до темноты. Но если ты согласишься на разговор, после полнолуния вы сможете встретиться. Либо можешь вернуться к Бартемиусу и посмотреть, какой будет его реакция…
— А почему я вообще должен тебе верить? — огрызнулся Блэк. — Барти вытащил меня из тюрьмы. Рассказал мне всё о Гарри и как с ним обращаются! А ты кто вообще такой и почему я должен тебе верить? Да и Лунатик… где он всё это время был?
— Как же с вами сложно-то… — тяжело вздохнул маг, чувствуя, что у них заканчивается время. Либо авроры, либо дементоры могли заметить взрывы, вспышки и заклинания под деревьями. Или в ход вступит ещё одна группа террористов, если «нападения» не будет слишком долго и они решат, что Блэк решил сбежать или сдаться добровольно. Барьер, который маг продолжал контролировать, не выявлял новых гостей, но из-за площади действия и нахождения рядом авроров его пришлось делать не таким уж и мощным, сокрытие присутствие более-менее приемлемого уровня могло бы его эффект обойти, а проконтролировать работу Крауч вполне мог отправить пару человек под действием заклинаний невидимости — за время их разговоров Бартемиус оставил впечатление пусть и фанатика, но отнюдь не дурака. Кайнетт поднял мистический знак над головой и произнёс: — Клянусь, что Джеймс Виктор Мерфи и Римус Джон Люпин не желают вреда или гибели Гарри Джеймсу Поттеру и Сириусу Блэку Третьему, кроме как в случае, если им потребуется защищать от означенных персон собственную жизнь и иным способом сделать это будет невозможно, — посмотрев, как языки белого пламени стекают с палочки на предплечье и затем, вспыхнув, пропадают, Кайнетт уточнил: — Кстати, Джеймс Мерфи сейчас перед тобой. Этого хватит? Или мы тут весь день будем стоять?
— Обет на самого себя? Нечасто такое увидишь. Допустим, ты не врешь и даже не показал мне сейчас качественную иллюзию… — без особого доверия произнёс Блэк. — Допустим на секунду, что ты действительно работаешь вместе с Римусом. Допустим, Лунатик искренне заботится о Гарри и в самом деле хочет со мной объясниться, безо всякого умысла. Допустим, Крауч не был до конца со мною честен… Но что конкретно теперь предлагаешь делать?
— У нас был составлен план на твой счёт. И ещё один резервный. И второй резервный, если первый не подойдёт. И именно им и придётся пользоваться. Для начала, Конфринго, — он медленно направил мистический знак на волшебника со сломанной шеей и использовал огненное заклинание. — Так будет меньше вопросов, когда их найдут. А теперь ты должен просто выйти из леса…
***
— Джеймс! Вот ты где!
— А? Что у вас там стряслось-то? Неужели наши выиграли? — удивился маг при виде взбудораженных однокурсников. Он возвращался к башне из библиотеки, со стопкой в полудюжины книг в руках, когда на него буквально налетели соседи по комнате, явно только прибежавшие с улицы — они до сих пор были в плащах, шапках и шарфах, а следом за детьми тянулась цепочка небольших луж и мокрых следов, где растаял налипший на обувь снег. Все три первокурсника выглядели ошарашенными, даже всегда спокойный Ирвин.
— Да какой там выиграли! Матч вообще отложен, — воскликнул Макэвой. — Куда важнее, что Сириус Блэк погиб вместе со своей бандой.
— А при чем тут Блэк? — изобразил непонимание Кайнетт.
— Они попытались пробиться на матч, — влез Керри. — Люди видели, как он прямо во время игры выскочил из лесу вдруг, совсем близко от стадиона. И начал пускать заклинания в игроков! Я не видел, он кого-то задел?
— Учителя говорят, что нет, — немного успокоившись, заметил Росс. — Там футов триста было, и ещё наверх не меньше полусотни. Чтобы тем же «Петрификусом» суметь так попасть, это нужно быть чемпионом, как наш декан, не меньше. Так что там народ просто от страха разлетелся во все стороны — кто к земле, кто наоборот, наверх.
— Ну, само собой, авроры его попытались снести, — перебил его Чарльз. — Там всё было — и рубящие заклинания, и взрывающие, и поджигающие, я половину вообще раньше не видел. По-моему, его даже не пытались взять живым.
— Это называется «Акт Крауча». Или «Директива Крауча», — заметил Росс. — Кинан рассказывал. Когда шла война, тогдашний глава отдела правопорядка разрешил аврорам использовать против Пожирателей любые заклинания, включая запрещенные. А Блэк всё-таки был одним из них, так что их ничего не сдерживало.
— Вот как… — неопределённо ответил Кайнетт, просто чтобы обозначить интерес. Про себя он подумал, что здесь что-то явно не сходится. Да, Блэк считался особо опасным, но он был один, тем более и появился уже не в лучшем состоянии. Его должны были попытаться вывести из строя парализующими и останавливающими заклинаниями. Если только не было чётких намёков или даже прямого приказа на ликвидацию…
— Да только Блэк тоже не дурак — видать, понял, куда ж он влез, кое-как от всего этого закрылся, — продолжил тем временем Чарльз. — И в лес бегом обратно!
— Все подумали — опять удерёт, — влез Саймон. Затем нагнал драматизма в голос: — И в этот момент с трибуны встаёт профессор Люпин, он рядом с гриффиндорцами сидел, подходит к верхнему ряду, чтобы лес оттуда было видно, достаёт палочку и ка-а-а-к… Кстати, а что он наколдовал? «Экситимо», «Экситус»…
— По идее, «Экситиум», — поправил Росс. — «Погибель», «разрушение», то есть. Но я не знаю такого заклинания.
— А я вот слышал, как старшие говорили потом — именно этим заклинанием когда-то Блэк убил кучу народа и хорошего друга нашего профессора вместе с ними, — поделился Чарльз. — В ответную, так сказать, и прилетело. По-моему, справедливо.
— А его самого за такое не посадят? — поинтересовался маг. — Смертельное заклинание всё-таки. А у нас опять на ЗОТИ наймут неизвестно кого, как в том году.
— Нет, — ответил Росс. — Я же говорю, «Директива Крауча», на пожирателей законы не распространяются. Кинан ещё рассказывал, узнал от отца, что после всего, что случилось в школе, в деревне и с вами тогда в том числе — на Блэка выписали ордер, разрешающий уничтожение как особо опасного или что-то в этом роде. Если бы его поймали дементоры, говорят, что даже не стали бы возвращать в тюрьму, а разобрались прямо на месте. Так что профессор ничего не нарушил.
— А если всё-таки Блэк опять сбежал? — предположил Кайнетт. — Как в тот раз?
— Ты просто не видел, как
