с ответной улыбкой перебил меня Люциус.
— Мы собрались сегодня здесь… — сделал я вторую попытку.
Микаэла, Александра и Лита хором спросили:
— Вы таки женитесь⁈
— Ещё чего не хватало! — огрызнулась Снежка, но очень мило покраснела.
Я вздохнул и заказал всем мороженое, и когда версии у приглашённых кончились, я смог наконец приступить к делу.
— Итак, я, Юлий Рюрик, созвал это собрание, чтобы поведать о наших дальнейших действиях по завоеванию мира, — будничным голосом произнес я и махнул рукой. — Внимание на слайд.
Заголовок гласил: «Как завоевать Вселенную, не привлекая внимания санитаров». Секунда, следующий слайд.
А сам мысленно отсчитывал секунды…
Те, кто знал, кто я такой, даже не обратили внимание на сказанное мимоходом. Снежана Медведева и Александра Герега почти синхронно нахмурили симпатичные личики и подняли изящные брови, и в замешательстве переглянулись, пытаясь понять, не послышалось ли им. Но остальные вели себя так, словно всё шло должным порядком, и это заставляло их обеих сомневаться в здравости собственного рассудка.
Справедливости ради — Микаэла в этот момент опять уткнулась в планшет, обсуждая с АЛом результаты повторного тестирования новых образцов техники и спешно делая пометки в проектах прототипов, и благополучно пропустила мимо ушей начало моего доклада. А Лиза, всё ещё на эмоциях после повторного прохождения задачи Коба Яши Мару, слушала вполуха и больше внимания уделяла мороженому, чем моим словам.
— Ты тоже это слышала? — шёпотом спросила Александра у Снежки.
Та сделала большие круглые глаза, но тут на них с двух сторон зашикали, и они замолчали, подозрительно всматриваясь в слайды.
А посмотреть было на что.
Устроенная мною презентация повествовала, как именно я от никому неизвестного простолюдина-бюджетника поднялся до статуса первого пилота.
Новый слайд. «Принц и нищий».
Такое случается, если принцы становятся слишком самоуверенными и пытаются отвесить пинка нижестоящим — можно потерять равновесие. Тогда принц Гарсия самонадеянно вызвал меня на дуэль, поставив на кон всё: своё положение в топе, место первого кандидата в женихи Снежаны Медведевой — всё, кроме своего мобильного доспеха. И всё проиграл.
— Я не рассчитывал так быстро его сместить, я вообще сторонник постепенной кропотливой работы, — пояснил я схему с несколькими дуэлями и их результатом. — Но он в первый же день на меня накинулся, я не мог не воспользоваться так удачно сложившейся ситуацией. Потом был Пьер с его вызовом на смертный бой. И ночной визит Каса с предложением, от которого я не мог отказаться: как провести эту дуэль, чтобы ни клан Пьера, ни Гарсия и Реалы не могли мне отомстить.
— А, вот почему мы с Литой здесь, — понимающе кивнул Кассиан.
— Не только поэтому, — возразил я. — Но без вашей помощи с инсценировкой моей смерти всё прошло бы не так гладко и быстро, пришлось бы много возиться, могли быть осложнения…
Ещё слайд. «Капитал».
— Речь о бизнес-форуме, на который я полетел с тобой, моя дорогая, — лёгкий поклон в сторону Снежаны Медведевой. — Но ещё до него я заработал неплохие суммы на ставках, а потом нам с Микаэлой повезло заключить контракт с рестораном «Морская Звезда». Управляющему пришлась по душе сценка общения Михалыча с одним из лангустов, и он решил, что это хороший рекламный ход — время от времени повторять это для посетителей. Ресторан не бедствует, так что отчисления за это полагаются неплохие.
Михалыч на мгновение оторвалась от планшета. Я улыбнулся ей.
— На станции «Розовый Дворец» я подписал контракт с родом Романовых. Они предоставили мне свои производственные мощности, я им — свои разработки, «Владыку» и «Деспота». Проекты уже в разработке, прототипы скоро привезут на обкатку в Академию. Если всё получится, Романовы во главе со мной выбросят на рынок убийцу «Монарха» и элитный МПД. А это очень серьёзные активы, которые сделают из меня весьма весомого игрока на рынке мобильных доспехов.
— Прототипы «Эспады» и «Сомбры» тоже привезут через пару недель, — заметила Микаэла, снова утыкаясь в планшет.
— И «Старскрим» для Кассиана на подходе. От Александры я узнал, что Романовы мне каким-то образом родня, — продолжал я. — Так что её присутствие здесь тоже вполне заслужено — мой контракт с Романовыми, которые отчаянно нуждаются в наследнике, обеспечен не в последнюю очередь именно нашим вполне вероятным родством. Они рассчитывают, что я войду в их клан и, возможно, возглавлю его со временем.
— Одно другому не мешает, — Александра вознамерилась было сесть на любимого конька, но я тронул клавишу, и слайд сменился.
«Время ведьм».
— Сёстры Салем побили рекорд, установленный нашими стратегами, — начал я, — и я пообещал Снежане, что мы их превзойдём. Я выманил их на пари, и они проспорили мне желание. Они ожидали, что я потребую от них ухода из Академии, но сёстры Салем — мои союзники, так что я попросил их принять участие в прохождении задачи Коба Яши Мару вместе с нами, и результат превзошёл все ожидания.
— Тогда почему они сейчас не с нами? Разве это не собрание союзников? — спросила Снежана.
— Союзники, но не друзья, — я покачал головой. — А сейчас собрание именно своих, ближнего круга, тех, кого я могу назвать друзьями.
Нет человека, который не отзовётся на причисление его к ближайшим, к друзьям, избранным. Он может отказаться быть другом, если сочтёт, что это звание роняет его честь и достоинство, но всё равно внутри шевельнётся что-то — его отметили, его выделили из всех прочих, в нём увидели другого себя.
Кроме женщин. Эти на «мы друзья» могут отреагировать совсем иначе. Они хотят быть больше чем друзьями, они хотят властвовать не только в душе, но и в сердце мужчины. Снежка отнеслась к моей реплике как к чему-то само собой разумеющемуся, даже была тронута тем, что она для меня не просто статусный трофей, состоятельная невеста с фантастическим приданым и дверь в большое будущее, но ещё и близкий друг. Микаэла и Лиза тоже восприняли своё положение благосклонно.
А вот Александра Герега нахмурилась, не зная, как реагировать на мои слова. Были ли у неё вообще друзья до меня? Настоящие, не приятели или временные союзники? Вряд ли. Кто в здравом уме и трезвой памяти причислит к друзьям «сборщицу семян»? Я же предложил ей то, чего никто ранее предложить не мог, и ей, с одной стороны, отчаянно хотелось принять то, что дают, а с другой — как
