сквозь пальцы. Компанию он водил только с самыми дурными представителями окрестной молодежи. Петушиные бои, конские бега, охота — вот его любимые развлечения. Особенно он любил азартную карточную игру. Но все, что хотя бы отдаленно напоминало настоящее дело, вызывало в нем непреодолимое отвращение, конечно, только если это дело возлагалось на него самого; к другим же он был очень требователен.
Блонт тут походил на своего батюшку, поэтому Блэкаддер поневоле закрывал глаза на все проделки сына, припоминая свою собственную бурную молодость, все прощал ему. У старика не было другого сына и наследника, и он любил Блонта.
В сущности очень скупой, он никогда не отказывал сыну в деньгах, хотя отлично знал, куда и на что они идут. Но, будучи так щедр для сына, он отличался крайней скупостью по отношению к дочери и часто лишал ее самого необходимого.
Мы уже говорили, что Клара, которой было около двадцати лет, отличалась замечательной красотой, а теперь прибавим, что она обладала некоторыми и нравственными достоинствами, увеличивающими прелесть молодых девушек.
Осуждать ее за то, что она так равнодушно смотрела со своего балкона на производимую над Голубым Диком экзекуцию, было нельзя. Во-первых, она и не подозревала, как мучителен был примененный к нему способ наказания, а во-вторых, не чувствовала ни малейшей симпатии к этому мулату. Кроме того, она так привыкла видеть подобные сцены, что они и не могли производить на нее особенного впечатления.
Вырасти Клара Блэкаддер в другой среде и при иной обстановке и не будь ей с детства внушено, что невольники — не люди, а только живые машины, она, наверное, сделалась бы совершенством в полном значении этого слова. Но судьба пожелала, чтобы она родилась и выросла на плантации у Блэкаддера, — этим все сказано.
Многие заметили, что в последнее время прекрасная Клара очень изменилась. Бледная, печальная и унылая, она ходила повесив голову. Не замечали этого только ее отец и брат, то есть те, которых это всего ближе касалось.
Причиною грусти девушки было то, что ей назначили в мужья не того, кого избрало ее собственное сердце. У девушек во всех частях света это всегда главная причина их печалей.
Избранника мисс Клары природа наделила всеми достоинствами, которые могли бы возбудить любовь в женщине. Он был не только красив, но хорошо образован и умственно развит, а это представляло тогда большую редкость в Америке. Впрочем, он и не был американцем; он говорил, что его родина Ирландия, хотя в действительности никто не знал его настоящего происхождения; не знали даже, откуда он явился в долину Миссисипи. Но при всех своих достоинствах он был беден.
Отец и брат Клары не могли и слышать об ее избраннике. Она хорошо знала это, поэтому тщательно скрывала свое чувство к молодому иностранцу.
Как-то раз ирландец решился намекнуть старику Блэкаддеру на то, что он считал бы за счастье породниться с ним, потому что любит Клару и знает, что она тоже любит его. Молодой человек получил в ответ тоже только намек, но такого оскорбительного свойства, что с тех пор больше никогда не показывался на плантации. Клара узнала стороною, что он оставил место своего жительства по соседству с Блэкаддерами и покинул даже и самый штат Миссисипи.
Знай девушка наперед, чем кончится беседа ирландца с ее отцом, она сумела бы удержать его наперекор отцу и брату. Но он исчез неизвестно куда, и Кларе ничего не оставалось, как только тосковать о нем.
Когда девушка стояла на балконе, она думала о своем так неожиданно исчезнувшем избраннике, а вовсе не о том, что происходило перед ее глазами. Даже сенсационная новость об убийстве ее горничной Сильвии и о бегстве Голубого Дика не в состоянии была надолго отвлечь ее мыслей от того, который унес с собой в неизвестную даль ее сердце и душу.
Как и предвидел Снивели, старик Блэкаддер выразил сильное неудовольствие, когда узнал, какому наказанию был подвергнут мулат, пользовавшийся его исключительным благоволением.
Драма же, явившаяся последствием этого наказания, произвела на старика прямо потрясающее действие.
— Ах, Снивели, Снивели, старый друг и товарищ! — вскричал он, бледный и дрожащий от волнения, — неужели правда, что рано или поздно нам приходится расплачиваться за все свои… ошибки?
— Должно быть, это так, — пробормотал Снивели, отлично знавший всю предшествовавшую жизнь Блэкаддера. — Да, кажется, что так, — со вздохом повторил он, глядя куда-то в сторону.
Глава III
ПЕРЕСЕЛЕНИЕ
Прошло пять лет после описанных нами событий, которые послужат как бы прологом к нашему рассказу.
В продолжение этого времени на плантации Блэкаддера не произошло ничего такого, что стоило бы отметить, только практиковавшиеся там наказания невольников все учащались и ужесточались.
Полосованье спин несчастных негров бичами, окачивание их водой из насоса и тому подобные способы были единственными «поощрениями», понуждавшими невольников работать до полного изнеможения. Но несмотря на это, дела Блэкаддера продолжали ухудшаться.
Главной тому причиной, как и прежде, был его сын. Молодой человек окончательно предался разгулу и вытягивал у отца все, что только можно было вытянуть. Мало того: он втихомолку начал даже влезать в долги под имущество отца и продавать в его отсутствие невольников за ту цену, какую давали. Таким образом, количество рабочих рук на плантации стало убывать и обработанные участки земли делались все меньше и меньше.
Из-за этого поля, покрытые прежде прекрасным хлопчатником, начали зарастать сорными травами, а машины, служившие для обработки хлопка, стали покрываться ржавчиной.
Так шло в течение целых пяти лет. Но вот в один прекрасный день на плантации случился очень важный переворот, произведший сенсацию во всем округе.
Переворот этот выразился в том, что не только господский дом, но и все остальные здания и пристройки были отремонтированы заново, а поля снова начали покрываться богатою растительностью, благодаря усердной и умелой их обработке.
В поселке негров и во внутреннем дворе господского дома происшедшие перемены были еще поразительнее: вместо встречавшихся там прежде
