Гарри чувствовал себя гораздо увереннее, открывая дверь в маленькую комнату. Это было безопаснее, чем добывать яд василиска.
Они подошли к столу и посмотрели на лежавшее на нем зеркало.
- Выглядит довольно безобидно, да? - спросил Рон.
Гарри скривился. Он все еще боялся взять в руки проклятую вещь. Он наблюдал, как Гермиона обходит комнату и останавливается, чтобы разглядеть камень на дальней полке. Она бросила несколько заклинаний и, наконец, смахнула его в банку.
- Может быть, мы сможем уничтожить его вместе с хоркруксами, - объявила она.
Гарри поймал ее на слове, когда она поделилась с ним результатами исследований относительно этого предмета. Он был рад, что на должности преподавателя ЗОТС больше не будет лежать проклятие, но не это было его главной целью.
Юноша снова посмотрел на зеркало.
- Думаю, что ты спокойно можешь взять его, - сказала Гермиона.
- Думаешь?! - воскликнул Рон. - Ты не знаешь наверняка, но хочешь, чтобы Гарри прикоснулся к нему?
- Вокруг него нет магической ауры, - начала оправдываться Гермиона. - Не так, как было с чашей. Или медальоном. Мы можем взять его, точно так же как без вреда для себя берем в руки остальные хоркруксы. Просто мы должны проверить их на наличие других защитных заклинаний, прежде чем приступить к уничтожению.
Гарри заметил, что сама она не готова прикоснуться к зеркалу. Гермиона была права. Это была его обязанность, и, честно говоря, ему не хотелось, чтобы она даже пыталась сделать это. Просто он тоже не хотел брать его. Он сделал глубокий вдох и, шагнув вперед, взял зеркало.
И чуть не отбросил, когда оно ожило у него в руках.
Как и большинство магических зеркал, оно было говорящим. На Гарри смотрел сам Том Риддл. Старше чем тот, из дневника, но еще имевший человеческий облик.
- Кто ты? - требовательно спросил Том.
- Привет, Том, - усмехнулся Гарри.
Изображение шокированно захлопало глазами.
- Ты знаешь кто я?
Гарри снова вспомнил то, что случилось здесь несколько лет назад, и почувствовал огромное удовлетворение, отвечая Риддлу:
- Да, знаю, Том Риддл. Я - твое прошлое, настоящее и будущее.
Том пристально посмотрел на него, на этот раз задумчиво, и пробормотал:
- Ты знаешь, что я - Лорд Волдеморт.
Поттер насмешливо фыркнул.
- Это ненадолго, - бросил он.
Гарри вздрогнул, когда Рон натянул на край зеркала черную сумку, закрывая часть изображения.
- Хватит, Гарри, - сказал он слегка дрожащим голосом.
Гарри выпустил зеркало, и оно скользнуло в сумку полностью. Рон затянул шнурок и вздохнул с облегчением.
- Сколько его разных обличий ты видел? - спросил Рон.
- Немного, - признался Поттер, не отводя глаз от сумки.
Гермиона шумно выдохнула.
- Давайте пойдем и покончим с этим.
Гарри пришлось позвать Фоукса, потому что они забыли взять метлы. Феникс перенес их назад, в главную комнату, и, к удивлению Поттера, не улетел, а уселся на плечо статуи.
- Кажется, он наблюдает за нами, - прошептал Рон. - Как вы думаете, это хорошо или плохо?
- Не знаю, - нервно ответила Гермиона, бросая взгляд на кипевший котел.
Гарри тяжело вздохнул. Мерлин, он будет счастлив, когда все это закончится.
Он вытащил из рюкзака чашу и медальон и положил их на пол. Потом взял у Рона сумку и вытряхнул из нее зеркало, радуясь, что оно оживает лишь тогда, когда его касаешься.
Гермиона достала из своей сумки пергамент, и они начали просматривать список переведенных заклинаний из дневника. Гермиона произносила их по-английски, а Гарри, глядя то на василиска, то на хоркруксы, повторял то же самое на парселтанге.
Это был утомительный процесс, но их усилия были вознаграждены. Они выяснили, какие заклинания Волдеморт использовал в качестве последней защиты хоркруксов. Попытка уничтожить предметы, не сняв эти заклинания, привела бы к очень неприятным последствиям. Гарри хорошо помнил, что случилось рукой Дамблдора.
Он не стал зацикливаться на том, что если бы Дамблдор мог говорить на парселтанге, то не пострадал бы. И, в конце концов, не погиб. Гарри зажмурился из-за приступа боли и сожаления. Открыв глаза, он с ненавистью посмотрел на зеркало.
- Гарри, ты готов выполнить контрзаклинания? - тихо спросила Гермиона. Кажется, она поняла, о чем он думает.
С трудом сглотнув, Поттер кивнул. Он был готов к использованию темномагических заклинаний и не так резко реагировал на них, как в тот момент, когда ломал магический купол над чашей. Однако их выполнение все равно забирало много сил.
Когда он закончил, Рон молча протянул ему пузырек с Бодроперцовым зельем.
- Ну, теперь мы можем уничтожить эти треклятые вещи? - спросил Гарри у Гермионы.
Она кивнула, обеспокоенно глядя на него.
- Да, в хоркруксах не осталось ничего, что могло бы сопротивляться действию зелья. Это можно будет сделать беспрепятственно.
Она продолжала что-то бормотать, склонившись над котлом. Гарри не перебивал ее. Он все это уже слышал раньше, но мог сейчас отдохнуть - раз представилась такая возможность.
- Это зелье - очень сильный яд, который, по сути, расплавит хоркруксы. Зная, как действует яд василиска, мы можем быть уверены, что его присутствие гарантирует их уничтожение, - поясняла Гермиона.
- Я отолью немного зелья для Нагини, а все остальные артефакты мы можем просто бросить в котел.
- Значит, мы можем взять по одному и опустить их одновременно? - спросил Рон, глядя на внезапно забурлившее зелье.
- Думаю, что это было бы лучше всего, - согласилась Гермиона.
Гарри принялся было спорить, но потом передумал. Они все делали вместе. И закончить тоже должны были вместе.
- Подожди, мне нужно сначала уничтожить камень, - сказала Гермиона, когда он протянул руку к зеркалу. - Это не вызовет бурной реакции.
Гарри с сомнением приподнял бровь, но все же послушался. Она осторожно наклонила банку, и камень упал в ядовитое варево. Зелье полыхнуло, но Гермиона оказалась права: больше никакой реакции не последовало. На всякий случай они подождали еще несколько минут.
- Ну, тогда давайте бросим туда хоркруксы, - выдохнул Рон.
Гермиона взяла медальон, Рон схватил чашу. Никто не хотел иметь дело с зеркалом.
Гарри крепко сжал ручку зеркала, наблюдая, как оно оживает. Как и следовало ожидать. Он понимал, что Рон и Гермиона с ужасом смотрят на него, но испытывал болезненное чувство удовлетворения, отправляя Тома Риддла на смерть.
- Что ты делаешь? - требовательно спросил Том. Гарри удостоверился, что изображению было видно мерзкое зелье, бурлящее в котле.
- Пришла пора тебе умирать, Том, - усмехнулся Гарри. - На счет «три», - скомандовал он друзьям, которые уже стояли около котла.
