один - недавно родивший. Все омеги истощены и ослаблены, но они уверили, что за месяц-другой спокойной сытой жизни все наладится. Но особенного внимания, по их мнению, требовал самый младший омега. Кроме того, что он слишком молод для беременности, так еще, по всей видимости, он не раз подвергался насилию и очень эмоционально напряжен, поэтому за омежкой необходимо приглядывать, чтобы вовремя избежать нервного срыва из-за перемены жизненных обстоятельств. Если бы не его тяжелая беременность, то они бы подержали его на успокаивающих настойках. Порой даже счастье может стать последней каплей, чтобы омега сорвался в черную хандру.
Когда они шли обратно от врачей, в коридоре им попался по дороге злой и ужасно раздраженный Амин. Он вел на осмотр вторую группу омег и шипел на всех, как кобра. У Амина все омеги были одеты в шелковые платья. Хоть они и были немного не по размеру, а местами несколько помяты, но по сравнению с банными халатами, они выглядели весьма неплохо.
В гостиной Ясмина около двух десятков биби различного возраста, от пятнадцатилетних до совсем младенцев, дожидались своих папочек. Дети стояли молча, съежившись, как суслики при виде сокола. Ясмин в очередной раз удивился тому, как же надо было обращаться с детьми, чтобы они себя так вели? Омеги нервно поглядывали на Ясмина, не смея подойти к детям. От подобного отношения он вообще растерялся.
- Эй, вы что? - Ясмин посмотрел на замерших детей и взволнованных папочек. - Вам, что, не ваших детей привели? Если это ваши дети, тогда быстренько обнимите и поцелуйте малышей! Они ведь тоже волнуются!
Что тут началось! Как две волны, омеги и дети бросились навстречу друг другу и слились в один водоворот объятий, поцелуев и счастливых слез. Только Семнадцатый стоял у самой кромки этого моря радости, надув губы и сведя недовольно брови. Ясмин подошел и погладил его по волосам, от неожиданности омежка вздрогнул худеньким телом. Волосы у него были до лопаток, мягкие на ощупь, но сбитые местами в колтуны. Банщица, как могла, пыталась, расчесать их, но сдалась и посоветовала состричь спутавшиеся пряди.
- Принеси свой мешочек с расческами, я попробую расчесать твои чудесные волосы.
Семнадцатый исподлобья посмотрел на Ясмина, но привычка слушаться была вбита в него основательно. Он поплелся в комнату и вскоре появился с расческами и щетками. Ясмин сел на подушки, усадив его впереди себя, и начал расчесывать мягкие, как пух, волосы, стараясь не причинять лишней боли. В гостиной все уже разделились на группки. Родители держали самых маленьких на руках, дети постарше рассказывали о перелете и о новом питомнике. О том, что ели, о новых комнатах, одежде и новых друзьях. О том, что здесь учат кататься верхом на белой лошадке. А еще здесь учат читать и считать! У них было столько эмоций!
Ясмин старательно разбирал спутанные волосы на голове омежки. Тот, спустя какое-то время, начал крутится на месте.
- Устал сидеть? - Ясмин прекратил расчесывать. - Хочешь прилечь?
- Нет, - семнадцатый развернулся и посмотрел на Ясмина взглядом старика. - Зачем ты все это делаешь? Ты хочешь, чтобы я выглядел симпатичнее? Надеешься, что твой альфа обратит на меня внимание, а тебя, наконец, оставит в покое? Ты думаешь, что если он тащил меня за руку, то позарится на такое пузатое недоразумение, как я?
- Он тебя тащил? - Ясмин пытливо посмотрел в глаза омежки. - Он сделал тебе больно?
- Нет, - семнадцатый не выдержал взгляда и отвел глаза. - Я надеялся, что про меня забудут, и я смогу затеряться в той толпе, что была возле кораблей. Но новый господин взял меня за руку, и сбежать не получилось.
- Не волнуйся, - Ясмин улыбнулся. - Мой муж не прикоснется ни к тебе, ни к другим омегам в этой гостиной.
Ясмин говорил вроде тихо, но, к его удивлению, после его слов все в гостиной замерли, обратившись в слух. Они смотрели искоса, и на их лицах читалось полнейшее недоверие к словам омеги. Ясмин только хмыкнул и отложил расческу в сторону.
- Слушайте внимательно, - Ясмин обвел взглядом замерших омег и их детей. - Если вы не поняли с первого раза, то повторю для особо невнимательных. Салах МОЙ муж, а вы гости в нашем доме! И только! Салах учится на Земле, это другая планета, и он скоро улетит туда, чтобы выполнить волю Ошая! Он сюда прилетел, чтобы поддержать отца в тяжелое время, но как только все закончится, он сразу вернется на Землю. Кроме этого, на Совете Преданности будет поднят вопрос о том, чтобы вы участвовали в ДНЕ ВЫБОРА. Те, кто не беременные на сегодняшний день, скорее всего, покинут этот дом в ближайшее время. Остальные уедут отсюда в течение года! Так что, расслабьтесь, мой муж на вас не претендует! Мы с ним являемся дыханием друг друга, и у нас скоро будет общий ребенок. Волей судьбы, это будет альфа. Но это ничего не меняет, и мой муж будет учиться еще четыре с половиной года, как минимум, а может и все пять, если не больше. Не переживайте, у каждого из вас появится шанс обрести свое дыхание с другим эмиром, и поверьте, вам просто не повезло с тем отморозком. Все альфы, как правило, относятся к омегам трепетно и нежно. Заботиться и оберегать омег их долг перед Аллахом. У вас все будет хорошо!
Омеги стали переглядываться и слабо улыбаться. Дети опять загомонили, привлекая к себе внимание. Родивший омега пытался покормить младенца грудью, но, похоже, молоко у него «перегорело», ребенок мусолил сосок, но молока не было. Дин подал омеге бутылочку и присел рядом, помогая. Он выглядел уставшим и задерганным. Ясмин взял расческу и принялся расчесывать волосы омежки дальше. Дин, заметив, что Ясмин смотрит на него, подошел поздороваться.
- Как дела в питомнике, Дин?
- До недавнего времени было совсем неплохо! - улыбнулся Дин, а потом, поняв, что сказал что-то не то, прикрыл рот и сразу замахал руками, пытаясь исправится. - Ой, не подумайте, что я жалуюсь! Я рад, что биби теперь с нами, просто мы не рассчитывали на такое количество детей! И спасибо вам большое за то, что передали через Алана детские кроватки и игрушки! Все было очень кстати! Особенно, игрушки и ночники в спальню!
Ясмин удивился тому, что он, оказывается, что-то передавал через Алана, но, вспомнив о желании друга сохранить репутацию сурового
