после этого относиться ко мне лишь как к объекту своих интересов? Смена статуса потребует изменения отношения, и это её почти пугало. Особенно теперь, когда она услышала, как я представился. Я больше не был сиротой без рода и племени, и просто использовать меня уже не выйдет…
— Зато вместо сестёр Салем здесь Люциус, великолепный бонапарт космических сражений, — я обозначил шутливый поклон в сторону Магнуса, и тот заулыбался в ответ, оценив отсылку к древней, но не стареющей классике, — чьи таланты и поддержка были неоценимы в организации обоих прохождений, и я рассчитываю и впредь на его помощь.
— С тобой в Академии стало намного интереснее жить, — ухмыльнутся Люциус. — И чем дальше, тем страньше и страньше становится. Так что фиг ты теперь от меня отделаешься, дружище.
— После второго прохождения задачи Коба Яши Мару моё имя прочно ассоциируется с успехом, — добавил я, — и мой рейтинг перестал выглядеть дутым. Но есть то, о чём я должен вас предупредить.
Смена слайда.
«Возвращение короля».
— Вы все в курсе, что принц Гарсия был подвергнут остракизму, — начал я новый блок пояснений. — Для этого были все основания, он нарушил данное слово, а это недопустимо для любого аристократа. Кроме того, он трижды отказался от вызова, что сочли непростительной трусостью. Это лидер топа сам может бросать вызов кому пожелает, но вызовы принимает от первого десятка… впрочем, кому я это рассказываю — главе дуэльного комитета?
Ответом мне стали сдержанные смешки.
— Дуэль с его отцом сделала меня счастливым обладателем акций концерна «Трамонтана-Реал», и я немедленно скинул связанные с этим обладанием обязанности на хрупкие женские плечики Снежаны и Микаэлы, — ещё поклон, на сей раз исполненный глубочайшего уважения. — Девушки, вы сокровище, вы справились на отлично.
Они зарделись, смущённые, но довольные.
— Однако вскоре короля Родриго постигла внезапная смерть, — продолжал я, — и его место занял Винсент. Он ещё не принёс присягу и не проделал все остальные формальности, обязательные для вступления в сан монарха, но сути дела это не меняет — он теперь король. И вы все видели или слышали, как он разделался с Гоззо Эрбахом, поддержавшим остракизм. Беспрецедентная жестокость. Сантьяго покинул станцию, и что-то подсказывает мне, что мы его здесь больше не увидим…
Девушки поёжились, взгляд Люциуса стал внимательным.
— Винсент стал гораздо опаснее, чем был раньше, — я был сама серьёзность. — Почему это так, поясню чуть позже, сейчас ограничусь строгим предупреждением. Ну… Просто представьте психованную версию меня.
— Что, настолько опаснее⁈ — ужаснулась Снежка, припомнив мои подвиги в первые дни нашего с ней знакомства.
Я кивнул.
— На провокации не реагировать, в настоящие дуэли не вступать — убьёт. Если умрёте, потом не приходите жаловаться, — шутка вышла натянутая, и все это поняли.
— А виртуалку можно? — опасливо спросила Лиза, которая явно жаждала реванша за покалеченного Кузнечика.
Я прикинул возможности одержимого и кивнул. Выиграть у него она вряд ли сможет, но учиться проигрывать тоже нужно. Полезнейший навык. И даже в проигрышном бою с заведомо более сильным противником можно очень многому научиться.
— Но будь готова к тому, что очень обидно проиграешь, — предупредил я милые хвостики.
Последний слайд — «Спасибо за внимание.» И подпись автора — Юлий Марс — зачёркнута. Вместо неё «Юлий Рюрик».
— Доклад окончен. Вопросы?
Судя по взглядам девушек, меня сейчас начнут убивать.
Впрочем, они быстро сменили гнев на милость.
— Ну, теперь понятно, с чего такие вопросы, — протянула Снежка. — Я уже подсознательно чего-то такого после них ждала. Ну никак не укладывается простой марсианский сирота в то, что ты из себя представляешь.
Александра только кивнула.
— Вот оно как складывалось, — подытожил Люциус, задумчиво кивнув. — Но чего ещё ожидать от отпрыска самого Рюрика?
— Насколько серьёзный контракт о неразглашении нам придётся подписать после всего этого? — спросила Александра.
— Какие ещё подписки о неразглашении между друзьями? — не понял я.
Похоже, мои слова стали для неё настоящим шоком. Подобная степень доверия по отношению к такой, как она, выглядела с моей стороны полнейшей наивностью и даже глупостью. И она разрывалась между благодарностью за доверие и желанием выговорить мне за эту глупость.
— Ты очень неосторожен, — наконец высказалась она.
— Я научился разбираться в людях, — я улыбнулся. — К слову, я понял, почему ты ошиблась с моим тестом ДНК.
— Я тоже поняла, — вздохнула Герега. — Линия Рюрика считается утраченной, и её нет в наших базах. А линии Толстых и Романовых отделились от Рюриков уже очень давно… Но я не понимаю другого. Как ты можешь быть его потомком? Ведь род был уничтожен.
— Присоединяюсь к вопросу, — подхватил Люциус.
Я показал ему два пальца, он сокрушённо вздохнул, но не стал отказываться от своих слов.
— Всё началось, когда меня среди многих других отобрали для проекта «Ковчег», — начал я. — Все вы знаете, что «Ковчег» потерпел катастрофу, и это послужило причиной первой корпоративной войны. Но не все погибли при катастрофе. Мы все были погружены в криостазис и в таком состоянии были по одному найдены в процессе раскопок на месте катастрофы в полярной шапке Марса. Я один из выживших — и на текущий момент последний, кого нашли и вывели из криостазиса.
— Но твои навыки? — спросил Кас. — Если ты в этом возрасте был заморожен и потом возвращён к жизни, как ты успел научиться всему, что знаешь и умеешь? То, как ты летаешь — этому невозможно научиться в шестнадцать лет!
— Сознание в криостазисе не спит, — просто ответил я. — Это было одним из открытий, утраченных в ходе корпоративной войны. Мы все были подключены к центральному компьютеру «Ковчега», он уцелел после катастрофы, но не мог подать сигнал бедствия — связь была утрачена. В этом состоянии мы провели бездну лет, осваивая всё, что только могли, чтобы не свихнуться от бездействия.
Их заметно передёрнуло.
— Мы «Ковчеги» защищали во время прохождения, но я так и не поняла, что они из себя представляют, — смущённо сказала Лиза.
— Это была вершина достижений человечества того времени, корабль-станция с варп-двигателем, — пояснила Микаэла.
— Корабль поколений, — добавил я. — Он был рассчитан на то, что люди на его борту будут рождаться и умирать от старости, прежде чем
