движением, устремилась к остановившемуся князю. К сожалению, из обрубка в лицо Мышкину брызнул сок из гноя и черной жидкости, оставляя на коже дымящиеся язвы. От боли он упал на землю, закрывая лицо руками.
С момента моего перемещения прошло секунд тридцать, не более. И этого времени хватило чтобы проснувшееся дерево практически закончило свою охоту.
Вампир двигался уверенной походкой в направлении дерева, которое совершенно не обращало на него никакого внимания. Миша распаковывал бочку, бросая в мою сторону противогаз. Я сделал рывок, уходя от охотившейся на меня ветви, пропуская над головой противогаз, который тут же оплела еще одна ветвь и взметнулась вверх, не давая мне до него дотянуться.
Я бросился в направлении одного из охранников, находившегося ближе ко мне, проклиная себя, Мышкина и вампира всеми известными мне ругательствами. Ведь было и так понятно, что именно произойдёт, если толпа необученных и неподготовленных людей ринется в объятия Дзюбокко. Несколько взмахов мечом, и две ветви, которые туго оплели мужчину в кокон, ослабили захват, и он упал на землю без каких- либо признаков жизни. Прислушавшись, я едва уловил биение его сердца, но, по крайне-мере, он был жив. Я только обратил внимание на излишнюю бледность парня, как пришлось снова уклоняться от взвившегося из-под земли корня.
Вампир уже достиг ствола и ощупывал его, не обращая внимание на происходящее за его спиной. Дерево словно не видело его. Скорее всего, потому, что он не был человеком, и оно воспринимало его, как нежить, которая долгие годы находилась рядом с ним.
Миша, наконец, закончил приготовления и, схватив бочку, бросился к дереву, выливая на ствол все ее содержимое. Вампиру, естественно, тоже досталось. Несколько капель попали на незащищенное лицо, от чего он взвыл и, мгновенно трансформировавшись, взлетел вверх, ускользая от ветвей дерева, которые в этот момент все же смогли его почувствовать. Я, уворачиваясь от ветвей и корней, медленно приближался к стволу, одновременно с этим освобождая охранников, которые находились по близости от меня. Спикировавший вниз вампир начал мне помогать, голыми руками разрывая ветви и корни на телах людей.
Неожиданно все затихло. Корни Дзюбокко ушли под землю, а ветви отпустили всех своих жертв и вернулись в свое изначальное состояние.
— Работает, — прошептал Миша и плеснул на ствол из второй бочки. Я находился уже рядом и поэтому пары от яда ударили в нос, сразу же достигнув легких. Дыхание перехватило, и как бы я не пытался сделать вдох, у меня получилось только с десятой попытки. Яд, который создал призрак оказался более сильным, чем я мог себе это даже представить.
Как только мне удалось отдышаться, я упал на землю подавляя тошноту и головокружение, перекатом уходя в сторону от дерева, которое начало оживать одновременно со мной.
Одна из ветвей потянулась в сторону Мышкина, который тут же вскочил на ноги и бросил на землю одно из колец, активировав очередной телепорт. Однако хищное растение, словно почуяв, что добыча готовится к побегу, ускорилось и в последний момент оплело его щиколотки, после чего потянуло старого мага к своему стволу. Всплеснув руками, князь пытался сделать что-то еще со своими кольцами, но тут же оказался полностью связан, вылезшими из земли корнями. Неожиданно, в стволе дерева начали происходить какие-то метаморфозы. По нему прошла рябь, и в самом его центре начала образовываться черная дыра, из которой пробивался едва видимый изумрудный свет.
Я, собственно, как и вампир смотрели на это, не спеша вмешиваться, подозревая, что это и есть то самое чрево. Нужно было дождаться, пока полость окончательно сформируется прежде, чем в очередной раз спасать этого старика. Мышкин вопил о помощи, а дыра в дереве все увеличилась.
Вампир, не выходя из трансформации, ринулся к дыре, одновременно со мной, но Миша нас опередил, довольно уверенно юркнув туда первым.
— Стой, — закричал я, останавливая вампира, что после моего предупреждения, застыл рядом с Мышкиным, словно каменное изваяние. Спустя несколько мгновений, из дыры вылетел огромный, пульсирующий изумруд в форме человеческого сердца.
Камень упал на землю и подкатился к моим ногам, постепенно угасая, теряя свое завораживающее неестественное сияние. Я полоснул мечом по ветви, которая все еще держала князя, освобождая того из пут.
Миша выпрыгнул из дыры и сразу же ринулся ко мне.
— Все видели? Я всех спас! — Заголосил возбужденно он, хватая камень в руки. — Я лучший охотник на нечисть всех времен и народов. Призрачный герой!
— Спасибо, не думаю, что без тебя это было бы так легко. Если бы мы вообще смогли его одолеть. — Честно сказал я призраку, признавая факт командной работы и не принижая его вклада в случившееся. — Смотри.
Я указал рукой на дерево, которое начало иссыхать. Ветви опустились вниз, а корни, находившиеся над землей, превращались в тонкие сухие нити.
Листва с деревьев начала опадать, покрывая все пространство вокруг дерева тонким слоем.
Призрак, спохватившись, выбрасывая камень в сторону, начал носиться по поляне, сгребая листву и складывая ее в каталку, на которой он вывозил бочки, тут же забыв о своем подвиге. Естественно, она быстро заполнилась, но это не остановило ученого, почувствовавшего вкус научных открытий и денег. Из карманов халата он достал несколько рулонов больших черных мешков и начал утрамбовывать листья в них, не пропуская ни единого листочка.
— А с тобой весело, — похлопал меня по плечу вампир, принявший человеческий вид. — Давно не ощущал такого. Тут тебе и охота, и представление сразу.
Я только хмыкнул в ответ, присаживаясь возле лежащего на земле Мышкина и переворачивая его на спину. Он еле дышал, а его сердце билось все медленнее. Кроме того, он был бледен, как и остальные, кто попал в хватку Дзюбокко.
— Ну нет, только не это. — Застонал вампир и демонстративно отошел от князя, присаживаясь к первому охраннику, прокусывая свое запястье. — Когда ты уже научишься лечебным заклинаниям. Это же не может продолжаться вечно.
— А я смотрю, что за столько веков ты не растерял человеческих качеств, — ответил я, глядя на окно портала и размышляя, хватит ли нам времени, чтобы переместиться в поместье.
— Просто не люблю скучные проблемы. — Ответил он, подходя к очередному парню. — Уходи отсюда. Я закончу здесь и немного поработаю с их памятью. Как я уже говорил, не следует всем знать, что тут происходило. Ну, кроме Мышкина. Лечить его, конечно, придется. Если б не Совет, который на всех парах мчится сюда, я
