Читаем без скачивания Вселенная Ехо. Том 2 - Макс Фрай

– Ну как тебе сказать, – он пожал плечами. – Помещение какое-то. Вроде кухня. А может, и не кухня. Но здесь есть еда и питье, это точно. Как тебе, кстати, это пойло? По-моему, грандиозно!

– Особенно по сравнению с полным отсутствием какой бы то ни было жидкости, – снисходительно согласился я. – А одежды здесь, часом, нет? Потому что нас сейчас даже Коба в свою команду портовых нищих не принял бы, чтобы не позорили его братство в глазах приличных людей.

С одеждой у нас действительно было худо. Наши тела вышли из недавней передряги без малейшего ущерба, но вот лоохи были заляпаны проклятой белой кашей. В подсохшем состоянии она напоминала низкокачественный каучук и превращала одежду в неопрятные лохмотья, непригодные даже для мытья пола.

– Одежды здесь нет, – вздохнул Мелифаро. – Это было первое, о чем я подумал, когда увидел, во что мы превратились. Зато на окнах есть занавески. Из них можно соорудить что-то вроде лоохи, я уже нашел неплохой нож и прикинул, где надо сделать прорези.

Я критически оглядел занавески. В их пользу говорил тот факт, что ткань была плотная и в то же время мягкая. Я сразу понял, что, завернувшись в такую материю, можно чувствовать себя вполне комфортно. Существенным минусом являлась расцветка, которая, надо понимать, сразу пленила сэра Мелифаро: белая ткань была испещрена яркими красными, желтыми и оранжевыми цветами, на мой вкус, чересчур жизнеутверждающими. Но выбора не было, и я обреченно кивнул:

– Действуй, дружище. Уверен, что мы оба будем похожи на идиотов, но лучше быть одетыми идиотами, чем голыми… Не завидую я хозяевам этого дома, однако. Я бы взбесился, если бы обнаружил на своей кухне двух подозрительных типов, превращающих мои занавески в парадные костюмы.

– Тьфу ты, Макс! Не накличь беду, – в сердцах сказал Мелифаро. – Только объяснений с хозяевами этой кухни нам не хватало. А вдруг они шестирукие клыкастые великаны?

– Великаны – вряд ли, судя по размерам кувшина, – рассудительно возразил я, оглядываясь по сторонам.

Помещение было заставлено странными предметами, по большей части совершенно, на мой взгляд, нефункциональными. Человек вроде меня, немного знакомый с авангардными течениями в дизайне интерьеров, вполне мог допустить, что это и есть мебель. Но даже мне пришлось сделать над собой некоторое усилие, чтобы счесть неправильной формы тетраэдры с усеченными вершинами стульями, а большой вогнутый овал в дальнем углу помещения – столом. Кстати, посуда на этом сооружении стояла вопреки всем известным мне физическим законам – ровно, как на прямой поверхности.

– Да, не великаны, – согласился Мелифаро. – Но шестирукие и клыкастые – вполне возможно.

– Ты просто мысли мои читаешь, – признал я.

– Ну их к Темным Магистрам, – Мелифаро решительно отмахнулся от потенциальной проблемы. – Будем надеяться, что никто не придет. А придут – что ж, все-таки мы с тобой не беспомощные воришки, как-нибудь да отобьемся! Кстати, о воровстве, ты жрать-то хочешь, чудовище? Пока ты валялся без сознания, я нашел здесь продукты питания. С виду странные, но вполне съедобные. Во всяком случае я пока жив.

– И где они, твои хваленые продукты питания? – с энтузиазмом спросил я.

– В мисках, установленных на неровной поверхности, каковая, очевидно, является столом, – объяснил он. – Я ел то, что находится в желтой, и еще попробовал какую-то траву из голубой. Полагаю, хозяева этого дома считают ее салатом. Но как раз трава мне не очень понравилась.

– Ясно, – кивнул я. – Сейчас выявим мои предпочтения.

Содержимое желтой миски с виду напоминало рахат-лукум, по вкусу же походило на тушеное мясо. Гастрономические особенности раскритикованного салата тоже не вызывали особых нареканий – во всяком случае мой недавно вернувшийся к жизни организм остался им доволен.

– Какая прелесть! – умилился Мелифаро, вручая мне изуродованную занавеску, которой, увы, так и не удалось превратиться в нормальное человеческое лоохи. Разве что в довольно злую пародию на эту разновидность одежды.

– Старый добрый сэр Макс, сытый и довольный, как самый толстый кот с богатой фермы, – тараторил он. – Впрочем, прежде чем бежать на свидание, тебе все же придется как следует отоспаться. Вид у тебя что-то…

– Дался тебе мой вид, – возмутился я. – А как еще должен выглядеть нормальный живой человек после таких приключений?

– Тоже верно, – сочувственно вздохнул он.

Впрочем, сам Мелифаро выглядел просто великолепно. Таким красавчиком он на моей памяти не был даже после продолжительного отпуска.

Мы нарядились в цветастые «тоги», а потом ржали, как ненормальные, невежливо тыча друг в друга перстами. Вид у нас теперь был такой нелепый – дальше некуда. К тому же нам позарез требовалась разрядка, и мы ее себе устроили, по полной программе.

К счастью, хозяева сюрреалистической кухни так и не появились – то ли их просто случайно не было дома, то ли создатель Лабиринта, Король Мёнин, предпочитал играть со своими гостями, как сытый кот с мышью, и нам полагалась законная передышка после каждой передряги.

Так или иначе, но, оторжавшись вволю, мы с Мелифаро устроили небольшой военный совет, в ходе которого было принято не слишком оригинальное решение: запастись провизией и упрямо переть дальше, не разбирая дороги. С другой стороны – а что нам еще оставалось?

– Грешные Магистры, лишь бы жарко больше не было! – прочувствованно сказал Мелифаро, когда я взялся за дверную ручку.

Жарко там не было. И вообще, неприятностями вроде бы не пахло.

Мы оказались в просторном светлом вестибюле, одна из стен которого была стеклянной, а другая – зеркальной. Из огромного окна открывался замечательный вид на улицу. Вполне обычная, симпатичная улица: густые деревья, щедро забрызганные солнечным светом, тротуар, выложенный аккуратной розовой плиткой. Толстая важная птица, похожая на удачный гибрид голубя и вороны, неторопливо шествовала по каким-то своим птичьим делам. А в зеркале настороженно хмурились мы с Мелифаро, завернутые в нелепые цветастые занавески. Хороши герои, нечего сказать.

Я внимательно разглядывал наши отражения: что-то с ними было не так. Незнакомый пейзаж за окном взволновал меня куда меньше. И тут до меня наконец-то начало доходить.

– Ты тоже заметил? – несчастным голосом сказал Мелифаро.

Он уже давно пялился в зеркало. Я поначалу даже грешным делом подумал, что парень в восторге от нового наряда и собрался было должным образом откомментировать сей прискорбный факт.

– До сих пор мы с тобой всегда выглядели ровесниками, правда? – требовательно спросил он. – Меня даже иногда принимали за старшего. А теперь…

– А теперь я вполне могу сойти за твоего папашу, – мрачно кивнул я. – За моложавого и бодрого, но вполне папашу. Я здорово постарел, да?

– Да, – эхом откликнулся он. – Но не только это. Ты стал старше, а я… Я сейчас выгляжу, как в те дни, когда только-только поступил в Королевскую Высокую Школу. И не могу сказать, что меня это радует. Пока-то ничего страшного, но если так будет продолжаться и дальше… Слушай, Макс, по-моему, дело дрянь.

Я угрюмо пожал плечами – что тут возразишь. Мелифаро тем временем толкнул меня в бок:

– Макс, посмотри-ка туда. Со своими рожами потом разберемся. Там та-а-акое!

Я послушно обернулся в указанном направлении и подавился собственным удивлением. Дверь, соединявшая вестибюль, в котором мы крутились перед зеркалом, с соседним помещением, приоткрылась от сквозняка, и теперь перед нашими взорами предстало нечто, весьма похожее на парикмахерский салон: зеркальные стены, многочисленные полки с гребнями, щипцами, бигуди и стеклянными флаконами. Вот только вместо кресел там стояли топчаны, а фены для сушки волос больше напоминали душевые кабинки.

На одном из топчанов лежала женщина, руки, плечи и грудь которой густо поросли темной, волнистой, как у овцы, шерстью. Животик, впрочем, был очень даже ничего, плоский и соблазнительно гладкий, а все, что находилось ниже, скрывала длинная цветастая юбка, из-под которой виднелись только острые носки туфель. Возле топчана хлопотал цирюльник, обнаженный до пояса мохнатый мужчина – просто снежный человек какой-то! На нем тоже была юбка, белая, с крупными голубыми горошинами, но она едва доходила до колен, открывая нашим взорам крепкие ноги в гетрах естественного происхождения и изящных кожаных сандалиях на толстой подошве. Дядя сосредоточенно накручивал на бигуди длинную шерсть, растущую на плечах клиентки. Ее руки уже были покрыты мелкими папильотками, а локоны на груди щедро смочены каким-то красящим составом.

– Пошли отсюда, а? – едва слышным шепотом попросил Мелифаро.

Я молча кивнул, и мы устремились к двери, ведущей на улицу. Сейчас у меня было только одно желание: чтобы в том месте, куда мы сейчас попадем, не было никаких обитателей. Все остальное – на усмотрение безумного сценариста, будь он неладен.