облаком, разливающимся по телу. Каждое прикосновение губ к шее вырывает стон из горла. Кажется, еще секунда, и меня разорвет на части. Уже на самом пике Руслан впивается зубами в шею. Ощущения, слишком острые, я не узнаю себя. Кричу от боли и оргазма одновременно, извиваясь в его руках.
Глава 19
Сознание медленно возвращает меня в реальность, и понимание произошедшего лупит по нервам. Что я наделала? Зачем? Как я могла?
Мысли метаются по черепной коробке, и никакого вразумительного ответа на мои вопросы не находят. Мне так стыдно, что кажется, никогда не смогу посмотреть на себя в зеркало. Непростительная слабость. И так мало времени прошло после смерти Димы.
Дима! Боже, нет мне прощения!
Руслан отпускает меня, а по сути, выпускает из рук, убедившись, что я могу стоят на ногах. Остатки оргазма еще гуляют по телу, и, я знаю, мужчина это чувствует. От одной лишь мысли об этом щеки заливает багряным румянцем.
Мужчина обходит меня, становясь напротив и заглядывая в глаза. Его льдинки горят диким пламенем, намного ярче и опаснее того, которое я уже видела в ресторане. Зрачки потемнели и блестят, как у хищника перед финальным рывком. Это страшно и красиво одновременно. Сумасшедший костер, дьявольское пламя. Оно завораживает, и я пялюсь на него, забывая о том, что на мне, по-прежнему, нет одежды.
Как под гипнозом, я наблюдаю за тем, как он расстегивает рубашку и, сняв ее с себя, накидывает мне на плечи. Не отрывая взгляда, глядя прямо в глаза, он просовывает мои руки в рукава, а потом застегивает ее, одну за другой, справляясь с пуговицами. Странное продолжение, я же чувствую, как он напряжен, не достигнув разрядки. И, наверное, еще никогда не ощущала ничего эротичнее. В каждом жесте мужчины столько секса, сколько мне не унести. Остается только молча наблюдать, глотая кислород и впитывая каждой клеточкой обжигающую магию момента.
Его рубашка пахнет туалетной водой, которой всегда пахнут его вещи. Втягиваю носом этот запах, как чистый соблазн. Наверное, это низко, — стоять и кайфовать, когда мой траур еще не окончен. Да, так и есть. Я забыла все на свете и растеряла остатки совести.
Обнаженный торс идеален, как и все в этом человеке. Хочется провести по нему рукой, но я не решаюсь. Только и разрешаю себе, что смотреть.
Мужчина поворачивается к барной стойке, берет недопитый бокал с вином, подносит его к моим губам.
— Пей! — не просьба, приказ. Послушно делаю глоток.
Напиток терпкой сладостью скользит по языку. Руслан напряженно наблюдает за мной, потом допивает остатки вина из бокала.
— Садись, — кивает на высокий барный стул за стойкой.
Стул высоковат для меня, и мне приходится забираться, буквально вскарабкиваться. В мужской рубашке это делать не удобно, я все время думаю о том, что она может задраться выше, чем нужно. Но это оказалось не самым сложным. Сидеть без белья, когда между ног еще влажно, намного сложнее. Наконец, мне удалось умоститься, усевшись немного боком и закинув ногу на ногу.
Руслан садится на соседний стул, с ироничной улыбкой наблюдая мои телодвижения. Его все это забавляет, а я чувствую себя дрессированной собачкой на цирковом шоу.
— Что дальше? — спрашиваю и тут же пугаюсь своего же вопроса. От мужчины можно ждать чего угодно, теперь я это точно знаю.
— Обедать будем, — говорит мужчина, придвигая к себе пакет с ярким логотипом одного известного ресторана. — Голодна?
В животе протяжно заурчало, а мои щеки стали еще пунцовее. Если это вообще возможно.
— Угу, — киваю, осмелев. После всего, что было, хуже стать уже не может. Не может же? Куда еще ниже падать?
Руслан достает из пакета лотки с едой и приборы, раскладывает передо мной. Потом тарелки, которые он вынимает из шкафчика, даже не вставая со стула. Сам раскладывает по тарелкам еду. Все это молча, в свойственной ему манере. И только ироничная ухмылка на его губах напоминает о том, что только что произошло. К своему стыду, мне понравилось. Все. От душа и до этого момента.
Мы обедаем, как супружеская пара со стажем, будто, каждый день вот так проводим вместе. Он — хозяин положения, и всем своим видом показывает это. Это обескураживает еще больше, чем его ласки, от одного воспоминания о которых в животе разгорается пожар. Стараюсь не пялиться на его обнаженную грудь, но взгляд то и дело соскальзывает к прекрасному телу и к родинкам на его правом плече.
Боже, ну не бывает таких идеальных людей! Даже родинки на теле, и те идеальны! Держись, Настя, крепче, чтобы не сойти с ума! Особенно сейчас, когда мужчина, подхватив пальцами аппетитный кусочек, кормит меня с рук.
«Как собачонку, приручает», — мелькнуло в голове и погасло.
Где-то в комнате звонит телефон. Руслан встает и берет в руку гаджет.
— Слушаю, — его голос резкий, властный, совсем не такой, каким он только что говорил со мной. Но, разве это что-то значит? Нет, ровным счетом ничего. — Понял. Хорошо.
Он отключает телефон и поворачивается ко мне.
— Ремонт в твоей ванной закончен, — сообщает. На этот раз, деловым тоном.
Понятно. Шоу окончено, и мне пора проваливать.
— Где мои вещи? — спрашиваю, вытерев руки о салфетку. Я не буду устраивать сцен, не буду ждать от него теплых слов. Он мне ничего не должен. Я занимаю его время, и пора уже вернуться в реальность. — Наверняка, у тебя куча дел.
Руслан отбрасывает телефон на стол, подходит ко мне. Он снова близко, и меня опять начинает штормить. Теперь я не понимаю, от страха это или от предвкушения. Его ладонь ложится мне на щеку, согревая, большой палец проходится по контуру губ. Отчего-то только теперь вспоминаю, что он так ни разу и не поцеловал меня, тянусь к его губам, но мужчина отодвигается назад.
— Я заказал тебе новые вещи, — говорит он, отпуская меня. Идет в гостиную, приносит пакет и отдает мне. — Вот, переоденься.
Беру пакет и иду в ванную. Быстро снимаю его рубашку, одеваю вещи из пакета, стараясь не думать о том, сколько они стоят. Я знаю этот логотип, и никогда раньше мне не приходилось носить такие вещи. Все село идеально, даже белье. Как ему удалось угадать размер? Черт, я сойду с ума с этим мужчиной!
Набираю в легкие побольше воздуха. Выдыхаю. Это помогает успокоиться. Но не на долго. Ровно до того момента, как я снова вижу Руслана, на котором по-прежнему нет рубашки.
Не пялься, Настя! Хватит его разглядывать!
— Я отвезу
