Леа одолжила у капеллана перьев и чернил, однако написать письмо оказалось не таким простым делом. Легко излить на пергамент все свои надежды, страхи и мольбы, но она не решалась на это, терзаясь сомнениями.
Однако в итоге ее коротенькое послание приобрело вполне приличный вид. Она просила Реднора не сердиться за ее дерзкое решение ответить на его письмо и простить ей все ее страхи. Только в самых последних строчках тревога выплеснулась наружу. «Женщин всегда беспокоят разные глупости, — писала она. — Едите ли вы досыта? Спите ли в тепле, ухожены ли раны?» В конце листа она аккуратно вывела свое имя, ведь печатки у Леа еще не было.
Июньское солнце грело так жарко, что даже в вечно сыроватых комнатах замка заметно потеплело. Леа, однако, вряд ли смогла бы заметить, зной на дворе или лютый холод. На завтра был назначен день свадьбы, а ни Реднора, ни письма от него все не было. Днем раньше приехал нагруженный багажом граф Гонт. Он лишь рассмеялся в ответ на ее беспокойство и заверил Эдвину, что недавно получил весть от сына и с ним все в порядке.
— Он немного похудел, если верить его гонцу, но выйти замуж за него еще вполне можно.Леа была совершенно не в состоянии делать что-либо; к счастью, от нее уже ничего и не требовалось. Она мерила шагами крепостную стену, все время, вглядываясь в уходящую за горизонт дорогу, пока мать не застала ее за этим занятием и насильно не увела на женскую половину. Даже когда прибежал слуга с известием, что показался отряд лорда Реднора, Эдвина не позволила ей покинуть комнату.
— Сиди тихо, — приказала она. — Куда тебя несет, бесстыжая? Ты что, хочешь всему миру показать свои страдания? Завтра ты выходишь замуж. Смею тебя заверить — ты еще насмотришься на лорда Реднора. А пока сиди здесь. Это просто неприлично. Хочешь опозорить и отца, и меня, и лорда Реднора?
Леа подчинилась — другого выхода у нее просто не оставалось — и припала к материнской руке.
— Посмотри, все ли с ним в порядке, — полным мольбы голосом попросила она мать. — Его человек говорил… Ты придешь рассказать мне о нем?
— Не тревожься ни о чем, — холодно ответила Эдвина. — Я позабочусь о моем зяте.
Эдвина увидела, как лорд Реднор въехал во двор замка. Его уже ожидала группа молодых мужчин из числа приглашенных на свадьбу. Как только отряд замер на месте и смолк цокот копыт, из толпы донесся зычный молодой голос:
— Глядите-ка! Жених явился!
Реднор, осторожно спускавшийся с коня, сразу нахмурился и круто развернулся, но, разглядев обладателя голоса, посветлел лицом и дружелюбно поднял руку.
— Херефорд! Ради всего святого!
Протолкавшись сквозь толпу смеющихся юношей, граф Херефорд приблизился к Реднору и протянул ему палец.
— Ну, уж нет! Я тебе руки не подам и обниматься с тобой не собираюсь, — дружелюбно проворчал Херефорд. — В последний раз, когда я подал тебе руку, моя потом неделю висела плетью. Мы обнялись с тобой, — и ты сломал мне два ребра. Крупный ты не в меру, настоящий медведь!
Толпа взорвалась хохотом. Хотя Херефорд был изящен и строен, как девушка, с искрящимися весельем синими глазами, его репутация искусного воина была вполне им заслужена.
Кейн медленно развязал и откинул капюшон. По его щекам и шее градом катился пот, волосы спутались и прилипли ко лбу.
— О, Всевышний! Реднор, да что с тобой? Ты тоже болен?
Реднор уставился на Херефорда налитыми кровью глазами, мгновенно насторожившись.
— Тоже? Что значит — тоже? А кто еще болен? — Реднор, как клещами, стиснул руку Херефорду. Любой другой на его месте взвыл бы от боли, но, похоже, собеседник Реднора был выкован из стали, а не из человеческой плоти.
— Я слыхал, Филипп Глостер вроде как при смерти.
— Филипп? Я видел его месяцев шесть назад — он был здоров как бык. Должно быть, тебе что-то переврали. Во всяком случае, я очень надеюсь на это. Мы не можем позволить себе потерять такого человека.
Херефорд тотчас же ощетинился:
— Мы?! Да ничего с нами не будет! Только не говори мне, Реднор, что ты и не слыхал, что Филипп переметнулся на сторону короля.
Реднор улыбнулся и покачал головой.
— Как и я, Херефорд, как и я. Как бы то ни было, он мне почти брат, и я просто обязан любить его.
— Не о том речь, и ты отлично это понимаешь. Филипп предал отца так же, как и…
— Херефорд, Херефорд! — прервал его другой голос. — Ну, давай не будем заниматься здесь политикой. Дай-ка я лучше поприветствую крестника. — Стареющий лысоватый граф Честер уже пробирался сквозь толпу. — Ну, дайте Реднору хоть оружие снять, что ли. — Он протянул Кейну руку, и тот почтительно поцеловал ее. — Какой же ты измученный, мальчик мой! — сочувственно заметил Честер.
— Я знал, что вы не оставите меня, — улыбнулся Реднор. — Только бы не дать разгореться вот этому огоньку, пусть лучше тлеет… — С этими словами Кейн обнял Херефорда за плечи — ему хотелось немного охладить пыл молодого человека — и пошел вместе с ним к главной башне замка, раздавая на ходу приветствия.
— Мортимер! — Легкое рукопожатие — и молодой человек уже позади.
— Шрусбери! — сдержанный поклон.
— Лестер! — глубокий, полный уважения поклон. — Для меня большая честь видеть тебя здесь!
— Тесть, здравствуйте! — еще одно легкое рукопожатие.
А толпа встречающих тем временем вновь разбилась на отдельные группы. Гости продолжали болтать и смеяться.
Вместе с Кейном в главный зал замка отправились только Херефорд и Честер. Пока Реднор здоровался с друзьями, Эдвина держалась как бы в тени; сейчас она, соблюдая некоторую дистанцию, проследовала за этой троицей. Херефорд что-то говорил о последних беззакониях Стефана, но Кейн слушал его вполуха. Он оглядел зал, но Леа нигде не было видно. Тут он заметил Эдвину. В то же мгновение рука Реднора соскользнула с плеча Херефорда.
— Милорды, вы мне позволите переговорить с тещей?
Гостиная — не самое лучшее место для конфиденциальных разговоров, и Херефорду с Честером ничего не осталось, как вежливо отвернуться и сделать вид, что они поглощены беседой. Реднор подошел к Эдвине.
— А где же Леа? С.ней все в порядке?
— С ней все хорошо. Прошу вас, милорд, позвольте мне забрать у вас оружие и искупать вас. Вы можете продолжить разговор с друзьями, принимая ванну.
— Она не выйдет поздороваться со мной?
— Это не принято.
Реднор тяжело опустился на стоявшую у стены лавку.
— Да, я знаю, но я хотел сказать ей буквально несколько слов. Если пожелаете, то в вашем присутствии.
— Лорд Реднор, если такова ваша воля, то Леа, конечно, покорнейше исполнит ее, но я предлагаю вам сначала искупаться и переодеться, — голос Эдвины отдавал холодом, хотя тон оставался почтительным. — Так вам готовить ванну? Кейн сдался — он понял, что увидит Леа лишь в том случае, если отдаст Эдвине прямой приказ привести девушку. Он не мог взять в толк — козни ли это Эдвины или так захотела сама Леа. Ему очень хотелось выяснить это, но тогда пришлось бы избавиться от компании Херефорда и Честера, а этого делать было нельзя — они могли обидеться. Они явно были переполнены новостями, которыми им не терпелось поделиться с Кейном.
