— Бомбардировщики будут нас ждать в районе дальше по маршруту полета. Еще раз уточните ориентиры и порядок радиосвязи. Так, задача ясна?
— Так точно!
Александр Волин посмотрел на Евгения Омельченко и Игоря Березкина. Это был их первый боевой день в составе штрафной истребительной эскадрильи. И на «морскую охоту» они не попадали. Капитан Волин отобрал для этого вылета только опытных летчиков, да к тому же лишь шесть более современных «як-девятых» могли нести подкрыльевые топливные баки. Пара Як-1Б молодых летчиков такой возможности не имела так же, как и два Як-7Б замполита эскадрильи Павла Лазарева. У них было другое задание.
Была бы его воля, Александр Волин и вовсе оставил бы Омельченко и Березкина на земле, дав им больше времени на подготовку. Но сейчас на счету был каждый самолет и каждый летчик. Слетанную пару решили не разбивать, ведь в воздухе главное — взаимодействие.
— По самолетам! Взлет — по готовности!
Парами истребители выруливали на старт и легко взмывали в воздух после короткого разбега. Вскоре вся десятка собралась на кругу и взяла курс на запад.
* * *
Приблизительно на трети пути встретились со своими «подопечными». Остроносые злые «пешки» и мерно гудящие, словно шмели, «бостоны» А-20 шли двумя девятками.
— Привет, «Маленькие», я — «Стриж», спасибо за сопровождение, — связался с истребителями прикрытия командир группы бомбардировщиков.
На фюзеляже «пешки» была нарисована быстрокрылая птица, парящая над волнами.
— «Пешки», «бостоны», прием. Мы идем над вами на четыре двести, если заметим гадов — атакуем с пикирования! Но и вы смотрите в оба!
— Ясно.
Вскоре самолеты перевалили через горы и взяли вправо. Горящие улицы Новороссийска, клочок огненной суши — Малая земля пронеслись под крыльями краснозвездных самолетов. Появление их в небе не осталось для гитлеровцев незамеченным: выше и ниже вспухли грязно-серые «шапки» зенитных разрывов.
Самолеты пошли «змейкой»: с отворотами вправо-влево, чтобы затруднить прицеливание расчетам немецких зенитных орудий.
Вскоре мелькнула полоска прибоя и началось море. У Александра Волина вдоль хребта прошелся холодный ветерок. Как и все сухопутные летчики, он не любил летать над водной поверхностью. Ориентиров — никаких, и в случае вынужденной посадки — «водные процедуры» с неизвестным финалом… Может, выловят, а может, и нет. Бр-р-р… Ладно — эмоции в сторону. Боевая задача поставлена, и нужно ее выполнить!
Но небольшой циферблат бензочасов все чаще и чаще притягивает взгляд, и становится тревожно на душе. Тревожно — именно из-за того, что не сможешь эту боевую задачу выполнить.
А истребитель, такой родной и знакомый, ведет себя немножко «туповато», запаздывает на движения ручкой управления и педалями, неохотно набирает скорость. Все потому, что под крыльями висят два топливных бака. Их применение позволяет увеличить дальность, но снижает скорость полета и маневренность. Что ж, приходится терпеть до поры, до времени — когда подвесные топливные баки будут сброшены и Як-9 ринутся в решающую атаку.
«Ну, елки зеленые, неужели нельзя было использовать для такой задачи тех же «Аэрокобр». У них ведь и запас топлива больше, и оружие мощнее: 37-миллиметровая пушка «испано-сюиза» и пара крупнокалиберных пулеметов «кольт-браунинг», да еще и в крыльях — четыре пулемета винтовочного калибра. Если что — можно и по кораблям врезать, да так, что мало не покажется! Ладно, хрен с ним. Выполняем боевую задачу».
— «Леопард», прием, я — «Стриж», — прозвучал в наушниках шлемофона голос ведущего группы Пе-2. — Выходим в район поиска целей.
— Я — «Леопард», вас понял. Группа прикрытия, внимание.
— Вас понял, «Леопард», выполняем.
В разрывах редкой облачности синело море. Вскоре на испещренной белопенными «барашками» волн водной глади отчетливо вырисовались силуэты кораблей. И тут же от них вверх потянулись огненно-дымные струи трассирующих очередей, развеивая вопрос о принадлежности.
Караван оказался внушительным: шесть транспортов и самоходных десантных паромов шли в охранении одного эсминца, пары самоходных паромов с усиленным зенитным вооружением и трех быстроходных торпедных катеров — «шнелльботов».
— Я — «Стриж», атакую!
Вслед за ведущей «пешкой» бомбардировщики «вывалились» из облаков и приникли к самой воде, ринувшись, казалось, прямо на зловещие трассы немецких зенитных пулеметов. Пе-2 неслись теперь над волнами на уровне верхушек, «топов», мачт. Отсюда и название — «топмачтовое бомбометание».
— На боевом курсе!!!
— Есть!
Первая тройка пикирующих бомбардировщиков с красными звездами на хвостовых шайбах заходила в атаку перпендикулярно курсу кораблей. На их палубах началась паника. Зенитные автоматы эсминца, идущего мателотом[32], торпедных катеров и десантных транспортов немцев выстроили в воздухе настоящий частокол огня. И сквозь этот частокол прорывались бомбардировщики. Левый ведомый.тройки вдруг свалился на крыло и кувыркнулся в волны. Лишь водяной фонтан отметил место гибели отважного экипажа. Но остальные держали строй и упрямо шли к цели.
— Сброс!
От ведущего Пе-2 отделились две полутонные фугасные авиабомбы ФАБ-500. Ударившись о воду, они, словно камешек-«попрыгун» отрикошетили от волн и ударили в борт немецкого эсминца, проломив обшивку. Взорвались два пятисоткилограммовых фугаса уже внутри корпуса «Церштерера». Удар пришелся как раз в борт под носовую башню. Раздался приглушенный взрыв, сам корабль под флагом со свастикой содрогнулся и мгновенно зарылся носом в волны. Башня накренилась, выбитая с погона и заклиненная. А «пешка» еще напоследок успела хлестнуть по надстройкам пораженного эсминца из носовых крупнокалиберных пулеметов. Искры рикошетов рассыпались по броне, осколками стекла разлетелись иллюминаторы, на которые не успели опустить бронезаслонки. С крыла мостика сорвались несколько фигурок и упали в воду.
На выходе из пикирования кинжальным огнем из нижней полусферы ударил стрелок-радист из крупнокалиберного пулемета Березина. Хлесткие очереди добавили паники на палубе поврежденного эсминца.
Второй пикирующий бомбардировщик поразил двумя из четырех сброшенных бомб гитлеровский транспорт. Взрывы снесли одну из двух дымовых труб и превратили кормовую часть палубы в подобие пышущего жаром и языками пламени вулкана. Бывший румынский пароход, построенный еще после Первой мировой войны, сразу же потерял ход.
Вокруг кораблей встали водяные столбы, но в основном бомбы, сброшенные «рикошетом» от воды, находили цель и поражали корабли противника в борта почти над самой ватерлинией.
Вторая тройка Пе-2 атаковала самоходные паромы типа «SF» — «Siebel-Fahren». Гитлеровцы превратили «зибели» в корабль противовоздушной обороны, вооружив его тремя 88-миллиметровыми орудиями и восемью спаренными 20-миллиметровыми зенитными автоматами. При водоизмещении в 100-200 тонн эти опасные посудины обладали скоростью хода в семь-десять узлов.
Вооружение у «зибелей» было более чем внушительным, и русские летчики проявили к самоходным паромам «особое уважение» — «уважили» россыпью бомб! А потом и прошлись по ним хлесткими очередями курсовых крупнокалиберных пулеметов. В итоге один из «зибелей» затонул, второй потерял ход. Его быстро «накрыла» попаданиями шестерка «бостонов» А-20.
«Шнелльботы» — торпедные катера типа «S», оказались более проворными. Маневрируя на большой скорости, они зло огрызались из своих двух спаренных 20-миллиметровых автоматических зениток И все же один из них был потоплен, а остальные два поспешили ретироваться.
Бомбардировщики, разогнав охранение, теперь с минимальными помехами занялись транспортами и десантными паромами немцев. На них обрушился страшный бомбовый груз, фугаски весом в 500 и 250 килограммов полностью уничтожили головной румынский пароход, повредили еще один и утопили шхуну, переделанную под транспорт. Ответный огонь вооруженных лишь пулеметами германских судов особого успеха не имел.
Их методично бомбили и расстреливали с малой высоты. Снопы крупнокалиберных пуль с «пешек» выкосили расчеты легких зенитных автоматов на тумбовых установках. Безжалостные свинцовые осы калибра 12,7 миллиметра жалили насмерть.
Вместе с пикирующими бомбардировщиками Петлякова по грузовым судам под флагами со свастикой «отработали» и «бостоны».
Водяные столбы от сброшенных бомб встали по бортам обреченных гитлеровских транспортов. Но несколько попали точно в цель. Все шесть транспортов и десантных паромов были объяты клубами пламени, дыма и пара. Три из них стали быстро тонуть.
Немецкие «шнелльботы» боевого охранения оказались наиболее живучими благодаря своей высокой скорости. Торпедные катера класса «S» огрызались огнем пулеметов и двадцатимиллиметровых зенитных автоматов.
