благодаря тому, что Эдмунд мог оставлять на растениях свой магический отпечаток. Вырастив несколько разных видов цветов, Гарденер послах их обычным способом к своим самым важным союзникам, навроде Олдфлауэрса, Кидвелла и остальных. Теперь, когда ему требовалось отправить кому-то из них сообщение, то он мог просто передать своему летающему компаньону определённый образ нужного цветка, с разной степенью насыщения собственной силой.
Если обычные птицы и даже вороны ориентировались по магнитным полям для нахождения нужного маршрута, то Воин был способен делать это ещё и за счёт образовавшейся магической связи. Можно сказать, что это был его личный и запатентованный способ доставки сообщений, что сильно разочаровало следящего за его успехами архимейстера, что надеялся вынести из его эскперимента что-то полезное для себя и будущего Цитадели. Однако в итоге данный способ подходил исключительно Эдмунду и, возможно, его потомкам, ведь сколько не старался Марвин проделать тот же трюк со своими воронами ничего не выходило.
Своему наставнику в магической дисциплине Гарденер сочувствовал, всё-таки его идея возможно бы так никогда и не появилась на свет, если бы не уроки архимейстера. И всё же ничем помочь он Магу не мог, больше ориентируясь в своих действиях на предчувствие и интуицию, нежели на какой-то научный базис. Главное, что нужную и необходимую цель своих изысканий просторский принц достиг, значительно сократив время на доставку сообщений. С отправкой обратного сообщения было сложнее, всё-таки его собеседники были обычными людьми и не имели с Воином той же связи, от чего орёл возвращался к Гарденеру уже буквально спустя пару минут, как доставит нужное письмо. Над этим они пока что работали, возможно потребуется ещё несколько месяцев воздействия, но Эдмунд не терял энтузиазма на получение благоприятного результата. Как, собственно, и Марвин, что вознамерился повторить нечто похожее, что сделал Гарденер, но уже своим способом.
Сейчас компаньон, которого просторский принц буквально взрастил с самого момента его рождения, очень пригодился в их деле. Благодаря их связи тот смог передать Гарденеру несколько отрывочных, но чётких картин кортежа со стороны птичьего полёта, что позволило легко определить местонахождения наиболее приоритетной добычи, а также самого большого и бесполезного скопления просторских всадников. Дальше оставалось дело за малым: подготовить людей на позициях и преступить к реализации их тщательно продуманного, но весьма простого плана.
Удивительное дело, но его воины, исключая лишь единичные случаи, совсем не боялись выступать в бой с расчётом десять к одному совсем не в их пользу. Лин объяснял это тем, что вера рыцарей в его персону была очень велика. Эдмунд не знал были ли эти слова правдой, но зато они были способны объяснить столь странное спокойствие и уверенность его отряда. Да и к тому же они звучали весьма лестно по отношению к нему, так что глубоко копаться избранник Семерых не стал, да и смысла особого не видел. Будь это нервозность или предбоевой мандраж, то ему бы следовало дать людям напутствие, но без них всё выглядело весьма умиротворяюще, вселяя в сердце Гарденера точно такую же уверенность в успехе задуманного дела.
Битва обещала состояться пешей, лошадям здесь будет негде развернуться, по крайней мере по всем расчётам. Воины уже успели подготовить первые снаряды, когда наступило нужное время. Закрыв глаза Гарденер обратился к своей магии и та охотно отозвалась на его зов. Чувство, как его воля потоком проходит сквозь почву и растительные организмы, напоминали ему работу человеческого мозга, в который поступал нейроны. Это маленькое действие могло привести к куда большим последствиям, чем вообще можно было бы представить. Так в данный момент и вышло.
Десятки многовековых деревьев откликнулись на его воздействие. Многометровые корни пришли в движение и надрывно заскрипели, принося себя в жертву во имя его воли и желаний. Звуки падения и нестройный хор голосов среди колонны всадников стали спусковым механизмом для рыцарей Гарденера. На головы всадников посыпались снаряды, которые несли за собой только смерть и болезненные раны, превращая благородных рыцарей в нестройную толпу блеющих от страха баранов.
За последние годы его возможности в магическом ремесле стали куда лучше нежели раньше, практически не вызывая напряжения организма с его стороны. Если бы не постоянные разъезды в поисках союзников и по другим важным делам, то большее количество практики вполне бы могло ещё больше приблизить его к славе далёкого предка, но пока что Эдмунд вполне довольствовался тем, что имел на данный момент. Порой он конечно же задумывался над тем, каким образом ещё можно было приметь свои способности, но пока что руки для этого так и не дошли. А некоторые планы у него уже вполне себе имелись, но об этом возможно позже, тем более что успехов у него пока хватало.
Потребовалось несколько сотен природных разрывных стен и несколько минут беспрерывно обстрела, чтобы полностью смутить просторских рыцарей и превратить тех в ничего не соображающую толпу. Хотелось бы и вовсе довести тех до исступления, но просторский принц не страдал кровожадностью, тем более что все они были просторцами, пускай и на службе его врагов, а значит выжившие вполне могли принести ему в будущем пользу, особенно в сражении на Севере или при банальной работе на поле, чтобы прокормить других солдат. Так что излишним смертоубийством своим людям Гарденер приказал не страдать. Главной их целью всё равно были повозки, набитые сундуками с монетами разного номинала.
Когда центральная зона сопровождения стала напоминать хаотичное поле, Гарденер приказал приступить к реализации следующей части плана. В компании Корбрея, семейства Фланов и отрядом в полсотни человек просторский принц бросился на защитников повозок, что каким-то чудом смогли устоять на своих двоих после последствий первой части засады. Вторая полусотня должна была предупреждать любые попытки пробиться к атакованной части кортеже остальным просторским всадникам, с чем они с успехом и справлялись благодаря большому количеству заранее подготовленных магических снарядов.
Признаться честно Эдмунду ещё не приходилось участвовать в пешей сваре, даже в своей прошлой жизни три сотни лет тому назад, ему всегда удавалось избегать подобных столкновений. Он был, да и сейчас являлся наследником одного из самых крупных и богатых королевств Вестероса, если не сказать самого. Потому даже, если он и знал основные принципы подобных сражений, то в большинстве своём проводил конфликты и сражения верхом, где был относительно неуязвим и закован в крепкие стальные латы. От пламени дракона это не спасло, но в остальном всё было довольно неплохо.
Сейчас же с ним были верные воины и он вёл их на своих двоих прямо в гущу сражения.
