влияющие на способность сознавать, или не присутствуют), информационный обмен между этими устройствами и имперскими надзорными органами осуществляется непрерывно. Технологическая сторона копирования засекречена, пытаться воспроизвести её негосударственным структурам запрещено, а криминальные и иные выгоды от синтеза людей не так очевидны, чтобы мегакорпорации, располагающие достаточными финансовыми и интеллектуальными ресурсами для разработки собственных сходных технологий, пошли бы на столь дорогостоящие изыскания, рискуя подвергнуться репрессиям со стороны властей. Высокие энергетические затраты и прочие особенности физической стороны процесса копирования, включая искажение пространства и генерацию гиперпространства, позволяют выявлять акты копирования детекторными устройствами даже со спутников с орбиты, экранирование биокопировальных помещений от детекторов возможно, но сложно реализуемо, кроме того, наличие зданий с областями пониженной детекторной проницаемости вероятнее всего будет выявлено и вызовет оправданный интерес у служб имперской безопасности. Намеренно не производится копировальное оборудование, способное хранить или загружать данные о молекулярной структуре тела человека – копирование всегда осуществляется «вживую», когда данные снимаются с исходной матрицы непосредственно в процессе синтеза её дубликата (единственное исключение – «страховочный» агрегат для «воскрешения» военного руководства). Это служит надёжным препятствием созданию копий путём незаметного дистанционного сканирования граждан и последующего использования сканограмм их тел вместо них самих в качестве исходной матрицы.
Вторым важным аспектом безопасности копировальных технологий выступают правила копиепользования и копиевладения. Их достаточно много, но первое из всех – это требование к удалённости копии от её исходной матрицы. Биокопировальные фирмы всегда располагаются в центральных секторах империи (сектором называют область космоса, включающую в себя одну или более звёздных систем с хотя бы одной заселённой планетой), тогда как основные потребители их живой «продукции» – периферия, отдалённые сектора и планеты на стадии колонизации. Копия обязана быть отправлена из сектора, где синтезирована, в течение двух недель, и путь обратно ей навсегда закрыт. Строгого запрета на посещение ею планет любых других секторов не существует, однако региональные власти имеют право взимать налог за пребывание копии на их территории, и те что в центральной части империи, всегда его взимают, причём размер налога так же определяется местными законами, и он именно таков, чтобы выдавить большинство представителей неоригинальной братии из своих планетарных пределов – центросекторальные планеты сплошь перенаселены, лишние рты в лице искусственно созданных людей второго сорта им вовсе не в радость. Некоторые полагают, пространственная разделённость копии и оригинала нужна чтобы у злоумышленников не было ни шанса подменить второго первой в преступных целях. В действительности же, благодаря распространённости средств наблюдения, средств идентификации (см. раздел об идентификации) и детекторов правды (см. раздел о ДП) трюк с подменой слишком уж сложноосуществимое и легковыявляемое деяние. Только в художественных фильмах его и увидишь, в жизни вряд ли – нереалистично. Правило разделённости служит скорее для спокойствия общества и комфорта граждан, избавляя решившегося на копирование обывателя от вероятности повстречаться с неоригинальной версией себя на родной планете. И всё же оно усиливает и безопасность, этого нельзя не признать. К слову, уже через пол года с момента копирования копия и оригинал расходятся внешностью столь существенно, что приборы идентификации начинают уверенно различать их (хотя на глаз они остаются неотличимы гораздо дольше, порой до 5-10 лет).
Многие из прочих правил копиепользования тоже имеют отношение к безопасности и важны для неё. Вот их примеры. Копии и её исходной матрице запрещено пытаться контактировать друг с другом. Копии не могут давать показания в суде, если речь идёт об обстоятельствах прошлого в бытность их оригиналами. Взятие таких показаний считается уголовным преступлением. Позволяется единовременное существование только одного дубликата имперского гражданина, то есть повторный может быть снят с него лишь после гибели предыдущего – исключения допускаются, но они связаны с преодолением таких мощных бюрократических препонов, что случаи, когда разрешение на синтез дополнительного экземпляра действительно было получено, можно пересчитать по пальцам. Копий надлежит подвергать коррекции поведения, минимизирующей их способность к агрессии и негативным эмоциональным состояниям (об этом см. ниже). Запрещено копировать женщин – по многим причинам, в том числе потому что их эмоциональный аппарат требует гораздо более тонкой коррекции.
Коррекция поведения
Термином «коррекция поведения» принято обозначать достаточно широкий спектр явлений из самых разнообразных сфер человеческой деятельности от педагогики до психологии и психиатрии, от дрессировки до программирования и роботостроения. В каждой сфере он подразумевает нечто своё. Индустрия копирования человека в этом плане не исключение. В ней «коррекцией поведения» называют принудительную искусственную модификацию психоэмоционального аппарата копий особым образом – таким, чтобы те во-первых, утратили способность испытывать страдания, неизбежные в их новом статусе несвободного подневольного существа, и во-вторых, представляли минимум угроз любого характера для своего владельца и всех прочих окружающих. Данный вид коррекции осуществляют преимущественно химическим путём, посредством внедрения в организм так называемых ремодуляторов поведения – сложноструктурных псевдогормональных препаратов, основное назначение которых – модифицировать вариативность возможных состояний психики и изменять размахи амплитуд этих состояний (ремодулировать их). Проще говоря, ремодуляторы позволяют приглушать одни психоэмоциональные состояния (например, страх, горе, депрессию) и усиливать другие (счастье, умиротворённость, любовь, воодушевление и т.д.). Тонкая лёгкая ремодуляция не сказывается на личностных качествах человека, не трансформирует его в иную личность, но делает его жизнеустойчивее и счастливее – слегка усиль у страдающего от частых депрессий субъекта ощущение радости, чуть-чуть приглуши амплитуды негативных эмоций, и вся его депрессивность сама собой сойдёт на нет, он станет склонен к заметно большей позитивности в своих настроениях, суждениях и оценках, оставшись при этом тем же узнаваемым для всех его знакомых индивидуумом со всеми особенностями своего характера, поведения, персонообразующих черт. Однако для копий лёгкие формы ремодуляции не подходят. Качество их жизни таково, что требует существенных воздействий на психоэмоциональный аппарат. Применяемые к ним ремодуляторы относятся к разряду деструкторов – медикаментов, полностью подавляющих определённые состояния психики. В частности, главными компонентами корректирующих средств для них являются деструкторы негативных эмоций, деструкторы агрессии и деструкторы полового влечения. Под воздействием смеси из этой троицы дубликат не может грустить, впадать в уныние, тоску или депрессию, испытывать подавленность, обиду, горе. Не может чувствовать себя несчастным. Так же не может он раздражаться, сердиться, злиться, входить в ярость. Не может ненавидеть кого бы то ни было. Но и любить он тоже никого не может. Хотя вполне сохраняет способность поверхностно питать чувство дружбы или привязанности. Здесь требуется внести несколько уточнений:
1) Деструкторы не гарантируют отсутствие подавляемых ими эмоций в моменты реакции на внешние события. Если происходит нечто, оказывающее достаточно сильное воздействие на психоэмоциональный аппарат, они могут не справиться. Однако как только воздействие закончится,
