гений позволит снять с себя копию, а жаждущих заработать лёгких денег на копировании посредственностей пруд пруди. Но и от негениев пользы может быть много. И не только в физическом труде или в работе с людьми. Известно, что среди копируемых значительный процент приходится на учёных, причём в массе своей абсолютно рядовых, заурядных, не снискавших себе славы, репутации «блестящего ума» или хотя бы «подающего надежды». В рутинных исследованиях, которых в науке всегда хватает, копии средней руки специалистов вполне эффективны, их использование приносит заметные выгоды компании-владельцу, занимающейся собственными научными изысканиями. Таким образом можно говорить о новом уникальном ресурсе, появившимся на свет исключительно благодаря копированию – интеллектуально-исследовательской дешёвой рабочей силе, каковую не в состоянии толком заменить ни робот ни фантом, потому что первый недостаточно разумен, а второй излишне виртуален и для проведения исследований в реальной среде нуждается в технически сложном дорогостоящем дистанционно управляемом инструментарии.
Важным мотивирующим, стимулирующим и стабилизирующим средством для скорректированной копии являются телесные наказания. Она всегда довольна жизнью, недовольной её может сделать лишь боль. Посему назидательные нетравмирующие побои в отношении дубликатов вынужденно не возбраняются и практикуются весьма широко. Однако практиковать их разрешено только людям, получившим имперскую лицензию на подобный род деятельности, без таковой максимум, на что имеет право копиевладелец, это изредка дать подопечному оплеуху, подзатыльник и т.п. Обычно если копия действительно серьёзно проштрафилась, хозяева вызывают профессионального экзекутора, который и производит причинение телесных страданий – в основном применяется порка, хотя она не единственный санкционированный способ физического воспитательного воздействия, существует целый ряд допускающихся законом равноценных, предлагаемых клиентам на выбор, к примеру, в некоторых регионах в спросе удары палкой по пяткам. Свои услуги экзекутор предоставляет платно, что избавляет копиевладельцев от желания наказывать живую собственность слишком часто или из-за мелких провинностей. Помимо боли есть и иные виды ощущений, способные вызывать у копии негативные состояния – такие как холод, голод, жажда – но они в слабой форме не могут преодолеть действие деструкторов, а в сильной не допускаются законом – людей, включая и неоригинальных, запрещено морить голодом или отправлять без одежды на мороз, за такие деяния хозяева рискуют понести ответственность вплоть до уголовной. Мотивацию копии можно так же усиливать и поощрениями. Большее количество или повышение качества еды, подарки, деньги на мелкие расходы, улучшение условий проживания и труда, разного рода развлечения, от музыки и фильмов до посещения парков и аттракционов – всего этого она умеренно хочет, так как становится ещё более удовлетворена качеством жизни, ещё более довольна. Любопытно отметить, что вкусы и предпочтения дубликатов меняются вследствие коррекции. Например, почти до нуля падает у них интерес к фильмам и песням романтической направленности и заметно возрастет к комедиям, гораздо в меньшей степени, чем до копирования, нравится им острая пища, зато увеличивается тяга к сладкому, они проявляют очень мало энтузиазма в спортивных состязаниях, но сохраняют значительную его часть противоборствуя в виртуальных играх, изменяется характер демонстрируемых ими болельщицких эмоций – они менее активно выказывают радость, когда любимая команда выигрывает, и без всякого разочарования насмешливо критикуют игроков, когда проигрывает. И т.д.
Коррекция поведения считается исключительно важным элементом индустрии копирования, без которого копии не смогли бы получить столь внушительную востребованность в империи. Фактически её позиционируют как технологию, в плане значимости равноценную технологии собственно копирования. Оснований для такой позиции целых два. Первое – личная безопасность. Довольный жизнью лишённый агрессии дубликат не представляет угрозы для окружающих несмотря на свой ущербный социальный статус, в котором ему абсолютно нечего терять. Люди могут эксплуатировать его не опасаясь за свою жизнь и здоровье. Второе – спокойствие в обществе. Благодаря коррекции затруднительно говорить об использовании труда копий, как о деянии безусловно жестоком, аморальном, негуманном, варварском – копии не страдают от всего с ними происходящего, посему обыватель воспринимает их не более, чем как то, что они и есть – искусственными существами, созданными служить человеку подобно тем же роботам, просто особенность этих существ в том, что они обладают памятью и личностью людей, с которых были скопированы.
Правовые, процедурные и иные аспекты коррекции
Имперский гражданский правовой кодекс определяет коррекцию поведения, как необходимое условие безопасного цивилизованного гуманного копиевладения. Согласно закону, копий запрещено лишать корректирования за исключением случаев, когда владельцу удаётся получить на это официальное разрешение от властей. Получить таковое крайне сложно, дорого и связано с прохождением множества процедур бюрократического и иного характера, наиболее трудновыполнимой из которых представляется успешное преодоление копируемым лицом специальных психологических тестов, доказывающих его повышенную психологическую и эмоциональную устойчивость с целью гарантировать, что оное лицо, оказавшись в роли пожизненного невольника, не будет слишком страдать и представлять угрозу для окружающих. Нескорректированная копия регулярно раз в пол года обязана проходить освидетельствование у психиатра, налог на неё, как на собственность, на порядок выше, чем у скорректированных собратьев, а если она совершает акт невынужденной агрессии по отношению к кому-либо, ответственность за это она разделяет со своим владельцем. Легко догадаться, нескорректированная копия – большая редкость.
Приблизительно у 0,89% людей наблюдается нестандартная реакция на приём стандартных видов корректирующих препаратов для копий, что проявляется либо в повышенной либо в пониженной чувствительности к препарату. Как правило нестандартная реакция слабло выражена, но у каждого десятого из указанного процента её отмечают, как сверхчувствительность или сверхнечувствительность. В первом случае у скорректированного лица любая отрицательная эмоция очень быстро трансформируется чуть ли не в эйфорию, в ощущение большого счастья. Во втором приём корректоров практически совсем не отражается на состоянии и поведении человека. И там и там выход находят в индивидуальном подборе корректирующих средств и их дозировки. Подбор обойдётся гораздо дороже стандартных препаратов, что владельцев копий естественно не вдохновляет, при этом если случай выявленной сверхчувствительности они могут оставить без внимания, поступить так же со сверхнечувствительностью им не позволяет закон – они обязаны как минимум поставить о ней в известность местные органы по надзору за копиями. Те в свою очередь должны провести разовое бесплатное психиатрическое освидетельствование дубликата и вынести вердикт о вариантах его дальнейшего содержания: допускается ли его эксплуатация в слабо скорректированном состоянии, или его надлежит немедленно доскорректировать, иначе он будет изъят и изолирован. Часто торговые компании бесплатно заменяют копию, если та неожиданно для приобретателя оказалась с ярко выраженной нестандартной реакцией, а большинство из них стараются выявлять «нестандартников» ещё до копирования или хотя бы в процессе подготовки своего живого товара к продаже.
Наиболее распространены следующие способы осуществления коррекции дубликатов:
• Через пищу. Пропитанную или
