– Но ведь я проверялась… я делала анализ. – Она смотрела на врача с нескрываемым ужасом. – И результат был положительный!
– Нелегальные тесты на беременность не всегда дают стопроцентную точность, – пояснил медик-профессионал. – Иногда результаты таких анализов оказываются ошибочными. Похоже, в вашем случае именно так и произошло.
– Но у меня два месяца не было менструации!..
– Возможно, этим и объясняется чувство недомогания и общей слабости, которое вы испытывали в последнее время. Задержку месячных могут вызывать разные факторы. Например, эмоциональные расстройства, нарушение режима питания… У вас возникали в эти месяцы какие-то напряженные моменты?
– Еще какие! – Кейт глубоко вздохнула. – У меня был как раз пик выпускных экзаменов в университете…
И как раз в это же время она узнала, что у ее любовника есть семья – жена и двое детей, остававшиеся в Канаде, и ей также стало ясно, что Мартин просто развлекался с ней, как с глупым котенком. Лишив ее девственности и при этом ни на йоту не испытывая угрызений совести, он грубо использовал ее для удовлетворения своих сексуальных потребностей, пока находился в Штатах. Летом, когда должен был закончиться срок его лекторской миссии, он твердо намеревался бросить ее и вернуться к своей канадской жене.
По существу, заезжий лектор Мартин Форд увидел в ней лишь одно привлекательное качество – девственность. Ее невинность он рассматривал как цель, которую должен был во что бы то ни стало поразить. Ее девственность стала для него своеобразным трофеем, которым он теперь мог бахвалиться.
– Я была уверена, что забеременела, – все еще не могла успокоиться Кейт.
– Наш разум – удивительная выдумка природы, – сказал лечащий врач. – Он способен творить чудеса, делать невообразимые открытия, способен изумлять нас и обогащать наш духовный мир. Но порой он подбрасывает нам такие странные, неожиданные штучки! Особенно в период стрессов, когда мы начинаем воображать то, чего на самом деле нет. Я знаю десятки людей, которые обнаруживали у себя симптомы самых различных заболеваний, однако на поверку оказывалось, что они здоровы и к тому же…
– Кстати, вы сказали моему мужу, что я не была беременна? – вдруг прервала его Кейт.
– Разумеется, нет, – ответил врач. – Ведь мы не могли даже предположить, какой была бы его реакция на такую информацию. Но если хотите, мы сообщим ему о результатах нашего обследования…
– Нет, не надо. Я объясню ему все сама. Так будет лучше.
– Возможно, вы правы, – согласился с ней врач и поднялся со стула, приготовившись уйти. – Во всяком случае, я уверен, что он поймет вас правильно.
* * *
Но Кейт не была уверена, что Роберто поймет ее правильно. И поймет ли вообще? Если бы этот мужчина был ее настоящим мужем, если бы женился на ней по любви, тогда, может быть, он действительно понял бы ее и не придал значения обнаружившемуся факту – тому, что она никогда не носила в своем чреве ребенка.
Но ведь, по сути дела, Роберто был ее суррогатным мужем. Мужем на бумаге. И женился-то на ней только потому, что она была в интересном положении и попросила его о помощи. А теперь… Что он подумает о ней теперь? Какой будет его реакция, когда он узнает, что никакого плода ее утех с любовником не было, а был лишь плод ее больного воображения? Не придет ли ему в голову, что она все придумала, чтобы спровоцировать его на этот “благородный поступок”?
Одно Кейт знала твердо: какими бы словами она ни изложила историю своей беременности, какие бы факты и доводы при этом ни выдвинула, в любом случае его реакция будет такой же бурной, какой было историческое извержение вулкана Этна…
Роберто вернулся в больницу довольно мрачным. Так по крайней мере показалось Кейт. Его взгляд был хмурым, под глазами обозначились темные круги. По всему было видно, что спал он совсем мало.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, еще даже не успев прикрыть за собой дверь палаты.
– Более или менее… в порядке.
– А ребенок?
– Боюсь… боюсь, у меня… у нас не будет ребенка, Роберто.
– Что? О, Кейт… – Он сел на край кровати и взял в ладони ее руку. – Мне так жаль…
– Не будет, потому что… – Он смотрел на нее, не мигая; она отвела глаза, тяжело вздохнула и усилием воли заставила себя закончить фразу: – Потому что его никогда не было.
Роберто одеревенел. Замер в неподвижности. Его взгляд застыл в темно-зеленой бездне ее глаз. После паузы он выдавил из себя глухим голосом:
– Не понимаю. Что ты имеешь в виду? Кейт… объясни же!
Дважды она пыталась открыть рот и ответить ему, и оба раза у нее отнимался голос. Когда наконец ей удалось начать говорить, первые несколько слогов прозвучали, как несмазанное скрипучее колесо тронувшейся с места телеги.
– Да, потому что ребенка никогда не было, – с трудом повторила Кейт. – Судя по всему, я только внушала себе… может, с испуга, что залетела от этого идиота Мартина. На самом же деле никакой беременности не было. Так сказал мой лечащий врач. Он навестил меня утром. Сказал, что они провели исследование…
– Но ведь ты же проверялась, тебе делали анализ!
О Боже! Неужели тогда, когда она ему обо всем рассказала, он подумал, что ей сделали анализ официально, по направлению врача? Ну конечно же. Ведь это же Роберто Мадругада! У него любая бумажка должна быть подписана, заверена и подкреплена печатью. На всякий случай. Чтобы все было верно и надежно и чтобы никакой комар носа не подточил.
– Анализ делала я сама. В аптеках продаются специальные пакеты… На них, правда, написано, что этот метод самопроверки не дает стопроцентной гарантии точности и что полученный результат рекомендуется перепроверить в официальном медицинском учреждении.
– Но ты, насколько я понимаю, затруднять себя такой перепроверкой не стала, так? Так. И все-таки не благоразумнее было бы перестраховаться?
– Разумеется, перестраховка никогда не помешает, – согласилась с ним Кейт и резким тоном добавила: – Но мне в то время было не до перестраховки! У меня мозги были набекрень, черт бы тебя побрал! Я была брошена, предана, меня убивало одиночество, а тебя тогда не было рядом, а потом ты был…
– Я был – что?..
– Ты был озабочен только одним: поскорее жениться на мне, чтобы побыстрее затащить меня в постель!
Роберто не стал перечить ей, потому что по большому счету, черт возьми, она была права: он действительно очень хотел ее и стремился как можно скорее заняться с ней сексом. И во всей этой истории с ложной беременностью в какой-то степени был виноват и он. Ему самому следовало проявить инициативу и убедить ее в необходимости провериться в солидной больнице или клинике.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
