рожден, воспитан и выучен быть воином, и это призвание всегда было тебе по нраву. Сколько раз ты бросался в бой с именем Темпоса на устах?
– Темпос, – с отвращением повторил варвар. – Темпос отвернулся от меня.
– Темпос всегда был с тобой, и твоя неотступная вера в честь воина помогла тебе пережить все страшные испытания, – решительно возразил Робийард. – Все испытания.
– Ты не можешь знать, что мне пришлось пере жить.
– Мне плевать, что ты пережил, – ответил чародей, Вульфгар оторопел от таких слов и уверенной силы, звучавшей в голосе мага. – Меня волнует лишь то, что я вижу перед собой, а вижу я человека, спрятавшегося во лжи и приносящего страдания близким и самому себе, потому что ему не достает смелости признаться в том, кто он на самом деле.
– Воин? – неуверенно спросил Вульфгар. – А разве не ты, Робийард, удерживаешь меня от поисков? Это ведь ты подговорил капитана Дюдермонта списать меня с «Морской феи».
– В том, что тебе не место на борту, я уверен, – спокойно признал чародей. – По крайней мере, пока. «Морская фея» – не место для воина, который бросается в атаку очертя голову, чтобы побороть собственные страхи. Нас сопровождает успех, потому что в сражениях с пиратами всякий знает свое место. Но я так же хорошо знаю, что тебе негоже быть обычным кузнецом, их и так полно в Глубоководье. Прислушайся к моим словам, Вульфгар из Долины Ледяного Ветра. Твои друзья сейчас идут навстречу смертельной опасности и, хочешь ты это признать или нет, делают это ради тебя. Если ты не пойдешь вместе с ними или, по крайности, не отговоришь от этого предприятия, последствия могут быть очень тяжелы ми. Если Дзирт и Кэтти-бри попадут в беду, пытаясь добыть Клык Защитника, то чем бы все ни кончи лось, ты до конца жизни будешь винить себя. И не столько за глупость, по которой ты упустил молот, сколько за трусость, потому что отказался искать его вместе с ними.
Робийард внезапно смолк и долгим взглядом посмотрел на варвара, у которого было совсем потерянное лицо.
– Они уже почти месяц как в пути, – неуверенно проговорил Вульфгар. – Где их теперь искать?
– Миновали Лускан, это точно, – ответил Робийард. – Я могу доставить тебя в город прямо сегодня, а там у меня есть знакомые, которые могут подсказать, куда нам двигаться дальше.
– Ты тоже присоединишься?
– Да, ради твоих друзей, – ответил маг. – Что же касается Клыка Защитника… Меня это, в общем-то, не касается.
Вульфгар переминался с ноги на ногу, не зная, на что решиться.
– Не надо отказываться от такой возможности, – предостерег Робийард, – Это единственный способ покончить разом со всем, что так мучает тебя, и снять с плеч вину, которая может терзать тебя до конца дней. Я сделал предложение, однако дороги жизни слишком извилисты и непредсказуемы и другая возможность может уже никогда не представиться.
– Зачем? – тихо спросил варвар.
– Я вполне ясно высказал, что думаю о твоем нынешнем состоянии. Я полагаю, что настало время сделать хоть какой-то шаг и изменить свою жизнь, – нетерпеливо пояснил Робийард, но Вульфгар замотал головой.
– Не то, – пояснил он. – Я хотел спросить, за чем это тебе.
Робиийард не ответил сразу, и варвар продолжил:
– Ты предлагаешь мне помощь, хотя никогда не был дружески ко мне настроен, как и я не пытался сдружиться с тобой. И тем не менее ты явился, засыпаешь меня советами, предлагаешь помощь. Зачем? Из-за прежней дружбы с Дзиртом и Кэтти-бри? Или потому, что тебе так сильно хочется избавиться от меня и увести как можно дальше от твоей разлюбезной «Морской феи»?
– Точно, – лукаво взглянув на него, ответил Робийард.
Глава 17. ТОЧКА ЗРЕНИЯ МОРИКА
– Для пленника он что-то чересчур разговорчив, на мой взгляд, – обратилась Шила Кри к Беллани после трех часов утомительных допросов, на которых Морик Бродяга с готовностью выложил все, что знал о Вульфгаре, Дзирте и Кэтти-бри. Шила особенно внимательно слушала все, что касалось темного эльфа.
– Для Морика превыше всего самосохранение, – ответила Беллани. – Остальное не важно. Он собственноручно всадил бы кинжал в сердце Вульфгара, если бы случилась такая необходимость. Конечно, он не рад будет, если Вульфгар и Дзирт объявят нам войну. Наверное, даже попытается уклониться от боя и вряд ли станет помогать нам уничтожить своего бывшего приятеля. Но рисковать ради него жизнью и препятствовать нам он не станет. Как не станет рисковать и тем радужным будущим, что мы ему пообещали. Уж таков он.
Шила твердо усвоила, что алчность сильнее пре данности. На этом держалась ее банда. При помощи кнута и пряника Шила крепко держала их в руках. Все они понимали, что под руководством Шилы Кри можно озолотиться, но при этом так же хорошо знали, что, если захотят уйти, им не сдобровать.
Сидевшая поодаль Джул Перец не меньше чародейки была убеждена в правдивости слов Морика, поскольку внимательно наблюдала за ним с того самого момента, как он вместе с Беллани появился в Золотой Бухте. Все, что он рассказал, полностью совпадало с тем, что она успела узнать о Дзирте во время недолгого пребывания в Десяти Городах.
– Если дроу и Кэтти-бри собираются заполучить молот, можно ожидать, что этот дворф Бренор и хафлинг Реджис явятся вместе с ними, – сказала она. – К тому же не надо забывать о пантере, что всюду ходит с темным эльфом.
– Я ничего не забуду, – заверила ее Шила Кри. – Теперь я рада, что Лелоринель появился у нас.
– Может, его появление здесь – наша самая большая удача, – согласилась Беллани.
– Морик будет драться с эльфом? – спросила капитанша, потому что Лелоринель, одержимый ненавистью к Дзирту, попросил дать ему некоторое время побыть наедине с этим новым гостем в зале, отведен ном для тренировок, поскольку вор непосредственно общался с ненавистным дроу совсем недавно.
Джул Перец громко рассмеялась. Когда она появилась в Золотой Бухте, эльф часами терзал ее, заставляя воспроизводить малейшие движения Дзирта, да же обычные, не имеющие никакого отношения к боевому искусству. Лелоринель хотел знать длину его шага, как он наклоняет голову, когда разговаривает, – вообще все. Джул догадывалась, что Морик вряд ли покажет эльфу что-нибудь стоящее, но тот все равно будет заставлять его снова и снова повторять все жесты и слова дроу. Джул не встречала никого, одержимого столь же сильно.
– Наверняка Морик сейчас с Лелоринелем, рас сказывает в сотый раз, как он встретился с Дзиртом и Кэтти-бри, – ответила Беллани, глянув на улыбающуюся Джул.
– Последи-ка за ними, – велела Шила чародейке. – Не
