в угол и схвачена солдатами.
– Девушка! Урод! – вскричал капрал, разглядывая ее. – Как она могла попасть в комнату паши? Заприте ее в одну из пустых комнат, – приказал он, обращаясь к солдатам, – пусть она посидит тут, пока не узнаем, кто она и как сюда попала.
Солдаты повиновались.
VIII
Замужество леди Страдфорд
– Вы пришли, Зора, вы исполнили мою просьбу, несмотря на все случившееся! – воскликнула леди Страдфорд, встречая Зору в саду своего дома. – Благодарю вас за это!
– Как мог я обидеться на вас за поступки человека, который кажется мне проклятием вашей жизни! – отвечал Зора, целуя руку Сары.
– Проклятие моей жизни! – повторила печально Сара. – Я хочу поведать вам о всех событиях моей жизни, чтобы вы могли судить, достойна ли я ваших симпатий.
– Это доверие, Сара, служит мне новым доказательством, что вы принимаете мои чувства.
