они вложили в его дрожащую руку перо, и мужчина всхлипнул, подписывая своё имя.
― Отведите его обратно в камеру, — распорядилась Амбридж. — И пусть его отмоют. Мы хотим, чтобы он выглядел наилучшим образом, когда завтра будет произносить речь для газет!
Авроры схватили мужчину под руки и потащили его по коридору.
Я остановилась.
― Авроры приближаются, — сказала я низким голосом.
Я потянула их в боковую комнату и плавно закрыла дверь. Подождала, пока авроры не протащат всхлипывающего мужчину мимо нас.
Затем я повела их к искомому офису.
Быстрое заклинание открыло дверь — я не знаю, зачем вообще кто-то в волшебном мире запирает их, правда.
Мгновение спустя мы были внутри. Ещё две двери, и мы добрались до того, что я считала источником Надзора.
Я натолкнулась на исторический документ о Министерстве, укравшем аналитическую машину. Она была собрана Чарльзом Бэббиджем в конце 1830-х и представляла собой самый первый компьютер в мире. Официальные магловские записи гласили, что она никогда не была закончена из-за проблем с финансированием, но правда была в том, что Бэббидж получил конфундус и ему стёрли память, а машину просто украли.
Хогвартс-Экспресс был добыт похожим образом — украден у тех самых маглов, которых волшебники считали неполноценными.
На самом деле аналитическая машина была не более чем калькулятором, но я полагала, что для простых вычислений волшебники бы её здесь держать не стали. Они не стали бы её зачаровывать, если бы им не требовалась аналитическая машина. Да и хронология событий... её украли, и вскоре после того был внедрен Надзор, а это наводило на подозрения.
― Вы знаете, что делать, — сказала я парням.
Взорвать машину будет недостаточно — если останется много частей, техперсонал сможет просто починить её и запустить заново. Взрыв машины может повредить наложенные чары, но мы не знали этого наверняка. Мы выбрали единственный способ, дающий абсолютную гарантию: разрезать машину, уменьшить и затем уничтожить эти части в разных местах.
Похоже, потребуется какое-то время — аналитическая машина оказалась больше, чем я считала.
Рядом с машиной лежал поднос с бумагами. Я пролистала их. Это были списки несовершеннолетних волшебников: заклинания, наколдованные рядом с ними, и их местонахождение. Прямо сейчас их было не так уж много. Вероятно, обо всех заклинаниях, наколдованных днём уже позаботилась дневная смена, и данные бумаги содержали нарушения, совершённые ночью.
Как только аналитическая машина будет разрезана, мы всё взорвем, чтобы заставить всех думать, что она испарилась.
Тихая ярость росла во мне с того самого момента, когда я подслушала маленькую пыточную сессию Амбридж. Избавиться от Надзора было хорошо и правильно, но это не сработает, если Амбридж просто обострит всё ещё больше. Она была проблемой, с которой требовалось разобраться, и мне, скорее всего, не представится иного шанса.
Это подвергает операцию риску, но потенциальный выигрыш может быть безмерен.
― У меня есть ещё дело, — сказала я секунду спустя. — Я вернусь. Если закончите до моего возвращения, то я сама выберусь наружу.
― Что? — спросил Томас.
Голос его звучал встревоженно.
― Мы тысячу раз отрабатывали маршрут побега. Если схватят меня, то у них будет всего лишь одна сумасшедшая девочка, которая всё натворила. Если поймают вас, то винить будут всех маглорожденных.
Я слышала тревожный шёпот от остальных, но в итоге они согласились.
Тут же я вышла, и направилась к боковым лестницам.
Амбридж находилась в своём кабинете и разговаривала с кем-то через камин.
Всё в её кабинете было в ужасающих оттенках розового. На стенах находились портреты с движущимися картинками. Кажется, там были только изображения котов и кошек. Нужно будет убедиться, что никто из них не умеет говорить.
― Всё идет по плану. Если повезёт, наша хогвартская проблема решится сама собой уже к завтрашнему дню, и мы сможем взяться за более важные вопросы.
― Надеюсь, что это так, — ответил мужчина в камине. — Вам следует помнить, кто помог вам занять место в кабинете Министра. Мы не будем благосклонно взирать на ошибки.
― Вам следует помнить, кто я, — мило отозвалась Амбридж. — Никто не угрожает Министру, если он хочет дышать дальше.
Камин вспыхнул, и огонь вернулся к обычному состоянию.
Я вошла в комнату и направила палочку.
― Экспелиармус! — воскликнула я.
Она крутнулась и вытаращилась. Я позволила невидимости спасть, одновременно с этим закрывая дверь за спиной.
― Мисс Эберт, — произнесла Амбридж. — Верните мою палочку.
― Мне кажется, нам есть, что обсудить, — ответила я.
Глава 78. Пророчество
― Вы узнали меня, — сказала я. — Мне казалось, для вас все маглорожденные на одно лицо.
― Газеты снова и снова перепечатывали ту самую фотографию, — отозвалась Амбридж. — Словно примитивное избиение величественного творения достойно похвалы.
Фотография моего сражения с дементорами в газете. Мысли о том, что я остановила запланированную ею резню, должно быть, приводили её в ярость.
Мы пристально смотрели друг на друга.
― Зачем вы пришли, мисс Эберт? — спросила Амбридж. — Вы и правда считаете, что сможете что-то изменить? Ход истории не остановить, и он направлен против таких, как вы. Естественный, правильный порядок восстанавливает себя, и те, кто не подчинится, будут растоптаны.
― Вы работаете на Пожирателей Смерти, — сказала я. — Я хочу знать всё, что вам известно о них… особенно о том, где они живут.
― Мисс Эберт! — шокированно воскликнула она. — Что за оскорбительная чушь! Я бы никогда не стала работать с врагами государства!
Я вздохнула.
― Знаете, — мягко произнесла я. — Очень жаль, что Непростительные вне закона. Всё было бы намного легче, если бы кто-то показал мне, как использовать Империо. Теперь же мне придётся использовать… более грубые методы.
Я подозревала, что она прибегла к пытке не из-за страха использования Непростительного, а из-за чистого удовольствия, полученного от слома мужчины. Было что-то такое в её взгляде.
Лицо Амбридж дёрнулось.
― Вы не посмеете! — воскликнула она. — Я — Министр Магии!
― А я — варвар, — ответила я. — Социопатка. Вы слышали, что я сотворила с парнями, пытавшимися
