Она приняла душ, высушила волосы, не переставая отвечать на вопросы любопытной Кэтрин. Неожиданно раздался легкий стук в дверь и в комнату впорхнула молоденька брюнетка. Она явно смутилась, увидев Эрику в ночной рубашке.
— Простите, мисс Даниэлс. Я не хотела помешать вам. Меня зовут Маргарет Симпсон, и я временная няня Кэтрин. Я бы хотела взять девочку на прогулку. Поскольку мистер Макферсон привел вам ее сразу после завтрака, то вы, должно быть, устали, — объяснила Маргарет. Значит, Кэтрин не сама пришла к матери. Скорее всего никто из взрослых особенно не следил за ребенком, наверное, она даже позавтракала отдельно от отца. Впрочем, в этом даже был некий смысл, по крайней мере, Эрика не хотела, чтобы дочка присутствовала во время ее встреч с Клайвом.
— Уверена, Кэтти будет в восторге, — несколько напряженно улыбаясь, ответила она. Мысли ее постоянно обращались к мужчине, который три года назад после кошмарной ночи отказался видеться с ней, не отвечал на звонки и письма. Он осудил ее, обвинил в тягчайшем преступлении, а затем с удивительной быстротой заменил другой женщиной.
Эрика почувствовала настоятельную необходимость поговорить с Клайвом. Она придирчиво изучила состояние своего гардероба — почему-то ей совершенно не хотелось надевать ничего из вещей Мишел Андерс — и остановила выбор на потертых джинсах и простой черной майке.
Выйдя за дверь, она с удивлением обнаружила, что для загородной виллы дом обставлен слишком роскошно. Прекрасно подобранная мебель и стильные аксессуары с головой выдавали владельца — Макферсон обладал редкостным вкусом и чувством меры, и его жилище всегда носило отпечаток личности хозяина.
Он совершенно необычный человек, неохотно признала молодая женщина. Вечно в центре внимания, под прицелом тысяч камер, он, тем не менее, всегда оставался самим собой и не шел на поводу у собственной славы. Мало кто сумел бы достичь подобного положения, выбившись из той нищеты, что окружала его с детства. Но еще меньше смог бы сохранить свою самобытность, поднявшись так высоко…
Зачем я все это вспоминаю? — разозлилась на себя Эрика. Но не сумела совладать с проснувшейся памятью и оказалась во власти событий пятилетней давности.
Девятнадцатый год ее жизни был ознаменован роковыми переменами: во Франции от сердечного приступа умер Брайан — ее легкомысленный, но обаятельный отец. После одиннадцати лет кочевого существования с беспокойным родителем девушка захотела спокойствия и определенности, домашнего тепла и уюта. Она поехала в Англию, где поступила в ветеринарный колледж, и теперь с гордостью ощущала себя студенткой.
Домом ее стало общежитие, где Эрика ютилась в крохотной комнатке вдвоем с соседкой и первой подругой. Клэр, пышная блондинка, работала стриптизершей и поэтому могла позволить себе несколько большие удобства, чем Эрика, вечерами подрабатывавшая в супермаркете.
Однажды Клэр пришла к ней в совершенном расстройстве.
— Сегодня вечером я должна выступать в одном из ресторанов. — Она едва не плакала. — А Гарри пригласил меня поужинать. Если я не пойду, ты же знаешь, он найдет кого-нибудь еще.
Вот уже несколько лет Клэр преданно любила Гарри и бежала по первому его зову. Так что для нее действительно речь шла о жизни и смерти.
— Пожалуйста, выступи за меня, — умоляла блондинка, не обращая внимания на растекающуюся от слез тушь. — Тебе не придется даже раздеваться. Ты просто выпрыгнешь из дурацкого торта в костюме ангела и улыбнешься этому парню.
Клэр вытащила белое платье с крылышками и маленькую позолоченную арфу и протянула подруге.
— Это, конечно, жуткая глупость, но друзья решили, что это станет шуткой года. Этот продюсер, Макферсон, недавно сделал фильм «Полночные ангелы», и они…
Вот так и получилось, что Эрика, как чертик из коробочки, появилась из торта Клайва, подпрыгнула и уставилась прямо в синие глаза. Запутавшись в чересчур длинном одеянии, девушка толкнула столик на колесиках, заставленный бокалами и бутылками, и тот покатился на гостей, мелодично позвякивая на ходу. Наконец Эрика приземлилась на корточки прямо перед виновником торжества, который наблюдал за происходящим с насмешливой улыбкой.
— С днем рождения, мистер Макферсон! — звонко произнесла она в полной тишине.
— А что ты намерена теперь сделать? — спросил Клайв сладким голосом.
Смущение неожиданно уступило место ярости, золотистые — глаза девушки засверкали от неподдельного возмущения.
— Не будьте таким бесчувственным! — зло прошипела она. — Помогите же мне! О Боже, неужели вас совсем не учили хорошим манерам?
За ее спиной раздались охи и ахи, сдержанный смех. Клайв же в ответ не проронил ни звука. Но через минуту откинул голову назад и расхохотался во все горло.
— Для маленькой штучки, не слишком ли острый у тебя язычок?
— Вы просто невежественная свинья! — убежденно сказала Эрика, хотя он даже протянул руку, чтобы ей помочь. Она оттолкнула его руку и встала.
Клайв подал ей арфу, которую она уронила ему на колени, и спросил, откидываясь на спинку кресла:
— Что следующим номером? — В голосе мужчины прозвучала некоторая неприязнь.
— Если вы надеетесь, что вас будут развлекать стриптизом, то спешу вас огорчить: вся моя одежда останется на мне, — резко проговорила Эрика, бросая инструмент обратно.
— А разве ты не споешь мне поздравительную песенку? — спросил он в искреннем удивлении.
Эрика беззастенчиво шмыгнула носом и спокойно ответила:
— Я не знаю ни одной ноты.
— Ты… ты просто сокровище, — снова расхохотался Клайв, не сводя глаз со свежего личика.
Он поднялся с кресла во весь свой невообразимый рост и по-хозяйски обнял девушку за плечи.
— В следующий раз, когда решите приготовить мне сюрприз, не забудьте пригласить «Службу спасения». Если бы эта крошка покалечилась, у нас были бы крупные неприятности.
— Уберите свои руки! — возмущалась Эрика, пока он вел «е к выходу из зала.
— Это твой последний вызов на сегодня? — спросил он, когда они были уже в коридоре.
— Мой единственный…
— Тогда я подвезу тебя домой.
— Нет, спасибо. — Сбросив тяжелую руку, Эрика поспешила в раздевалку, где недавно облачалась в белое платье.
Когда, переодевшись в джинсы и свитер, девушка покинула комнатку, Клайв ждал ее снаружи.
— Вам не кажется, что вы ведете себя, как собака с костью?
— Ты очень красивая. И не делай такого удивленного лица: тебе это не идет, — произнес он, цинично улыбаясь. — Я отвезу тебя домой. Ты переоденешься, и мы поедем в ресторан.
— Спасибо, не стоит, — отказалась она, возмушенная до глубины души. Переодеться — во что? Или он считает, что у нее дома модный салон?
