в западной части озера. 10 сентября 1813 года эскадра Перри в течение более двух ужасных и кровавых часов вела перестрелку с меньшей британской эскадрой. Когда флагман Перри, двадцатипушечный корабль USS William D. Lawrence, был превращён в избитый корпус, он перешёл на корабль USS Niagara (двадцать пушек) и продолжал бой ещё час, в конце концов вынудив британские корабли сдаться. На обратной стороне старого письма Перри нацарапал своё знаменитое послание генералу Харрисону:
«Мы встретили врага, и он наш». Его победа едва ли могла быть более значимой, ведь она позволила американцам обратить вспять все поражения, которые они потерпели в 1812 году.
Потеряв британский флот на озере Эри, сэр Генри Проктор, британский командующий на недавно приобретённой территории Мичиган, понял, что его положение стало несостоятельным. Поэтому он решил отступить из Мальдена и Детройта и вместе со своими индейскими союзниками во главе с Текумсе отступить на север к реке Темза. В хвосте у Проктора шёл генерал Харрисон с тремя тысячами человек, в основном добровольцев из Кентукки, которыми командовал конгрессмен Ричард М. Джонсон, находившийся в отпуске по своим законодательным обязанностям. Харрисон переправился в Канаду и 5 октября 1813 года настиг Проктора у Моравиантауна. Имея всего 430 солдат и около шестисот индейских воинов, Проктор был быстро разгромлен и деморализован. В этой битве на Темзе (известной канадцам как битва при Моравиантауне) Джонсон или один из его солдат убил Текумсеха, разрушив его индейскую конфедерацию. Когда индейцы узнали о смерти Текумсеха, вспоминал один из членов ополчения Кентукки, они «издали самые громкие вопли, которые я когда-либо слышал от людей, и на этом бой закончился». Джонсон использовал своё заявление о том, что он убил знаменитого индейского вождя, чтобы получить пост вице-президента в 1836 году.
Ранее Текумсе помог вдохновить некоторых индейцев племени криков, известных как Красные палочки, на сопротивление американским посягательствам на южную границу. В 1810 году Соединённые Штаты аннексировали большую часть Западной Флориды. Затем в 1813 году, после начала войны, американские войска заняли последний оставшийся кусок Западной Флориды — район Мобил, простиравшийся до реки Пердидо. (Это оказался единственный кусок завоёванной территории, сохранённый Соединёнными Штатами в результате войны). В то же время столкновения между самими криками, которые занимали большую часть современной Алабамы, переросли в более масштабную войну с Соединёнными Штатами. В августе 1813 года отряд криков захватил форт Мимс, крепость, расположенную в сорока милях к северу от Мобила на юго-востоке территории Миссисипи, и расправился с сотнями американцев. Несмотря на предупреждение, командир форта усомнился в возможности нападения индейцев и оставил ворота форта открытыми. Результат был ужасающим. «Индейцы, негры, белые мужчины, женщины и дети лежали в одной беспорядочной руине», — заявил один из членов американской погребальной партии. «Все были оскальпированы, а женщины всех возрастов были зарезаны так, что ни приличия, ни язык не позволят мне описать это». Хотя нападавшие крики потеряли около сотни своих людей, они убили около 250 белых и, возможно, ещё 150 чернокожих и дружественных индейцев. Эта резня потрясла весь Юго-Запад.
Эндрю Джексон, генерал-майор ополчения Теннесси, принял командование и двинулся на юг с несколькими тысячами теннессийских добровольцев, среди которых были двадцатисемилетний Дэви Крокетт и двадцатилетний Сэм Хьюстон. Осенью и зимой 1813–1814 годов Джексон провёл ряд безрезультатных сражений. Джексон испытывал трудности с удержанием армии, но, полагая, что армия не может существовать «там, где полностью игнорируется порядок и субординация», и будучи дисциплинированным человеком, как никто другой, он знал, что делать. Дважды он поднимал собственную пушку, чтобы не дать ополченцам уйти, и, наконец, привёл в трибунал и расстрелял молодого солдата, отказавшегося подчиниться приказу, — первая подобная казнь со времён революции. Урок подействовал, и, как отметил Джексон, «строгое повиновение впоследствии стало характерной чертой армии». Теперь ополченцы боялись его больше, чем индейцев, и Джексон повёл свою армию против отряда из тысячи или более краснокожих и 27 марта 1814 года у Подковообразной излучины на реке Таллапуса уничтожил его. В битве погибло более восьмисот воинов Криков, а потери американцев составили всего сорок пять человек, и даже твердолобый «Старый Хикори» был вынужден признать, что «резня была ужасной». «Моих людей больше нет!» — кричал оставшийся в живых вождь Красный Орёл. «Их кости белеют на равнинах Таллушатчи, Талладеги [и] Эмукфоу».
9 августа 1814 года все крики были вынуждены подписать суровый договор в Форт-Джексоне. Несмотря на обратные указания из Вашингтона, Джексон стремился наказать даже тех индейцев, которые были союзниками Соединённых Штатов. По его словам, они «утратили все права на завоёванную нами территорию». Договор передавал белым более двадцати двух миллионов акров земли — более половины территории, принадлежавшей крикам. Хотя его начальство в Вашингтоне было в ярости, жители Запада ликовали. Джексон разбил нацию криков и, как он сам хвастался, захватил «сливки страны криков, открыв сообщение от Джорджии до Мобила». Хотя победа в войне с криками не оказала стратегического влияния на войну с Великобританией, её «можно с полным основанием назвать, — заключает один историк, — самой решающей и самой значительной победой, одержанной Соединёнными Штатами во всей войне 1812 года».
Несмотря на победы американцев на Северо-Западе и Юго-Западе, стратегический центр северной границы вдоль рек Ниагара и Святого Лаврентия оставался в тупике. После двух лет кампании американцам не удалось захватить и удержать ни одной канадской территории. Не менее разочаровывающей была война на море. К 1813 году огромное военно-морское превосходство Британии наконец-то дало о себе знать. Нуждаясь в американских продуктах питания в Вест-Индии и на Пиренейском полуострове, где британская армия была занята борьбой с французами, Британия поначалу оставляла американскую торговлю практически нетронутой. И всегда находились американцы, жаждущие заработать на поставках британцам. Но с декабря 1812 года Британия начала блокировать Делавэр и Чесапикское море, а к середине 1813 года распространила морскую блокаду от Лонг-Айленда до Миссисипи. Новую Англию оставили открытой до 1814 года, чтобы жители Новой Англии могли продолжать снабжать Галифакс и королевский флот на море и поощрять сепаратистское мирное движение в этой части.
К концу 1813 года почти все американские военные корабли были либо уничтожены, либо заперты в своих портах. Поскольку большинство торговых судов Америки были изгнаны из открытого моря, торговля страны оказалась фактически заторможенной. Экспорт упал с пика в 108 миллионов долларов в 1807 году до 27 миллионов долларов в 1813 году и 7 миллионов долларов в 1814 году. Импорт упал со 138 миллионов долларов в 1807 году до менее чем 13
